Таверна на колесах. Бургеры против Инквизиции или Попаданки рулят! - Аглая Райнис

Мира сжала кулаки, посылая резкий импульс прямо в железные обручи бочек. Давление внутри бочек мгновенно возросло до предела.

БА-А-АХ!!!

Раздался оглушительный взрыв. Лес содрогнулся. Бочки разнесло в щепки. Две гигантские волны ядреного, пенного, шипящего кваса взрывного действия ударили по болотным скрежетунам. Кислая, перебродившая жидкость монстрам явно пришлась не по вкусу. Истошно вереща, пауки в панике бросились в лес, стремясь укрыться в спасительной темноте. Атака была полностью отбита шедевром гномьей кухни.

Но праздновать победу было рано. Сестры, Люцик, Рыся и Прошка пулей выскочили наружу и кинулись к лежащим коням.

Буян и Уголек лежали в пыли Тракта. Их огромные угольно-черные тела сотрясала крупная дрожь, гривы полностью погасли, превратившись в безжизненный серый пепел. Из ноздрей текла густая, фиолетовая кровь, а лиловые глаза медленно затягивались мертвой белой пеленой. Демонические великаны умирали. Яд скрежетунов действовал быстро, сжигая их изнутри. Кони хрипели, их дыхание становилось всё реже. Они угасали прямо на глазах.

Мира упала на колени перед Буяном, прижимая ладони к его холодеющей морде. Слезы градом покатились по её щекам. Это были её кони. Строптивые, гордые, выбравшие имена за свеклу, спасшие её от обрыва.

— Нет, нет, пожалуйста, не умирай... Буян, ну же, очнись! Прошка, сделай что-нибудь!

Мия в полном отчаянии вскинула руки над Угольком. Она судорожно прижала серебристый корень Живоцвета к ране коня. Её ладони покалывало, но её магия из-за малого опыта и паники девушки напрочь отказывалась повиноваться. Серебряный свет корня гас, Живоцвет не отзывался на её хаотичные, дрожащие импульсы.

— Он не работает! Не получается! Я не могу поймать вектор! — плакала Мия, бессильно роняя руки. Девчонки были в полном отчаянии.

Прошка стоял рядом, прижимая к себе амбарную тетрадь. Из его огромных карих глаз катились крупные, чистые слезы, падая прямо на жилет. Старый шушак искренне, всем сердцем любил этих Кошмаров, хотя зануда-бухгалтер внутри него даже в этот страшный момент продолжал судорожно работать, силясь защитить его от боли потери.

— Ушам моим не верить, коникам не жить... — всхлипывал Прошка, утирая нос лапой. — Это же... это же Буянчик наш. И Уголек. Где я теперь тягловую силу такую найду? Нам же весь бюджет переписывать... Две единицы основного имущества под списание. Новые тягловые ящеры Короны тридцать золотых стоят, у нас таких денег в ведомости нет! Уголек, ну не хрипи ты так, у меня от твоего хрипа в левом боку колет...

Рыся вела себя безумнее всех. Огненная белка металась от морды Буяна к морде Уголька, судорожно пыталась поднять маленькими лапками их тяжелые, закрывающиеся веки. Она что-то отчаянно, быстро стрекотал им на ухо, лизал их холодные носы, а затем села на землю между ними, задрала мордочку к небу бора и горько, протяжно завыла. Это был настоящий плач маленького лесного существа, теряющего своих верных больших друзей. От этого звука у Миры разорвалось сердце. Райан стоял в стороне, опустив свой тяжелый меч – он тоже был бессилен перед ситуацией.

— Отойдите, — раздался спокойный, тихий голос Люцика.

Эльф медленно подошел к упряжке. Его рана на боку явно причиняла ему боль, но лицо было сосредоточенным и строгим. Безбашенный контрабандист исчез. Перед ними стоял истинный принц лесного клана Севера, рожденный в гармонии с природой.

Люцик опустился на колени прямо между двумя умирающими жеребцами. Он положил левую ладонь на шею Буяна, а правую — на крупу Уголька. Парень закрыл глаза и глубоко, мерно вздохнул, сливаясь с ритмом леса.

В ту же секунду его эльфийская магия, древняя, мощная и чистая сила природы потоком потекла с его пальцев. Вокруг Кошмаров Тракт буквально задышал. Из каменистой земли прямо сквозь камни проросли свежие, ярко-зеленые побеги эльфийской травы лимиры. Воздух вокруг упряжки засиял густым, насыщенным изумрудным светом. Люциан умел справляться со смертельными случаями — его клан веками спасал раненых лесных существ от болотной скверны. Он направил всю свою жизненную энергию внутрь демонических тел, буквально выжигая яд скрежетунов своей чистой магией жизни.

Изумрудный свет окутал Кошмаров плотным коконом, останавливая кровь и залечивая раны. Через мгновение Буян издал первый, глубокий, судорожный вздох. Его веки дрогнули, и он скосил на эльфа чистый взгляд своих лиловых глаз. Конь резко поднял голову, а его фиолетовая грива с веселым треском и искрами вспыхнула вновь, разгоняя болотную мглу. Следом вскочил на ноги Уголек, мощно встряхнув фиолетовым хвостом и преданно ткнувшись мордой в плечо Люцика. Кони были спасены, здоровы и полны сил.

Мира и Мия со слезами на глазах бросились обнимать жеребцов, Рыся победно запрыгала по их спинам, а Прошка, шмыгая носом, уже чиркал в блокноте: «Списание тягловой силы отменяется. Имущество в строю! Люцик — золото, а не эльф!».

Бледный Люцик тяжело поднялся, улыбаясь девчонкам и вытирая пот со лба:

— Ну вот... а вы сковородкой бросались. Я же говорил, что пригожусь...

В этот самый момент за его спиной раздались тяжелые шаги. Маршал Райан приближался к нему с обнаженным мечом в руке. Его хмурый, ледяной взгляд застыл на серебряных волосах и зеленом камзоле эльфа. Охота Инквизитора завершилась прямо здесь, у колес спасенной таверны. Наступила мертвая тишина.

Глава 14

Глава 14. Мантикора на ручках

Стальное лезвие меча Райана тускло блеснуло в тумане проклятого бора. Маршал сделал шаг вперед, не отводя взгляда от лица Люциана. Обессиленный эльф покачнулся, но упрямо вскинул подбородок и криво усмехнулся. Бойцы патруля за спиной командира синхронно вскинули арбалеты. Щелкнули взводимые механизмы и наступила звенящая тишина.

— Попался, ушастый, — глухо произнес Райан, приподнимая клинок. — Набегался по крышам в Кроме?

Мира отреагировала первой. Она вылетела вперед, заслоняя собой бледного эльфа. В её руке привычно и весомо лежала тяжелая скалка, которую она на автомате прихватила из фургона, кинувшись на помощь лошадям. Внутренний импульс силы послушно замер на кончиках пальцев, готовый в любой момент сорваться.

— А ну стоять! — рявкнула старшая сестра. — Меч убрал, начальник!

Мия тут же встала рядом с Мирой, крепко прижимая к груди Живоцвет. Ладони младшей сестры всё еще слабо светились голубоватым светом.

— Этот эльф только что спас наших коней, Маршал, — спокойно и отчетливо произнесла Мия. Её ровный голос подействовал на солдат как ушат холодной воды. — Без Буяна и Уголька мы бы застряли в этом бору. Вы убьете его только через мой труп.

Райан замер. Его взгляд скользнул по здоровым, фыркающим Кошмарам, у которых снова ярко