Развод. У него была другая жизнь - Лея Вестова

class="p1">Перед сном я долго стояла у окна, глядя на ночной город. Где-то там, среди миллионов огней, был дом, где жили Андрей и Ирина. Планировали совместное будущее, говорили о ребёнке, который скоро родится. И в то же время строили планы, как избавиться от нас, как отнять нашу квартиру, нашу жизнь. Как уничтожить всё, что мы с Андреем строили пятнадцать лет.

Что заставляет людей так меняться? Что превращает любящего мужа и отца в лжеца и предателя? Что превращает беременную женщину в мстительную фурию, готовую переехать других людей на машине?

С этими мыслями я, наконец, отошла от окна и легла в постель. Сон долго не шёл. В голове проносились события дня, планы на завтра, стратегии защиты. Перед глазами снова и снова возникала картина: мчащаяся машина, улыбающееся лицо Ирины за рулём, мгновение до столкновения...

Заснула я только под утро, измотанная тревогами и мыслями. И даже во сне продолжала бежать, спасаясь от тёмно-синего седана, преследующего меня по бесконечным улицам ночного города.

Глава 10

Конверт лежал на столе, нераспечатанный, но уже пугающий своим официальным видом. Банковское уведомление? Судебная повестка? Ещё одно требование от адвокатов Андрея? За последние недели я стала бояться почты — каждый новый документ приносил новые проблемы, новые удары.

— Открой, — мягко сказала мама, наблюдая за моим замешательством. — Нет смысла оттягивать.

Я глубоко вдохнула и вскрыла конверт. Внутри оказалось уведомление из банка: «...информируем Вас о прекращении действия дополнительной карты к счёту Морозова А.С.»

Первые несколько секунд я просто смотрела на бумагу, не вполне осознавая её значение. Затем смысл дошёл до меня — Андрей отключил мою карту от семейного счёта. Того самого счёта, откуда мы оплачивали коммунальные услуги, продукты, одежду для Кати, лекарства для мамы. Того счёта, куда поступала большая часть семейного дохода. Моя зарплата от удалённой работы на полставки была каплей в море по сравнению с его доходами от бизнеса.

— Что там? — спросила мама, заметив, как изменилось моё лицо.

Я молча протянула ей уведомление. Она прочитала, губы сжались в тонкую линию.

— Ну что ж, — её голос звучал спокойно, но в глазах читалась тревога, — этого следовало ожидать. Финансовое давление — классический приём. Твой отец поступил так же, когда мы разводились.

Странное дело — её спокойствие передалось и мне. Я отложила бумагу и открыла приложение банка на телефоне. Как и ожидалось, доступ к семейному счёту был закрыт. Остался только мой личный счёт с жалкими остатками последней зарплаты.

— У нас проблемы, — сказала я, подсчитывая в уме имеющиеся средства. — Большие проблемы.

Плата за квартиру, коммунальные услуги, лекарства мамы, школьные расходы Кати, еда... Список необходимых трат был длинным, а запасы — мизерными. Ещё неделю назад я без колебаний заказала бы доставку продуктов на неделю вперёд или оплатила дополнительные занятия для Кати. Теперь каждая копейка была на счету.

— Сколько у нас есть? — практично спросила мама.

Я назвала сумму. Она нахмурилась, явно проводя те же расчёты, что и я минуту назад.

— На месяц, если экономить. На полтора, если очень экономить, — подвела итог она. — И это не считая непредвиденных расходов.

— А потом?

Мама пожала плечами:

— Потом будет новая зарплата. Не самая большая, но это деньги. И... — она замялась, — у меня есть пенсия.

— Нет, — я покачала головой. — Твоя пенсия идёт на твои лекарства и процедуры. Это не обсуждается.

— Оленька, — мама взяла меня за руку, — сейчас не время для гордости. Мы семья. Мы справляемся вместе.

Я хотела возразить, но понимала, что она права. Не время для гордости, не время для принципов. Нам нужно выжить, переждать эту бурю. И если для этого придётся принять мамину помощь — что ж, так тому и быть.

— Хорошо, — неохотно согласилась я. — Но только в крайнем случае. Сначала я попробую решить проблему сама.

Мама кивнула, не настаивая. Она всегда тонко чувствовала, когда можно надавить, а когда нужно отступить.

Через час после этого разговора пришло сообщение от Андрея: короткое, лаконичное, деловое. Словно мы были не мужем и женой пятнадцать лет, а просто деловыми партнёрами, расторгающими контракт: «Поскольку мы больше не живём вместе, считаю нецелесообразным сохранять твой доступ к семейному счёту. Расходы на содержание Кати буду оплачивать напрямую».

Я едва сдержалась, чтобы не отправить гневный ответ. Вместо этого сделала глубокий вдох и набрала номер Ильи. Он ответил после второго гудка:

— Ольга Владимировна? Что-то случилось?

Я коротко объяснила ситуацию. Он слушал, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Когда я закончила, в трубке повисло короткое молчание.

— К сожалению, это частая тактика, — наконец сказал он. — И, как ни прискорбно, законных оснований требовать возобновления доступа к счёту нет. Он имеет право распоряжаться своими финансами.

— Но как же алименты? — спросила я. — Разве он не обязан содержать Катю?

— Обязан, — подтвердил Илья. — Но до официального решения суда всё держится на его доброй воле. Мы можем подать ходатайство о временных алиментах, и суд, скорее всего, удовлетворит его. Но на это потребуется время.

— Сколько?

— В лучшем случае — две-три недели. В худшем — месяц-полтора.

Я прикрыла глаза, переваривая информацию. Месяц без финансовой поддержки. Месяц на одной зарплате и маминой пенсии.

— Что вы посоветуете?

— Немедленно подавать ходатайство о временных алиментах, — ответил Илья. — Я займусь этим сегодня же. А пока... у вас есть какие-то активы, сбережения? Что-то, что можно использовать для покрытия текущих расходов?

Я горько усмехнулась:

— Все сбережения вложены в квартиру, за которую мы сейчас боремся. Или в бизнес Андрея. Ничего ликвидного.

— Понимаю, — в его голосе прозвучало искреннее сочувствие. — Что ж, тогда остаётся увеличить доход. Вы говорили, что работаете удалённо на полставки? Может быть, стоит рассмотреть полную занятость?

Я вздохнула:

— Я бы с радостью. Но моё место уже занято. Когда мама заболела, я сократила часы, и фирма нашла замену. Теперь вернуться на полную ставку не получится.

— А другие варианты? Другие фирмы?

— Буду искать, — решительно сказала я. — У меня хорошее портфолио, опыт. Что-нибудь найдётся.

После разговора с Ильёй я провела остаток дня в поисках работы. Отправляла резюме, звонила старым знакомым, просматривала специализированные сайты. К вечеру глаза слезились от усталости, а душу тяготило смутное предчувствие неудачи. Архитектор на полную ставку, да ещё в условиях экономического спада — не самая востребованная профессия. Возможно, придётся рассматривать варианты не по специальности. Или соглашаться на должность ниже моей квалификации…

Когда вернулась Катя из школы, я постаралась скрыть тревогу. Она и так была на взводе после всех потрясений, не хотелось добавлять ей беспокойства.