Сладкие булочки мадам попаданки - Анна Пфари

Обрадовавшись своему первому успеху, я принимаюсь за дело. Дрожжи выглядят неплохо, муку я хорошенько просеиваю, не жалею сахара и яиц, да и замешиваю всё хорошо. Но все мои потуги заканчиваются провалом. Тесто просто не поднимается.

– Вот же ты зараза, – ругаюсь я на липкую массу на дне кастрюли, которая даже спустя пару часов не увеличивается в размерах и не пузырится. – Могло бы и поддержать меня в тяжком деле.

Хмурясь и раздумывая, что же пошло не так, я медленно шагаю по длинному коридору. Унылая горничная вытирает пыль со старых доспехов на стене, а я, не менее унылая, топаю в свою холодную спальню.

На следующий день я повторяю свой фокус, результат получается чуть получше, но на нормальное тесто это всё ещё не похоже. Может быть, надо было добавить больше дрожжей? Больше сахара?

Я все так же уныло плетусь по замковому коридору, когда вижу ту самую горничную, которая вытирает пыльные доспехи. Те же самые. Хмурюсь еще больше. Надо же, еще слуги попались ленивые что ли? Может, у неё амнезия?

Еще несколько вечеров я пытаюсь выработать правильную пропорцию, раз за разом записываю свои результаты и про себя ною, сержусь и ругаюсь, как сапожник.

И что же я вижу в итоге? Я стою над большой кастрюлей и тесто, наконец, выглядит правильно. Я чуть не подпрыгиваю от радости. Оно пружинит, не падает и не оседает!

О боже, я гениальна, без преувеличений. Столько сил потратила! Кто бы знал, что рецепты, которые так легко было найти в интернете, надо было учить назубок?

Я любовно раскатываю тесто в большой пласт, смазываю мягким маслом и смесью сахара с корицей, потом скатываю колбаской и разрезаю на кусочки. Перекладываю их на большой противень, смазываю желтком и присыпаю сахаром. Эх, хорошо бы люда пергамент, чтобы они не прилипали, но чего нет, того нет. Надеюсь, смазанный маслом противень сработает хорошо. Сейчас они подойдут, и можно поставить их в духовку.

И вот тут я понимаю, что духовку-то включать не умею! Да, кресало лежит на подставке возле неё, но черт его знает, как им пользоваться. Где поджигать?

Промаявшись минут пятнадцать, я понимаю, что знать это не обязана, но… Ну не хочу я просить помощи. Ну не хочу вообще. Что это за легенда такая у меня будет, знаю супер-рецепт булочек, знаю какие-то странные “дрожжи”, а духовку как включать не знаю?

Промыкавшись еще минут десять, я по-настоящему сержусь:

Дурацкая железяка, дурацкая кухня, долбанное средневековье! Пальцы начинают ужасно чесаться, а потом и печь, и я машинально встряхиваю руками, когда из них вдруг вырывается нечто.

Это не совсем огонь, это какая-то общая, тяжелая и горячая сила, которая вырывается из моих рук и окутывает печь, которая тут же начинает полыхать.

– Ой-ой, поменьше! Полегче! – вскрикиваю я, и огонь будто слушается меня. Духовка тут же начинает греть ровно, и конфорки на этой доисторической плите тоже горят огнем. Все пять. Четыре по углам и она в центре.

– Не-не, вы вот мне точно не нужны, только духовка! – размахиваю руками я. – Как вас выключить-то?

И они, как по волшебству, выключаются. Ну, собственно, почему же “как”, именно по моему волшебству это и происходит.

Глубоко вздохнув и отдышавшись, я ставлю противень в духовку и закрываю тяжелую дверцу.

Скоро мы узнаем, что получится. И пусть это будет съедобно!

Глава 18.

Наверное, с магией я перестаралась. Стоило мне на секунду закрыть глаза, как открываю я их уже от плохого предчувствия. Довольно большая комната видна будто через туман.

Я бегу к подобию духовки и открываю дверцу. Оттуда на меня валит черный горячий дым. Не может быть! Все мои труды в мусор?

Я обмахиваю противень грубым полотенцем, пытаясь посмотреть поближе.

Ну, точно, булочки выглядят мягко говорят не очень и напоминают скорее угольки, чем сдобу.

Я прикрываю глаза ладонью. Ну что за жизнь…Почему то, что было так просто в моем мире, тут напоминает какой-то чертов квест?

Этот противный герцог, что выставил меня из теплого красивого замка. Эта магия дурацкая, которая запрещена. Эти слуги на каждом шагу, которые посматривают на меня. Кому вообще нужна такая толпа слуг, когда в замке, кроме меня и Мари Энн, обитает только управляющий да кухарка? Чего стоила служанка, натирающая одни и те же доспехи весь день! А едят они небось нормально так, не халявят.

Ну, фиг с ним, с мужем моим. Разберемся потом, когда он явится. И со слугами разберемся. Но еще скорее – разберемся с булками.

Всё же, это не квантовая физика, Лиза-Элис, верно? В ней я ни в зуб ногой, а вот в готовке – очень неплоха. И упрямства мне хватит.

Да и теста осталось еще на одну порцию, пусть и маленькую, так что я решаю не сдаваться так просто. Вот уж нет!

Я упорно повторяю все шаги заново. Раскатать. Намазать. Сложить. Порезать.

Противень в руке уже чувствуется почти как родной. Духовка разогрета.

– Так, огонек, давай чуть потише, – шепчу я, и будто маню лишний жар пальцами. Он подчиняется, входя в мои руки, будто котёнок ластится напоследок. Я тут же чувствую небольшой прилив сил, будто кофе попила. Надо бы найти его и в этом, ну наверняка существует аналог! Просто он, скорее всего, на обычном рынке не продается.

Поставив булки в духовку, я присаживаюсь рядом. Так, у меня есть минут двадцать или двадцать пять, надо бы на этот раз случайно не заснуть. И сообразить чай. Но не одной же его пить? Думаю, что Мастер Уивер – нормальный мужик, да и пить чай с ним мне вполне по чину. Почему бы и не угостить его моим творением. Если оно, конечно, сотворится не угольками.

Но в этот раз всё явно идет хорошо. По кухне начинает разноситься соблазнительный запах сдобы, да такой сильный, что Мари Энн тут же стучится в дверь.

– Ваша Светлость, тут так вкусно пахнет… Простите мою дерзость, но что это вы задумали?

– Прощаю, – хмыкаю я. – Если позовешь Мастера Уивера сюда.

Горничную как ветром сдувает, так она хочет узнать и, видимо, попробовать мою тайну на вкус. К моменту, как булки готовы, дверь со скрипом открывается опять, и в комнату входит Уивер, а за ним семенит Мари Энн.

– Что-то случилось, миледи? – спрашивает он. –