Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

я, думая, смогу ли я уговорить его спуститься с этого уступа насилия, на котором он находится, и спасти свою жизнь сегодня вечером, но взгляд его глаз говорил о том, что, возможно, для этого уже слишком поздно. — Я не знала, что он был вне зоны доступа.

Он посмотрел на меня, нахмурив брови, а затем начал громко смеяться, качая головой.

— Я так сказал, да? Что за чертова идиотка.

Он приподнял бедра, наклонился к тумбочке и открыл ящик. В то время как его вес сместился с меня, я вскочила на ноги, пытаясь выбраться из-под него и сильно ударила кулаком по его яйцам. Он зарычал от злости, когда я вырвалась, наполовину упала с кровати и побежала к двери, когда ужас прошелся по моей спине.

— Нет, нет, нет, маленькая шлюшка! — рявкнул он, звук его шагов доносился за мной.

Я была недостаточно быстра, и его рука обхватила мои плечи, притягивая меня к себе, пока я пыталась ударить его локтем в брюхо. Он прижал лезвие к моему горлу, заставив меня замереть и коснуться его там, пока его дыхание тяжело падало на мое ухо.

— Вот так, тихо и спокойно, — промурлыкал он, увлекая меня назад в свою комнату, пока мой пульс пульсировал в ушах.

— Дэнни, послушай меня… — попыталась я.

— Нет, ты послушай меня, — оборвал он меня. — Ты не можешь получить его, Аня. Ты думаешь, я позволю тебе забрать его у меня?

— Забрать его у тебя? — Я задыхалась, желая, чтобы он продолжал говорить, пока я ждала другой возможности попытаться убежать, потому что я знала, что сейчас нахожусь в компании зверя, о котором предупреждал меня Дилан. И я чувствовала себя гребаной идиоткой за то, что когда-либо думала, что Дэнни может быть хорошим мужем, человеком, который действительно обожает меня без всяких уловок. Это была не та жизнь, которую мне посчастливилось прожить. Нет, Дэнни Батчер был именно таким, каким я его сначала боялась, вся миловидность исчезла из него, как будто ее и не было вовсе.

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, — прорычал он.

— Я не хочу ничего брать. Мне нравится Фрэнк. Сегодня мы впервые трахались, клянусь. С ним все то же самое, что и с Черчем, — сказала я в панике, молясь, чтобы мне удалось достучаться до него.

Наступила пауза, пока он вдумывался в эти слова, и на мгновение я позволила надежде найти меня, позволив себе поверить, что он слушает, что он пытается понять, но когда лезвие вонзилось в мою кожу почти настолько, что пошла кровь, эта надежда улетучилась еще быстрее, чем зародилась.

— Ты маленькая шлюшка. — Он рассмеялся, но в его смехе не было юмора, он был полон только тьмы. — Ты играла с ними со всеми, раздвигая свои бедра, как маленькая грязная русская шлюха. Тебе даже наплевать на него, не так ли? — Он провел лезвием по моей грудной клетке, полоснул им по левой груди, и я вскрикнула от боли и хлынувшей крови.

— Вы все мне не безразличны, — поклялась я, говоря это всеми фибрами своей души. — Я не понимаю этого, но я клянусь, что пойму, Дэнни, пойму.

Он опустил лезвие и вонзил его мне в живот, рассекая кожу и заставляя крик вырваться из моего горла из-за неглубокого пореза.

Он бросил меня на кровать на спину, возвышаясь надо мной, гнев и хаос в его темных глазах, когда он наклонился и угрожающе приставил нож к моей киске.

— Вот мой ответ. Один глубокий порез, и эта киска больше не будет произносить никаких заклинаний, как тебе такой вариант?

— Нет, — задыхалась я в ужасе, извиваясь на кровати, чтобы вырваться, дрожа всем телом.

Я дотянулась до лампы на прикроватной тумбочке, бросила ее в него, и он почти пропустил ее, но отшатнулся в сторону.

Он направил нож на меня, моя кровь все еще смачивала острие.

— Ты такая же, как все они. Влезаешь ему в голову, отвлекаешь его от меня, пытаешься удержать его от меня.

— Я не хочу никого от тебя отрывать, — настаивала я, нуждаясь в том, чтобы он прекратил свою атаку, в то время как от его слов у меня только кружилась голова.

Он схватил мою лодыжку, дернул меня вниз по кровати и пытаясь порезать мою киску. Я подняла другую ногу, ударила его по лицу, и лезвие промахнулось, вонзившись в бедро.

Я застонала в агонии, снова ударила ногой и попала ему в горло, отчего он зарычал и упал задницей на пол, кашляя.

Я снова встала, схватила с тумбочки наполовину выпитый стакан воды и бросилась на него, с воплем разбивая его о его голову. Он бросился на меня прежде, чем я успела это сделать, повалил меня на пол и прижал своим телом, нож выпал из его руки, когда он дернул меня за волосы и ударил головой о деревянный пол.

— Пошла ты! — крикнул он.

Мои мысли разбежались, но я начала наносить удары в его бока, сражаясь со всей яростью русского мафиози, ничего, кроме неукротимого существа в этот момент.

Дэнни зарычал, пытаясь прижать меня сильнее, но мои удары продолжали приземляться, продолжали оставлять синяки, пока он не потянулся к моей голове, снова достал нож и направил его мне в висок.

— Не шевелись, — приказал он, стиснув зубы, его правый глаз дергался. — Просто, блядь, не двигайся. У меня от тебя голова кружится.

Я тяжело дышала и чувствовала влажный жар своей крови, обжигающий раны, которую он нанес мне, и стыд за то, что я доверяла ему, что я действительно думала, что он изменился ради меня. Я всегда была его игрушкой, просто игрушкой, с которой он с удовольствием забавлялся, и теперь я увидела правду этой игры. Неужели он смеялся надо мной все это время, наблюдая, как я начала влюбляться в него, зная, что он просто предлагает мне ложь?

Дэнни сидел на моих бедрах, снова дергаясь и потирая ладонью лицо. — Прекрати — просто прекрати это, — прошипел он.

— Я ничего не делаю, — задыхаясь, сказала я, глядя на нож в его руке, пока он снова тер глаза.

У меня чесались пальцы, но когда я сделала выпад, он поднялся, встал и пробормотал себе под нос.

— Мне просто нужна доза. Немного