Серая шейка. Непридуманная смерть - Груша Ерофеева

гости. Лет сто не бывала ни у кого в гостях. Последний раз много лет назад нас пригласил на день рождения сослуживец Кирилла. Муж там наклюкался на дармовщинку, заблевал балкон соседки снизу и уснул на полу в единственном санузле. Было очень стыдно. И в гости нас больше не звали. Но сейчас едем на своей машине. Кирилл за рулём, а потому я спокойна за его поведение.

Вася показывал свою усадьбу: гостевой дом вдвое больше нашей квартиры, участок, огромная капитальная теплица, главный дом в три этажа. Дорохо-бохато. Белый кожаный диван. Огромная плазма на стене.

— А это летняя кухня. — Василий показывает мне на отдельно стоящее строение. — Можно провести отопление и оборудовать мастерскую для тебя.

Для меня?? Так. Опять эти непонятные оговорки. Надеюсь, ни муж, ни его Даша не слышали.

Хочется сказать, что так-то я замужем. И к его летней кухне не могу иметь никакого отношения. Но предпочитаю, как обычно, трусливо сделать вид, что ничего такого не услышала.

Нас очень вкусно угощают. Кирилл поглядывает на меня. Он знает про мою давнюю мечту иметь свой дом с участком. А я знаю о его активном нежелании иметь дом с участком. Даже махонькая дачка в четыре сотки вызвала у нас практически скандал. Супруг кричал:

— Ты меня обманула. Ты обещала, что мы тут всё асфальтом зальём и мангал поставим!

Перед разводом Вася вновь стал крутиться рядом. Первое время заезжал мимоходом к нам с Кириллом. А сейчас продолжил заезжать ко мне одной. И всё так же странно ведет себя. Какие-то полунамеки, недомолвки. Игра в «сама догадайся, что я хочу тебе сказать».

Лет 25 назад я могла придумать, что Вася просто приглядывает за мной по просьбе родителей. Однако ж, помню, мама больше меня удивилась, когда узнала о его внимании. Ни о чем она его не просила. И к чему бы женатому мужчине заезжать к девушке? И вот теперь его намерения всё так же не оформлены в слова. Но я уже не наивная девочка, чтобы верить в дружбу.

Но сейчас мне не до Васи и его загадочного поведения.

Мне бы разгрести в своей жизни.

Утром меня будит телефонный звонок. Кирилл! С одним вопросом:

— Ты была в ЗАГСе?

— Зачем?

— Если сегодня не получить свидетельство о разводе, то наши заявления аннулируются.

— Спасибо, что напомнил. А я подумала, что заявлений достаточно для развода.

Кирилл разводится по второму разу. Это я еще неопытная. Быстро бегу в ЗАГС и получаю свидетельство о разводе. Ставлю печать в паспорте.

Всё!

«С войной покончили мы счеты!»

Вечером опять звонит Кирилл. С тем же вопросом.

— Да, получила! Поздравляю тебя с разводом! Поздравь от меня Наташу! И поцелуй её везде-везде!

Уже бывший муж что-то злобно шипит. Бросает трубку.

А я зависаю в размышлениях. Это вот что сейчас было? Он надеялся, что я не оформлю развод? Или он боялся, что я забуду это сделать? Бывший муж, как оказалось, не простодырый рязанский крестьянин, каким долго и успешно прикидывался. Он гражданин с «двумями днами». Откуда, кстати, во мне засело это жуткое безграмотное выражение "двумями днами"? Как символ неправильного. Чего быть не должно. Но оно есть и не стыдится себя. А бывшемуж с «тремями», как выяснилось. Для меня — верный муж. Для сестры — любящий её мужчина. Для прочих дам — ёбарь-герой. В трёх ипостасях существовал. Причём успешно. Убедительно для всех трёх направлений. Какой талант пропадал. Из него мог получиться великий разведчик. А вышел всего лишь блудливый кобель.

Меня посещают сомнения и о переписке, которую я случайно обнаружила. А случайно ли? Это вовсе не в его характере — оставлять незапароленным компьютер. Может, это была подстроенная «случайность»? Может, он на самом деле давно хотел развестись, но так, чтобы инициатива шла от меня? А он как бы жертва: не хотел разводиться, просто гулял на стороне, «как и все мои товарищи» — его любимая присказка.

Мудрая жена должна «понять и простить». Тоже одна из любимых его фразочек. Но я оказалась не мудрая. И поэтому не его вина в разводе. А вина немудрой жены. Версия рабочая. Еще несколько месяцев я бы рассмеялась в ответ, скажи кто такое. А сейчас знаю только одно — я прожила почти 25 лет с абсолютно незнакомым мне человеком. Прожила среди его вранья. В какой-то, блин, матрице. Среди театральной постановки, которую я принимала за реальность.

И где же реальность? Где твердая почва? Мне нужна опора. Твердь. Мне нужно встать на ноги. Опереться мне не на кого. Но тогда хотя бы упереться во что-то. Что не рассыпется очередным миражом, фантазией, туманом чужой лжи.

17. Точки над ё

Днём 31 декабря зачем-то наготавливаю целый праздничный стол. Привычка, мать её!

Существую как бы в двух измерениях. В одном я прежняя. Моя физическая оболочка жива. Хожу. Дышу. Работаю. Ложусь спать. Даже иногда засыпаю. Надо бы поплакать. Не получается. Мамин голос из детства «побольше поплачет, поменьше поссыт» не даёт выплакаться. Это запрет на слёзы. Обесценивание. Слёзы как моча. Следовательно, и причина слёз ничтожна. Мои эмоции, переживания — ничто. Я сама ничто.

В другом измерении я не чувствую тела. Внутри словно залито всё металлом. Чугуном, судя по тяжести. И душа тоже ничего не чувствует. Я теперь точно знаю, где она находится — ниже диафрагмы. Там чугунное ядро. Расплавленное.

Я расщепилась.

Впервые со студенческих пор буду встречать Новый год одна. Привычка не даёт просто послать всё к бесам и залечь. Я должна! Кому? Уже никому и ничего. Уймись, Маша. Пожалей себя. Почитай книжку. Отвлекись. Даже советы есть такие от мозговедов — переключиться, получить простое удовольствие. Эти советчики никогда не страдали. Нельзя переключиться, когда все резервы пущены на выживание. Когда ты вся из боли.

Но случается ещё худшее, чем одиночество в новогоднюю ночь. Вечером приходит в гости папа.

О нет! Только не он! Папа как никто другой умеет пройтись танковыми гусеницами по душе.

У папы свои серьёзные проблемы. Он подрался с председателем гаражного кооператива. Так подрался, что председатель слёг в больничку с побоями.

Собственно, ничего нового. Папа всю жизнь с кем-то воюет. Это его нормальное состояние. Обычно последствия разгребаем мы, его дети и жена. Но до больнички и иска в суд от пострадавшего ещё не доходило. И папе маячит срок. Пусть условный, но настоящий уголовный!

Он ждёт от меня поддержки, совета, каких-то действий. А я не могу ничего.

И