Тьма времени - Сара Сэмюэлс

Только у Романа и Эмили была приличная одежда. Если мы хотели пережить укусы насекомых и ночной холод, нужно было срочно что-то с этим придумать.

Марселиус ничего не ответил.

— Привет, Марселиус. Дома кто-нибудь есть?

Он недоумённо нахмурился.

Я иногда забывала, что разговорные выражения моего времени в других столетиях звучат бессмысленно.

— Ты специально игнорируешь мои вопросы или действительно оглох?

Он презрительно скривил губы.

— Мне нечего тебе сказать.

— Хватит вести себя как придурок, Марселиус. — Я подошла к нему почти вплотную, так что между нами почти не осталось расстояния. — Как твоё плечо? Ты выглядишь гораздо лучше, чем вчера.

— Просто замечательно, правда? — с сарказмом ответил он. — Она говорит, что сегодня я выгляжу менее бледным, чем вчера. Видимо, теперь я должен быть ей безмерно благодарен за мундир а Роману — за то, что вытащил меня из ручья.

Я закатила глаза.

— Да поможет нам Бог, если ты хоть раз в жизни всё-таки скажешь спасибо за то, что к тебе по-человечески относятся.

— С какого это хуя я должен быть с тобой любезен? Я не просил тащить меня сюда. Ты просто взяла и решила за меня, перебросив моего так называемого брата и меня в другое время и место. И, к слову, это чертовски паршивое время и чертовски паршивое место.

Он пренебрежительно махнул рукой, словно прогоняя меня, и пошёл прочь.

Я бросилась за ним и схватила его за рукав мундира.

— Даже не думай просто взять и уйти. Я хочу получить от тебя ответы!

Он резко развернулся и выдернул рукав из моей хватки.

— Даже не смей, блядь, до меня дотрагиваться, сука.

Его лицо перекосилось от ярости.

Я невольно отступила на шаг.

— Какого чёрта ты притащила меня обратно в это место? С того самого дня, как я встретил тебя, ты приносишь мне одни проблемы. — Он подался вперёд, словно хотел сбить меня с ног одной лишь силой своих слов. — Какого хрена ты притащила меня сюда без моего разрешения?

— Мы уже это обсуждали, Марселиус. Ты просто повторяешь одно и то же, как заевшая пластинка.

В его глазах вспыхнула ярость.

— Ты разрушила мою жизнь!

— Ничего подобного я не делала! — Я с силой толкнула его.

Он пошатнулся, удержался на ногах и тут же с силой толкнул меня в ответ.

— Я спасла тебе жизнь, вытащив тебя из Рима! — крикнула я, вновь обретая равновесие. — В Риме ты был никем — ручной собачонкой императора, исполнявшей любую его прихоть. Ты не был свободным человеком. Ты был рабом, прислуживавшим императору.

— Я не хотел покидать Рим! — Его лицо побагровело от гнева. — Кем бы я там ни был, я мог уйти из Рима в любой момент, если бы захотел. Но я остался из-за неё. А теперь ты разлучила меня с ней!

Мои руки бессильно опустились вдоль тела, и я молча смотрела на него, растерянно моргая.

— Я не понимаю, о ком ты говоришь, — сказала я уже гораздо тише.

— Теадора! — выкрикнул он с такой болью, что у меня сжалось сердце.

Роман вышел со стороны луга. Его волосы были мокрыми, словно он только что умылся в ручье. Заметив нас, он нахмурился и быстрым шагом направился в нашу сторону.

— Кто такая Теадора? — спросила я.

— Женщина, которую я любил больше всего на свете. Женщина, погибшая из-за меня. А теперь ты навсегда отняла её у меня. — Марселиус отвернулся и опустил голову.

Подойдя к нам, Роман спросил:

— Почему вы говорите о Теадоре?

— Ты знаешь её? — удивилась я.

— Она была дочерью Амары. — Роман нахмурился ещё сильнее, глядя на Марселиуса.

— Дочерью Амары? — Я посмотрела на Марселиуса. — Подожди… Вы с дочерью Амары были вместе? То есть… были возлюбленными?

Марселиуса затрясло. Он сжал кулаки так сильно, будто был готов наброситься на кого-нибудь.

— Она была моей жизнью! Моим миром! Она была для меня всем! А теперь ты навсегда разлучила меня с ней!

Роман потрясённо замер.

— Ты… и Теадора?

— Да, я и Теадора! — выкрикнул Марселиус. — Она снова подарила моей жизни смысл… пока её не отняли у меня. Её… и нашего нерождённого ребёнка. Я хотел остаться в Риме хотя бы для того, чтобы быть рядом с ней.

— Но… но… она же умерла, Марселиус, — тихо сказал Роман.

— Я знаю, что она умерла! — рявкнул Марселиус. — Но в Риме она была рядом со мной, а не здесь. Это последнее место, где я хотел бы оказаться. Я был несчастен здесь. Все, кого я знал, предали меня. Да я лучше окажусь где угодно, только не здесь.

Из-за деревьев вышла Эмили с полной охапкой собранной зелени.

Я понизила голос.

— Марселиус, мне очень жаль всё, через что тебе пришлось пройти. Сочувствую твоей боли и утрате. Я никогда не хотела причинять тебе ещё больше страданий. Я не знала, насколько много Теадора для тебя значила. Но нам нужно понять, что ты здесь делал. Похоже, когда-то ты жил здесь. Как ты оказался в Риме? Что произошло здесь такого ужасного?

Марселиус резко развернулся ко мне, словно загнанный в ловушку зверь, готовый вцепиться клыками и когтями.

— С какого хуя я должен тебе хоть что-то рассказывать? Что хорошего мне даст этот рассказ?

Он кричал так яростно, что вместе со словами изо рта летела слюна.

— Мы с тобой и Оливией — Рождённые временем. Нам не сражаться друг с другом нужно, а объединиться как союзникам, — сказал Роман. — Если ты и дальше будешь скрывать правду о своей жизни и о том, кто ты такой, это ни к чему не приведёт.

Марселиус презрительно усмехнулся и отвернулся от Романа.

— Марселиус, мне нужны ответы, — сказала я. — Если бы не те безумные песнопения, которые ты распевал, когда похитил меня, и если бы я не нашла твой кинжал в тюремной камере, нас бы сейчас здесь не было. Зато ты и Роман уже были бы мертвы. Я спасла тебя, Эмили вылечила тебя, а мы всего лишь хотим получить ответы.

Марселиус снова попытался уйти, но Роман схватил его за руку.

— Послушай, — сказал Роман. — С тех пор как мы оказались здесь, ты ведёшь себя как мудак. Если ты сейчас же не начнёшь говорить, я сделаю так, что пулевое ранение покажется тебе лучшим, что случалось в твоей жизни. Меня уже тошнит от тебя. В Риме ты держал Оливию в плену. Ты заставил меня прислуживать императору. Ты вынудил меня убить моего лучшего друга. А теперь мы здесь, нравится тебе это или нет. Так дай нам, мать