Ведьма на стриме. Средневековый расклад - Анетта Невская

будет угодно. Мария, так Мария, — и вдобавок ко всему улыбнулась Антуану своей самой ослепительной улыбкой. Не зарычала и не оскалилась. А вот так — просто улыбнулась.

И принц понял, что пропал.

ГЛАВА 11

Открывай ворота, приехала суета!

Народная присказка

Они въехали в город, когда на небе высоко светило солнце. Жизнь здесь бурлила, наполняя уши непрекращающимся гомоном людских голосов, ржанием лошадей, звуками мастерских и всем тем шумом, что сопровождает повседневную деятельность его многочисленных жителей.

Люди привычно косились на Маху, стараясь обойти ее по большой дуге. Что ей, в принципе, было лишь на руку в такой толпе. Но когда прохожие узнавали принца, то их лица расплывались в доброжелательных улыбках.

Каждый житель города старался как мог выразить почтение Антуану. Женщины присаживались в импровизированных реверансах — кто на что горазд, а мужчины снимали головные уборы и кланялись наследнику.

Принц приветствовал будущих подданных короткими кивками и ласково улыбался в ответ, иногда протягивая монеты нуждающимся.

Он изредка останавливался, неподдельно интересуясь, как обстоят дела с теми или иными проблемами, словно знал каждого жителя этого города в лицо и то, чем он живет.

Люди говорили с ним, искренне благодаря за помощь и рассказывая о новых тяготах городской жизни. Больше всего, конечно, их беспокоило увеличение количества нечисти в ближайшем лесу, что сильно усложняло мирную жизнь населения.

Принц хмурился, обещая, что поговорит с королем и постарается прислать дополнительные отряды для очистки местности от расплодившихся вурдалаков.

Маха, прислушиваясь к разговорам, узнала, что принц не только активно борется с бедой в лесах, но и помимо этого облегчает жизнь горожанам, строя новые школы, больницы и многие другие объекты общего пользования.

А учитывая, что у Антуана есть постоянно досаждающий ему недуг, Маха не представляла, как вообще ему удается совершать все эти добрые дела, испытывая при этом всепоглощающую боль.

Ее снова кольнуло неожиданное чувство жалости к принцу, и она пообещала себе приложить все усилия, чтобы разобраться в том, кто наложил на Антуана проклятье. И постараться снять его, как можно быстрее.

Они медленно продвигались вглубь города, к самой его сердцевине — королевскому дворцу.

Маха никогда не видела замок вблизи, поэтому крайне удивилась его размерам и архитектуре. Хотя он и не был похож на дворец из сказок, так как был построен из грубого серого камня, но все же выглядел великолепно для своего времени.

Они проехали по широкому мосту, перекинутому через речной канал, и, пройдя сквозь величественные кованные ворота, оказались на просторном дворе.

— Ну вот, Паша, мы и во дворце, — сказала Маха, обращаясь к мешку, притороченному к лошади. Скелет заворочался, постукивая костями, но ведьма, похлопав по холщовой сумке, успокоила его, прошептав, что еще не время вылезать наружу.

Они спешились и прошли во дворец, петляя по многочисленным коридорам и лестницам, чтобы как можно меньше встречаться с местными обитателями. Но все же те, кто видел их по пути, сворачивали шеи и шептались между собой, словно рассматривали диковинную зверушку, а не могущественную ведьму.

Маха старалась не обращать внимания на взгляды и разговоры, следуя за принцем, который, как и положено, знал все закоулки дворца, как свои пять пальцев. Он тащил сумку с Пашей, перекинув мешок за спину.

Когда они подошли к самой последней комнате в правом крыле, Антуан распахнул перед ведьмой дверь, за которой Маха увидела обычные, без каких — либо королевских излишеств, покои.

Принц, смущенно пожав плечами, пояснил:

— Прошу прощения за скромную обстановку. Я решил, что будет лучше поселить вас как можно дальше от посторонних глаз. А эта спальня расположена как нельзя лучше.

— Мне не важна обстановка. Я сюда не гостить приехала, — отмахнулась ведьма.

— Я обустрою все нужным образом, дайте только немного времени, — принц положил сумку со скелетом посреди помещения и поспешно скрылся.

Маха огляделась. Стены были завешаны старыми гобеленами, с изображениями охоты, полей, лесов и прочей сельской пасторали. Большое окно с резной решеткой. Большая деревянная кровать с выцветшим пологом.

Письменный стол, крепкий деревянный стул и что — то вроде гардероба. Ванна, которая стояла прямо в комнате, возле камина. Отхожее место — в отдельном помещении, туда вела небольшая дверь. Вот и вся обстановка.

Не роскошно, но лучше, чем обустройство в ее избе. Хоть и не слишком уютно. Маха подошла к окну и отворила створку. Веселый ветерок ворвался в затхлое помещение, принеся запах воды и свежей зелени.

Ведьма с удовольствием вдохнула и отворила окно полностью. Паша подал голос:

— Я могу уже покинуть этот тесный мешок?

— Прости, Паш, но еще рано, — ответила она. — Мне кажется, что сейчас кто — то придет.

— У меня спина затекла, — захныкал скелет, шумно ворочаясь в сумке и хрустя суставами.

— Вот душнила, — пробормотала себе под нос Маха, наслаждаясь свежим воздухом.

— Я никого не душил! Сидеть в темноте и тесноте столько часов просто невыносимо! — возмущенно скрипнул Павлентий.

— Невыносимо — не выноси, — ответила ведьма, и скелет затих.

В этот момент в дверь постучали, и на пороге показалась многочисленная прислуга, которая, не смея войти, толпилась в проходе, опасливо заглядывая внутрь.

— Что? — спросила Маха.

Самая смелая из толпы женщин, одетых в аккуратные коричневые платья с передниками и с убранными под белые чепцы волосами, вышла вперед.

— Нам велено прибраться, — сказала она, боясь смотреть ведьме в глаза. — Если вы не против, конечно.

— Раз велено, валяйте, — сказала Маха и для пущего эффекта улыбнулась своим фирменным оскалом. Но женщина действительно оказалась не из робкого десятка, поэтому, войдя в комнату твердым шагом, она деловито отодвинула стоящий на проходе мешок с костями и принялась приводить помещение в порядок.

Остальные, последовав ее примеру, начали вытряхивать с пологов и гардин пыль, мести пол и протирать все поверхности.

— Аааапчхи! — раздалось из мешка.

Женщины притихли и повернули головы в сторону сумки. Маха, не растерявшись, приложила руки к лицу и, сложившись пополам, еще раз театрально чихнула.

Горничные, немного расслабившись, переглянулись друг с другом и продолжили заниматься своими делами.

Ведьма, распахнув шкаф, спешно запихнула туда Пашу и, закрыв массивную дверцу, сунула ключ в карман. Нужно было догадаться сделать это сразу. Но, вроде, обошлось.

Немного постояв без дела, Маха решила не мешать уборке и не смущать горничных, поэтому вышла в дворцовый коридор. Там оказалось по — прежнему тихо и безлюдно.

Она побоялась уходить далеко, так как сомневалась, что найдет дорогу к своей комнате. Поэтому она села на каменный подоконник в ближайшей оконной нише с и стала рассматривать происходящее внизу.

Ее