Дракон, которого я разлюбила - Милена Кушкина

Эдмар смотрит на меня внимательно, будто пытается принять какое-то решение.

Наконец, он с раздражением откидывает документы, которые разлетаются по полу веером.

— Ладно, идем, — говорит он.

Я отмечаю, что он снова обращается ко мне на “ты”. Будто броня, которую он надел утром вместе с костюмом, слетела с него, и мы снова мчимся сквозь ночь в темном купе.

Я с готовностью поднимаюсь. Куда бы мы ни шли, это лучше, чем сидеть на жестком стуле и читать отчеты, которые никому не нужны.

Эдмар берет связку ключей и делает мне знак, чтобы я шла следом.

В коридорах уже шумно, повсюду снуют люди. Но на меня никто не обращает внимания, будто я всего лишь тень Эдмара.

Зато на дракона бросают почтительные и опасливые взгляды, торопливо уступая дорогу. В стенах Управления он находится в своей стихии — хищник, который прекрасно знает свою территорию.

— Камрон, сейчас я покажу вам настоящее дело, — негромко бросает он через плечо, и я понимаю, что на людях мы снова соблюдаем официальную дистанцию.

Мы спускаемся на первый этаж, в закрытое крыло, куда проход разрешен только по специальным пропускам.

Эдмар отпирает массивную стальную дверь, покрытую тремя слоями магической защиты, и мы оказываемся в просторном, абсолютно пустом помещении.

Стены и пол здесь выложены тусклыми медными плитами, а в воздухе пахнет лишь пылью.

— Зачем так охранять абсолютно пустую комнату? — спрашиваю я.

— Это демонстрационная комната, — Эдмар подходит к пульту управления в углу и кладет ладонь на едва мерцающий кристалл. — Я успел снять магический слепок пространства, пока мы были на крыше маговоза.

Пространство вокруг нас неуловимо дрожит и меняется.

Медные стены исчезают, растворяясь в сероватой дымке, и комнату заполняют призрачные, но невероятно детализированные очертания.

Я вижу деревянные переборки, металлические стеллажи, нагромождение сундуков и массивных ящиков. Воздух становится визуально плотнее, в нем даже застыли призрачные пылинки.

— Это третий почтовый вагон, — поясняет Эдмар. — Точнее, его идеальная, застывшая во времени копия, которую можно обойти со всех сторон и изучить, хотя сами вещи уже давно вывезены.

— Потрясающе, — выдыхаю я, как завороженная разглядывая магическую матрицу. — Я читала о таких объемных слепках в публикациях, но никогда не видела их вживую. Для создания подобного требуется колоссальный резерв силы и безупречный контроль!

— Изучай, ты же у нас артефактор, — голос Эдмара звучит совсем рядом.

Мы начинаем медленно продвигаться вглубь призрачного вагона. Пространство здесь заставлено плотно, проходы узкие, и нам приходится лавировать между иллюзорными ящиками. Я засматриваюсь на сложную пломбу одного из сейфов, делаю шаг назад и неожиданно налетаю спиной на Эдмара.

Иллюзия вокруг нас холодная и бесплотная, но его грудь — твердая и обжигающе горячая. Эдмар рефлекторно перехватывает меня за локоть, чтобы я не потеряла равновесие. Его пальцы крепко сжимаются на моем рукаве, и по коже мгновенно пробегает знакомая, предательская дрожь.

— Осторожнее, Валери, — произносит он почти шепотом, наклонившись к моему уху.

Я резко выдыхаю, высвобождая руку, и делаю шаг в сторону. Сердце колотится слишком быстро. Нельзя поддаваться этому наваждению, нужно сосредоточиться на работе.

— Надо изучить копию вагонной ведомости, — Эдмар достает сложенный вчетверо лист бумаги.

Вещей здесь слишком много, а список всего один. Чтобы работать быстрее, нам нужно сверить список вместе.

Эдмар встает рядом, и мы снова едва не соприкасаемся плечами, когда одновременно тянемся, чтобы рассмотреть маркировку на деревянной таре.

— Смотри, — я забываю про формальности и указываю на центральный сектор. — Вот здесь, согласно описи, находился ящик с королевской вязью. Тот, ради которого якобы вскрывали крышу.

Ящика на месте нет, ведь он в это время был на крыше.

— Зато вон там… кажется, это что-то интересное.

Я протискиваюсь мимо Эдмара в самый темный угол вагона, куда едва достает свет от призрачных плафонов. Здесь, заваленный легальным грузом, стоит огромный, грубо сколоченный ящик без единой маркировки. В ведомости он не значится.

— Надо осмотреть его, — Эдмар подходит ближе. — Если приглядеться, то вот здесь что-то будто светится.

Он указывает на заднюю стенку ящика. Если бы не магический оттиск, мы бы никогда не смогли увидеть, что происходит с обратной стороны этого ящика.

— Маячок, — констатирую я, разглядывая странный предмет. — Это то, что нападающий скинул в дыру. Он прицепился не к королевскому грузу, который все так охраняли. Он искал именно этот неприметный ящик.

Эдмар обходит меня и останавливается напротив неучтенной тары, хмуро глядя на пульсирующий след.

— Значит, весь этот спектакль на крыше... Все это было лишь дымовой завесой, — медленно произносит он, складывая разрозненные детали в единую картину. — Они не собирались ничего забирать прямо там, злоумышленник хотел лишь отследить дальнейший путь этого груза в столице.

Я смотрю на Эдмара, и в голове наконец-то щелкает понимание.

Вот почему он так резко осадил меня в кабинете. Он не улики скрывал.

— И ты никому не сказал об этом слепке, — утверждаю я, глядя ему прямо в глаза. — Конрад даже не догадывается, что мы сейчас видим истинную цель нападавших.

Эдмар отвечает мне долгим, тяжелым взглядом. В нем больше нет того высокомерного холода, который он демонстрировал утром. Сейчас в его глазах читается мрачная решимость человека, который понял, что враг находится где-то очень близко.

— Именно поэтому, Валери, я сказал тебе держать язык за зубами, — тихо отзывается он. — Потому что тот, кто провернул это дело, прекрасно знает, как работает Управление.

Глава 6

Тонкие стены ведомственного общежития не скрывают ничего.

Я просыпаюсь затемно от хихиканья за стеной и приглушенного шепота соседок. Они увлеченно обсуждают вчерашнее свидание одной из них и щедрость какого-то столичного богача.

— Так и сказал, что снимет квартиру в центре?! — восторгается одна.

— Да, — вальяжно тянет другая. — Сказал, что такая роза, как я, должна жить в доме с оранжереей!

— Вот ты везучая! Месяц в столице, а уже нашла кавалера! Глядишь, скоро замуж позовет! — отзывается первая.

Кажется, неизвестная мне девица только что вернулась с прогулки, и ей не терпится поделиться новостями с подружкой.

Я смотрю на серый потолок с пятном сырости в углу и кутаюсь в жесткое казенное одеяло.

Для меня перевод в столицу — огромный шаг вперед, возможность вырваться из Долины Туманов и зацепиться за нормальную жизнь. А мои соседки сходу метят выше.

Но я не питаю иллюзий.

Столица никого не жалеет и никого не ждет с распростертыми объятиями. Это огромная, безжалостная машина: она либо возносит тебя на самый верх, либо перемалывает кости и выплевывает на обочину.

До начала смены еще