Босс для булочки. (Не)Случайная встреча - Полли Уайт

Эта мысль заставляет меня вскочить с кровати бодрее, чем обычно. Порхаю по квартире, готовлю завтрак, напеваю под нос. Даже каша с утра кажется вкуснее.

– Мам, ты счастливая? – за завтраком спрашивает Женя, с любопытством разглядывая меня.

– Что? Нет, просто… хорошее настроение, – смущенно отвожу взгляд, намазывая тост маслом. – Погода хорошая.

– Ага, – скептически тянет дочь. – Это из-за босса Игната.

Мои щеки заливаются краской. О, Боже, Женя же все видит и понимает!

К счастью, разговор прерывает звонок в домофон, за Женей приехал водитель Ежовых. Целую свою малышку, провожаю ее и остаюсь одна.

Собираюсь тщательнее обычного. Выбираю темно-синее платье-футляр, туфли на высоком каблуке, алый акцент на губах. Оружие готово, но сегодня оно мне нужно не для войны.

Еду в офис, и кажется, что метро едет быстрее, а люди вокруг улыбаются. Захожу в здание «Тристар», забираю почту с ресепшн и лечу в отдел, едва касаясь каблуками пола.

– Ого! – Надя из бухгалтерии останавливает меня прямо в коридоре, окидывая восхищенным взглядом. – Танюш, с тобой сегодня что-то происходит! Ты вся светишься!

Внутри что-то екает. Надя попадает в яблочко. А она проницательна!

– Да брось ты, – отмахиваюсь, стараясь сохранить невозмутимость. – Просто выспалась.

– Не верю! – подозрительно щурится рыжая. – Признавайся, кто он?

– Кто? – фыркаю я, стараясь обойти Надю. – Нет никого.

Но она не отстает, цепко хватает меня за локоть.

– Да брось, Тань! Я влюбленную женщину за километр распознаю! Глаза горят, щёки розовые! Признавайся, кто он?

В панике соображаю, как бы свалить всё на витамины или новую косметику. Мысленно представляю, что Надя будет допрашивать меня до посинения. Спасает знакомый жёсткий и властный голос, раздавшийся за спиной.

– Цыпочкина. Ко мне в кабинет. Сейчас же.

Разворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Игнатом. Он стоит в нескольких шагах, мой начальник-тиран. Взгляд холодный, строгий. Радостное настроение тут же падает ниже плинтуса.

Надя испуганно вздрагивает, бросает сочувствующий взгляд и семенит к лифту. Игнат заходит в кабинет.

Медленно выдыхаю, собираюсь с мыслями.

В чём я могла успеть провиниться? Опоздала? Нет, даже раньше приехала. Отчёт не сдала? Вроде нет.

Может, он уже пожалел о вчерашнем и решил вернуться к роли строгого босса?

С тяжелым сердцем захожу в кабинет.

– Закрой дверь, – приказывает Макаренко.

Подчиняюсь. Разворачиваюсь, готовая выслушать очередной разнос, но не успеваю даже рта открыть.

Игнат прижимает меня к двери, подцепляет мой подбородок. Его губы налетают на мои с такой страстью, что у меня перехватывает дыхание.

Издаю удивленный писк, но он тут же тонет в поцелуе: властном, жадном, не оставляющем никаких сомнений.

Тело мгновенно откликается на его порыв, я таю в объятиях босса, забыв обо всём на свете.

Затем он легко подхватывает меня на руки, переносит через кабинет и усаживает на край своего массивного стола. Бумаги с лёгким шелестом падают на пол.

– Я так по тебе соскучился, – рычит босс прямо в мои губы низким хриплым голосом, полным неподдельного желания. Его руки скользят по моим бёдрам, сжимая их сквозь ткань юбки. – За одну ночь. Это ненормально, Цыпочкина.

Я с трудом прихожу в себя. Запыхавшаяся, с пылающими щеками и губами, опухшими от его поцелуев.

