Пьяная Паучиха - Ксения Алексеенко

хороша, защищая тебя от мира? Ты как новорожденная. Так, подожди, я пытаюсь вспомнить: ты вообще знаешь, откуда берутся дети?

  - Мам! - Юлга тоже подскочила, - Я просто не ожидала...

  - Когда вы найдете Саю на улице с ножом в боку, ты тоже так скажешь? - сухо спросила Селия. - Потому что этим все и кончится. Я очень надеюсь, что девочка успеет одуматься и вернется к матери до того, как это все дойдет до Орехена. И не надо так бледнеть, я не жестока - это просто факт. Такова жизнь. Это то, с чем тебе еще не раз придется столкнуться, пока ты работаешь в Ведомстве, Юли: видишь мертвого младенца с уродствами - ищи мать-зверозычку; видишь у мужика двадцать пять ножевых и рыдающую огневичку-вдову - ищи любовницу, если та тоже огневичка, то тут уже только считалочка поможет и дедукция, а если любовница еще и замужем, то это вообще детектив... - Селия бросила короткий взгляд на Жаннэй, но та молчала, видимо, не собираясь перечить опытной следящей-сопровождающей, - А если ты, Юлга, видишь мертвую незамужнюю водяницу - процентов семьдесят вероятности, что с кем-то она неудачно поцеловалась... Ха! Могла и за руки подержаться! И это видел кто-то из квартала... Знаешь, в чем будет заключаться твоя работа? Обойтись минимумом трупов. Не создавать повода для Окоса собрать свою жатву, понимаешь? Не усугублять. А вы с Жаннэй... Думаю, тут весь ваш Круг замешан, а? И как Ния может не понимать... Впрочем, отец ее слишком балует... Вы с Жаннэй создали Окосу отличное место для вечеринки. Сделали все возможное для кровавой распри между Тьенскими Улами и Орехенскими Ялами.

  - Селия, - вмешалась Жаннэй, - я настаиваю, что она имела право выбрать тот путь, который хотела. Саю - не Юлга, Саю росла в Орехене. Саю отлично понимала, на что шла.

  Селия вдруг топнула ногой. Сжала кулак здоровой левой руки, правой неловко провела по волосам.

  Посмотрела Жаннэй в глаза.

  Юлге казалось, что это длилось вечность. Она не знала, кто прав, но на всякий случай подошла к Жаннэй и встала рядом. Потому что, пусть аргументы матери и звучали как всегда логично, сердце ее все равно было на стороне Жаннэй.

  - Тогда хотя бы убедись, что ее прикроют от поиска, - наконец сказала Селия. - Я не буду вмешиваться. Пока это не касается моего рода... и пока это не моя работа. Это все, что я могу обещать. Учитесь, котятки. Я еще помню, как опьяняет жажда справедливости. Чтобы все было правильно, чтобы любовь и красота, и никаких глупых замшелых традиций - мир сейчас кажется таким дружелюбным, таким открытым, да, девочки? Как жаль, что это все - до первой дохлой мышки... Я желаю удачи вам... и ей.

  Когда мама вышла из комнаты, Юлга чуть не рухнула под свалившейся на ее плечи ответственностью. Хорошо хоть Жан была рядом.

  Поддержала.

  Взяла на себя большую часть.

  13.

  В квартире в одночасье стало людно, шумно и суматошно.

  - Это просто Варт, - пояснил Ланерье недоумевающей Саю, только-только вернувшейся из школы, и беспомощно развел руками, - Варт рода Хин, который полон энтузиазма.

  Услышав свое имя, худощавый кареглазый парень отвлекся от дирижирования командой грузчиков. Не похоже было, что им нужны были его указания, чтобы тащить фортепьяно, но парню, кажется, искренне нравилось на них орать.

  - Привет, Саю! - сказал он и широко-широко улыбнулся. - Спасибо за возможность пристроить куда-нибудь подальше мамино пианино, оно половину гостиной занимало.

  - Майя же обещала раздобыть фортепьяно... - зачем-то пробормотала Саю.

  Людей, решивших ей помочь, становилось все больше и больше, и это немного пугало. Она не была уверена, что заслуживает... этого всего.

  Прекрасного инструмента, хорошего отношения этого совершенно незнакомого парня, который за свой счет устроил доставку...

  Помощи учительницы Ашиды, жертвы брата...

  Варт вдруг резко посерьезнел.

  - Юлга сказала, - начал он уже медленнее, и будто во что-то вслушиваясь, - что эта штука из ели, сосны и бука... Это же нормально, да? Подходит для серьезных занятий? Мама очень редко играла.

  ...Она ведь совершенно ничего не может предложить взамен. За нее, за Саю, платят другие - Ланерье, Шель... Ее кормят, поят, одевают, позволяют заниматься всем, чем хочется, гулять, где вздумается и читать все подряд. А она просто пользуется тем, что ей дают.

  Она хотела бы отплатить, но у нее совсем ничего нет.

  Ничегошеньки.

  Саю кивнула, с трудом удерживая слезы.

  - Это... Великолепно. Спасибо... вам.

  - На ты, исключительно ты, не обижай меня, - хмыкнул Варт и отвернулся как раз тогда, когда Саю все-таки пришлось моргнуть, - Ланерье, глянь, так нормально?

  - В ее комнате? - слегка резковато откликнулся тот, - судя по звуку, с которым вы его грохнули. Наверное.

  - Давно бы лег и прооперировался, - Варт отмахнулся от его раздражения, как от назойливой мухи, - И чего ты боишься? Живешь, как в склепе, из универа на заочку ушел... - И прежде, чем Ланерье ответил, устремился мимо Саю в ее комнату, - Эйзен, разобрались?

  - Ага.

  - Не забудь выслать мне приглашение.

  - Естественно. Второе пятнадцатое, и ты не забудь. - кряжистый широкоплечий парень, судя по комплекции, корня земли, сделал знак своей команде, и те заторопились к выходу.

  Саю замерла около фортепьяно. Кончиками пальцев огладила лакированную крышку, приподняла, коснулась белых клавиш...

  Брямц!

  Понадобится еще и настройщик. Ей столько всего нужно...

  - Второго пятнадцатого буду весь твой, вот, - Варт пожал Эйзену руку на прощание, - если не передумаешь, конечно. Если у твоей матери все вдруг развалится... Ты понимаешь. Никто не виноват, но ты отдал приглашение на помолвку, - Варт вздохнул - слишком громко и слишком грустно, чтобы правда поверить, что его это обстоятельство расстраивает.

  Ланерье проводил Эйзена кивком и немало удивился, когда Варт закрыл дверь в квартиру и подал голос.

  - Ох, вот бы его совесть оказалась пострашнее отчима,