Таверна на колесах. Бургеры против Инквизиции или Попаданки рулят! - Аглая Райнис

Мира вихрем металась у печи, магией помешивая грибной суп в огромном котле. Аромат стоял такой, что прохожие на улице останавливались.

— Мия, катастрофа! — крикнула Мира через плечо, отдуваясь от пара. — Горячее почти готово, а хлеб кончился! Старые гномьи сухари Броггара мужики жевать не станут, они нам столы разнесут. Быстро замешивай партию булочек. Пышных, мягких, как для бургеров. Время пошло!

— Сейчас сделаю! — Мия поспешно завязала чистый фартук и побежала к мешкам с мукой.

Люцик, от безделья и ради отработки съеденного сыра, увязался за ней в качестве помощника. Он вызвался таскать тяжелую кадку с водой.

Мия открыла деревянный ларь, но её ждало горькое разочарование. Старая гномья мука, оставшаяся от Броггара, за время простоя таверны отсырела и теперь сильно пахла сырым подвалом и плесенью. Хлеб из такой муки вышел бы серым, тяжелым и несъедобным. Гости плевались бы дальше Тракта.

Мия замерла над ларем, кусая губы. Внутри ладоней привычно, ласково закололо. Магия изменения свойств, которую она открыла в себе вчера и так удачно применила с кустом подорожника, отозвалась на её замешательство. Мия решила рискнуть. Она вытянула руки над серой мукой, закрыла глаза и мысленно сосредоточилась на свойствах: «Пышность. Воздушность. Идеальная, упругая земная мука высшего сорта».

Ладони Мии мягко, красиво засияли ровным голубоватым светом. Маленькие искорки сорвались с кончиков пальцев, ныряя прямо в сухую массу.

Процесс пошел идеально. Серая мука на глазах белела, наливаясь приятным ароматом свежего зерна. Мия, воодушевленная успехом, принялась быстро замешивать тесто в большой миске, продолжая удерживать магический импульс упругости.

В этот самый момент Люцик, который как раз пытался пристроить на верхней полке пучок сушеной лаванды, оступился. Парень с коротким ругательством полетел вниз, взмахнул руками и со всего маху толкнул Мию локтем прямо под руку.

От неожиданности и испуга магия в пальцах девушки резко скакнула вперед. Мощный поток намертво впечатал свойство «упругости» глубоко в молекулярную структуру теста. Ладони погасли.

— Ой... — Мия ошарашенно посмотрела на миску.

Тесто выглядело безупречно. Оно поднялось за три секунды, стало белым, пышным и пахло божественной ванилью. Люцик, потирая ушибленное колено, виновато улыбнулся:

— Прости, младшая ведьма. Но выглядит аппетитно. Давай печь, мужики в зале уже ложками бьют.

Через двадцать минут первая корзина с пышными, румяными, идеально выпеченными булочками была готова. Они выглядели как на картинке кулинарного журнала. Прошка, гордо расправив серые усы, подхватил корзину и потащил её в обеденный зал, где расположились голодные клиенты таверны.

Первую булочку цапнул огромный, бородатый лесоруб со шрамом на всю щеку. Он шумно вдохнул ванильный аромат, довольно крякнул и вонзил зубы в румяную корочку.

Раздался странный, громкий звук, похожий на свист выпущенной стрелы.

Зубы лесоруба отскочили от выпечки, так и не оставив на ней ни единой царапины. Булочка под воздействием гипермагии Мии приобрела свойства... стопроцентного армированного каучука. Она была мягкой наощупь, но монументально пружинящей и абсолютно непрокусываемой.

Громила от неожиданности взвыл, схватился за челюсть и в сердцах со всей силы швырнул булку об дубовый стол.

Это было роковой ошибкой.

Выпечка повышенной прыгучести, встретившись со столешницей и выдала идеальный прыжок. Она со свистом взлетела под самый потолок, срикошетила от балки и точным ударом выбила глиняную кружку с элем из рук сидевшего за соседним столиком торговца. Потом прыгучая булка с оглушительным звоном пробила новенькое, только вчера застекленное Прошкой окно таверны и улетела на улицу.

— Ушам моим не верить, стеклам не колотиться! — истошно завопил Прошка, хватаясь за голову. — Мой бюджет! Мой витраж! Ведьма Мия, что ты испекла?!

В зале в ту же секунду поднялся невообразимый, восторженный хаос. Наемники и лесорубы, люди по натуре грубые, но веселые, решили, что хозяйки таверны устроили для них новую гномью забаву. Мужики дружно повскакивали со своих мест, расхватали из корзины оставшуюся выпечку и принялись с хохотом швырять её друг в друга.

В один миг таверна превратилась в поле боя. Пышные румяные булочки с бешеной скоростью летали по залу, отскакивая от стен, камина, щитов и лысин наемников со звонкими, пружинящими звуками. Они прыгали как сумасшедшие каучуковые мячики, сбивая со столов тарелки и кружки.

Люцик, мгновенно оценив масштаб катастрофы, ловким движением взлетел под самый потолок, уцепился руками за кованую люстру и висел там, хохоча до колик в животе и дрыгая ногами:

— Ушам моим не верить! Младшая ведьма изобрела стратегическое метательное оружие кондитерского назначения! Инквизиции конец!

Прошка судорожно ползал под столами, уворачиваясь от летающих хлебобулочных снарядов, и быстро чиркал пером в блокноте: «Разбито кружек — три штуки. Синяки наемников — пять штук. Моя нервная система — уничтожена».

Мия стояла за барной стойкой, закрыв лицо руками. Она сгорала от смущения и стыда, мечтая провалиться сквозь землю прямо сейчас вместе со своей упругой мукой.

И именно в этот разгар кондитерского погрома тяжелая дубовая дверь таверны с грохотом отворилась.

На пороге замер Маршал Райан. Он пришел проверить, как обустроились попаданки со своей таверной. Не успел он сделать и шага, как одна из особо прыгучих булочек, пущенная рукой пьяного лесоруба, со свистом прилетела ему точно в грудь. Снаряд со звонким «тук»отскочил от кожаного доспеха, впечатался в стену и, упав на пол замер.

Райан застыл. Его серые глаза налились яростью. Мужчина медленно положил руку на рукоять меча и рявкнул так, что посуда на полках притихла:

— Прекратить балаган! Всем сидеть, Корона вас дери!

Зал мгновенно затих. Наемники испуганно попрятались за столы. Люцик на люстре затаил дыхание, стараясь не выдать себя. Маршал тяжелым, размеренным шагом подошел к барной стойке, пиная носком сапога одну из прыгучих булок. Он остановился прямо напротив раскрасневшейся, готовой заплакать Мии.

Мира в этот момент как раз выскочила из кухни с поварешкой, готовая защищать сестру от гнева Инквизиции. Но Райан не стал кричать. Он хмуро посмотрел на прыгучий хлеб, затем протянул руку, аккуратно перехватил тонкое запястье Мии и закрыл глаза, прислушиваясь к её ауре. Он оценивал её магический всплеск. Со стороны, из кухонного проема, этот жест выглядел невероятно интимно и собственнически — огромный суровый Маршал держит бледную, смущенную девушку за руку в тишине зала.

Мира у барной стойки мгновенно сжала пальцы на поварешке. «Какого черта он её лапает?!» — мысленно взвыла она, готовая запустить в Инквизитора казаном.

— Твоя магическая сила уникальна, — ровно произнес Райан, открывая глаза и отпуская руку Мии. Он посмотрел на нее, полностью игнорируя злой взгляд Миры. — Ты изменила