– Что это было при встрече? – выдыхаю, пытаясь отдышаться. – Я уж подумала, что ты сейчас меня уволишь.

Игнат усмехается, его глаза тёмные, полные огня. Он проводит большим пальцем по моей нижней губе.

– Должен же я держать лицо перед подчинёнными, – поясняет с лёгкой, почти озорной ухмылкой. – Не могу же я накинуться на тебя. Хотя очень хочется.

Он снова целует меня, уже медленнее, слаще. Одной рукой Игнат все еще сжимает мое бедро, а другой опускается ниже и начинает медленно, плавно двигаться вверх, задирая подол юбки.

По коже бегут мурашки, а внизу живота закипает знакомое пьянящее тепло.

– Игнат, – тихо стону в его губы, полностью капитулируя. – Мы же на работе…

– И что? – он приникает губами к моей шее, заставляя меня выгнуться. – Я здесь босс. Мне можно всё.

Его горячие пальцы уже неприлично высоко, и мне до дрожи хочется, чтобы они продвинулись ещё выше, туда, где пульсирует мое желание. Хочу почувствовать босса ещё глубже, забыв о работе, коллегах и том, что мы в офисе.

– Мне тоже… очень тебя не хватало, – шепчу в губы босса.

И в этот самый момент дверь кабинета с грохотом распахивается. На пороге стоит…

Глава 20. Незваная свекровь и сердечный приступ

Таня

Дверь с грохотом распахивается, и я чуть не падаю со стола. Сердце проваливается в пятки, а по щекам разливается огненный стыд. Я отскакиваю от Игната, опускаю юбку и безуспешно пытаюсь придать своему лицу хоть каплю серьезности.

В дверях стоит женщина. Лет шестидесяти, очень ухоженная. Никакого пафоса или вычурности. Строгая серая юбка, светлая блузка и темно-синий пиджак. Волосы убраны в аккуратную прическу. Но ее глаза… Холодные, оценивающие, будто рентген.

– Игнатушка, – говорит тихо и ровно. – А я зашла без предупреждения. Надеялась, что мы сможем пообедать.

Игнат стоит рядом со мной. Все его тело напряжено, как струна. Он не отпрянул от меня, как пойманный школьник, нет. Он просто окаменел. Лицо босса непроницаемо, но я уже научилась читать его мимику.

Он зол.

– Мама, – голос Макаренко звучит ровно и холодно. – Ты как всегда некстати.

Мать Игната переводит на меня свой пронзительный взгляд. Вежливо улыбается, но в глазах такой колючий холод, что я ежусь.

– А это кто?

Игнат берет мою руку и целует. Этот жест одновременно и защищает, и заявляет права.

– Это Таня. Мой личный ассистент. И моя женщина.

От этих слов у меня перехватывает дыхание. Он сказал это так просто и уверенно, будто объявил о смене графика работы. А его мать продолжает улыбаться.

– Очень приятно, Татьяна, – она произносит мое имя, будто находит его безвкусным. – Я Макаренко Валентина Петровна.

– Здравствуйте, – выдавливаю, чувствуя себя полной дурой со спутанными волосами и зацелованными губами.

– Какая интересная внешность, – говорит Валентина Петровна, и ее комплимент звучит как оскорбление. – Игнатушка, а я и не знала, что у тебя появилась… женщина. Мы должны познакомиться поближе. Татьяна, давайте как-нибудь встретимся в кафе, поболтаем по-женски.

Она говорит это сладким, елейным тоном, но от него по спине бегут мурашки. Я чувствую исходящую от нее угрозу, скрытую под слоем вежливости.

– Это вряд ли возможно, мама, – голос Игната ледяной. Его желваки ходят ходуном. Почему? Она же просто предложила встретиться.

– Ну, Игнатушка, не будь таким, – вздыхает Валентина Петровна, и ее голос вдруг становится