Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

— За одну тренировку — десять тысяч серебряных. Деньги доставят к вечеру прямо в кузницу.

Какие там «драматичные воспоминания»? Мин И мигом изменилась в лице.

Жить надо вперёд смотреть! — твёрдо сказала она себе, закатывая рукава.

— Что вы, мастер Цинь, — с улыбкой шагнула вперёд и заняла пустое место чуть позади и слева от Цзи Боцзая. — Слово «серебряные» — и сразу столько почёта! Даже неловко… Только пусть к вечеру несут — днём Синь Юнь занята, принимать некому.

Цинь Шанъу одобрительно усмехнулся и взмахом руки отдал команду.

Над песком опустился фиолетовый мир Тьмы миньюй — особая тренировочная область. Внутри неё юань усиливались, и можно было точно воссоздать погоду и условия любого из шести городов.

Поскольку в этот раз состязания должны были пройти в Чжуюэ — Городе Гонящем Луну, — обстановка была соответствующей: густой туман, облачность, ветер с северо-запада.

В этом городе всегда висела молочная мгла. На расстоянии в десять шагов уже не разобрать — человек перед тобой или зверь. Путники сбиваются с дороги, воины теряют строй.

И только лунный свет становится тем, на что можно положиться.

Испытание на арене Зала Шэньци в такой обстановке проверяло куда больше, чем просто мощь артефакта. Здесь решающую роль играли:

— чуткость к изменениям в окружающей среде, — умение ориентироваться по малейшему звуку, — определение направления врага, — и даже — навыки выживания в диких условиях, если случится что-то непредвиденное.

Цинь Шанъу, видно, решил не церемониться — раз уж учить, то сразу как следует. Он выбрал самый сложный режим тренировки: едва поднялся купол, как над ареной заклубился туман, белёсый и плотный, словно на глаза накинули тряпицу. Видимость — ноль. Разглядеть хоть что-то было невозможно. Оставалось только прислушиваться к шороху ног, дыханию товарищей, едва уловимому движению воздуха.

— Ну и дрянь… — недовольно проворчал Луо Цзяоян, стоявший справа от Мин И. — Как тут вообще драться, если ничего не видно?

Не успел договорить.

Из темноты сорвался поток юань, острый, как стрела, и понёсся прямиком к его горлу — в обёртке был яд. Мгновенье — и было бы поздно.

— Осторожно! — шёпотом бросила Мин И, среагировав быстрее всех.

В одно движение она резко дёрнула Луо Цзяояна за ворот, и тот едва успел отшатнуться — игла прошла в сантиметре от шеи, с тихим свистом уносясь в туман.

Мин И, нахмурившись, прошипела:

— Кто тебе разрешал говорить? Здесь всё решает слух. Открыл рот — стал мишенью.

Он на миг застыл, поражённый. Хотел было извиниться — но замер, встретившись с её взглядом.

Как она это сделала? Как она всё поняла до того, как случилось? Как будто здесь она — как дома.

Мин И поспешно опомнилась, осознав, что выдала себя. Она быстро ткнула артефактом «Синьхэ Ложжи» — Звёздная река в закате — в спину Цзи Боцзая, молча давая знак: пора двигаться.

Цзи Боцзай не сказал ни слова, но его ладонь ловко обхватила её запястье. Тёплая, горячая, почти обжигающая — настолько, что Мин И вздрогнула.

Уже собиралась выдернуть руку, как услышала тихий, ровный голос:

— Держись. Не хватало ещё потерять кого-нибудь в этой мгле.

Ах… значит, ради команды.

Мин И сдержалась. Потянулась назад, чтобы схватить Чу Хэ и Фан Яо. Однако на ощупь поняла — те уже держались друг за друга, сцепившись живой цепочкой за левую руку Цзи Боцзая.

И в ту же секунду, как будто почувствовав уязвимость их положения, со всех сторон посыпались атаки — тонкие, быстрые, обманчиво тихие. Времени на размышления не осталось: вся пятёрка сорвалась с места, устремившись к той стороне арены, где в небе — едва заметный силуэт луны. Это был единственный ориентир.

Именно там, по правилам, были заранее зарыты артефакты, необходимые для прохождения этого этапа.

Но засада в том, что эти артефакты — не только местной ковки. Каждый город-участник закапывал свои, с разными свойствами, со своими энергетическими схемами. Повезёт — найдёшь родное. Не повезёт — придётся либо учиться использовать чужое, либо вовсе драться с голыми руками.

На турнире Собрания Цинъюнь побеждают не те, у кого самый сильный артефакт. Побеждают те, кто умеет справляться с неизвестностью.

Поэтому, когда Фан Яо в поту и пыли выкопал из песка ржавый железный крюк, Мин И даже бровью не повела — ровно, как и ожидала.

Она аккуратно достала свой артефакт Синьхэ Ложжи — Звёздная река в закате — и положила его на землю.

Цзи Боцзай с остальными уже было собирались продолжать поиски, но, завидев её движение, остановились. Молча окружили Мин И, закрывая её и артефакт от постороннего взгляда.

Синьхэ Ложжи, хоть и был атакующим артефактом, вдруг повёл себя странно. Лежа на песке, он вспыхнул тусклым внутренним светом — и из центра всплыло маленькое солнце, размером с подушечку большого пальца. Оно дрожало, качалось, и никак не желало сливаться с рассыпанными рядом звёздами. Затем, словно не выдержав натиска, солнышко плавно качнулось в одну сторону. Следом несколько «звёзд» дрогнули и тоже отклонились, хотя каждая — чуть-чуть по-своему.

Мин И молча подала знак. туда, куда клонилась «заря», — там, скорее всего, зарыт самый сильный артефакт. Звёзды же показывали второстепенные скопления — тоже хорошие, но не лучшие.

Что, и такое бывает?.. — впервые за всё время Цзи Боцзай по-настоящему взглянул на профессию — мастера артефактов.

Он не был из тех, кто легко признаёт чужую силу. Но теперь…Всё стало очевидно. У каждого — своё ремесло. У каждого — своё оружие.

Без удачи они вряд ли бы прошли этот этап. А с Мин И — удача у них уже была в руках.

Она молча подняла артефакт, отряхнула песок, и, не оглядываясь, побежала в указанном направлении.

Они последовали за ней.

Если честно, идти за женщиной — особенно в боевой ситуации — для Чу Хэ и Фан Яо было делом… неловким. В сердце у обоих оставался тёмный осадок: не по-мужски это как-то.

Но что поделаешь — Мин И вела их точно, как проводник с небесной карты. Стоило прибежать на указанное ею место, как Фан Яо тут же выкопал «Лэйтинь ваньцзюнь» — мощнейший артефакт, что многие мечтали заполучить.

Он вытер лоб и сдержанно поклонился Мин И в пояс. Она лишь кивнула — без тени важности. Всё было по делу.

Проверив Синьхэ Ложжи, она вновь указала направление — там, под песком, покоился ещё один артефакт. На этот раз вытащили «Хо шу янь хуа» — Серебряные цветы на огненном дереве,