Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

Покончив с обедом, я расплатилась и вышла на улицу. Прохладный ветер резко ударил в лицо, мгновенно отрезвив после душного тепла таверны. Однако разговор артефакторов так и не вышел у меня из головы. Засел занозой в мозгах.

Вороны… Кто они?

Город детства предстал в ином, куда более зловещем свете — знакомые тени неожиданно обрели клыки.

В поисках ответов я побрела по мостовой в сторону Восточного квартала. Память и смутная тревога гнали меня к месту, которое, я надеялась, уцелело.

Наконец, я увидела её. Неприметная дверь под выцветшей вывеской, с изображением переплетённых шестерёнок. Над входом дремал маленький колокольчик, который отозвался сухим, надтреснутым звоном, когда я толкнула тяжёлую створку.

Как только я вошла, в нос ударил знакомый, ни с чем не сравнимый запах — машинное масло, острый озон от разрядов магии и горячий металл.

Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь светом магических ламп над рабочим столом, заваленным инструментами, линзами и полуразобранными механизмами. За ним, склонившись над крошечным устройством, напоминавшим заводного жука, сидел мастер Трэвис Линн — старый друг моего отца. Время, казалось, высушило его, превратив в живую статую из морщинистого дерева, но его пальцы… Несмотря на преклонный возраст, они двигались с удивительной скоростью.

Мастер Линн поднял голову, услышав звон колокольчика, и недовольно прищурился.

Взгляд его скользнул по мне сперва без особого интереса. Но уже через секунду споткнулся и замер. Мужчина снял очки, медленно протёр их краем жилета, после снова надел.

— Этери? — прошептал он так тихо, будто боялся, что я — лишь морок. — Не может быть!

Я с трудом сглотнула ком, подступивший к горлу.

— Здравствуйте, мастер. Я вернулась.

Старик медленно обошёл стол.

— Всемогущие боги! — он всплеснул руками, и на его лице проступила такая искренняя радость, что у меня защемило в груди. — Мы… я думал, что уже никогда тебя не увижу!

— Если честно… я тоже, — призналась я и тут же поспешила сменить тему, пока волна прошлого не накрыла нас обоих. Сил на это у меня сейчас не было. — Как вы? Всё так же творите чудеса?

— Пытаюсь сводить концы с концами, — вздохнул артефактор. — Но что о старике… Ты-то как?

Я набрала в легкие побольше воздуха.

— Вернулась и… хочу открыть свою лавку. Травы, настойки, эликсиры.

Слова ещё не успели замереть в воздухе, а лицо Трэвиса уже преобразилось. Восторг сменился тревогой, а потом и откровенным страхом. Тепло в глазах уступило место ледяному беспокойству, и он схватил меня за руку.

— Лавку? Здесь? Ты в своём уме? — зашипел старик, испуганно оглядываясь на дверь, будто за ней скрывался неведомый шпион. — Этери, брось эту затею, пока не поздно! Серебряная долина — уже не то место, что ты помнишь.

— Неужели всё так плохо? В таверне я слышала о каких-то «Воронах».

Старик охнул, и его пальцы, словно стальные клещи, до боли впились в моё запястье.

Не верилось, что в этом высохшем теле могла таиться такая недюжинная сила.

— Тс-с-с! Даже не произноси, — прошептал он, и вновь бросил затравленный взгляд нп дверь.

Трэвис Линн кого-то ждал?

— Лучше тебе уйти, Этери. Время не очень подходящее. Давай встретимся…

Старик недоговорил.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Колокольчик над ней издал один-единственный панический звон и затих. В проёме выросли две тени, которые тут же обрели плоть и шагнули внутрь. Тусклый свет в мастерской, казалось, сгустился и померк. Я инстинктивно отступила к стеллажам, сделав вид, что разглядываю товары. Взгляд скользнул по лампам на причудливых металлических лапах, зацепился за механических птиц в позолоченных клетках, которые, казалось, вот-вот оживут и запоют фальшивыми голосами, и остановился на наборе самонаводящихся отмычек.

Мужчины, не обращая на меня внимания, прошли прямо к прилавку. Когда один из них поравнялся со мной, я заметила на его бычьей шее татуировку — летящего ворона с расправленными крыльями.

— Доброго дня, — прохрипел один из вошедших. — Наш заказ готов?

Мастер Линн вздрогнул. Он и без того казался маленьким и хрупким, а рядом с этими амбалами и вовсе походил на иссохший лист.

— Да-да, конечно, — старик торопливо просеменил вглубь лавки. Порывшись, он извлёк небольшой, аккуратно завёрнутый в тёмную ткань свёрток и с опаской положил его на стол.

Мужчина с татуировкой небрежно подцепил его.

— Эта штуковина точно сработает? — с сомнением протянул он.

— Я лучший артефактор в городе, — с ноткой уязвлённой гордости ответил Трэвис, на миг распрямив спину.

— Лучший? — второй, до этого молчавший, саркастично хмыкнул. — Или просто самый старый?

Оба громилы коротко, грубо рассмеялись.

— Ладно, старик, — хмыкнул первый, тот, что с татуировкой. — Дело сделано. А теперь давай поговорим о другом деле. Твоя лавка задолжала нам за два месяца… аренды.

— Мы не трогали тебя из-за заказа, — подхватил второй. — Босс хотел, чтобы ты закончил работу без помех. Но заказ выполнен. Время платить по счетам.

— Но… у меня пока не было новых заказов, — пролепетал Трэвис. — Торговля не идёт… я заплачу, как только смогу…

— Нас это не волнует, — отрезал татуированный. — Ты же знаешь, что бывает с теми, кто не платит вовремя.

Мой взгляд поймал тусклый блеск латуни, когда рука мужчины потянулась к кастету на поясе.

— Сколько он вам должен? — мой голос прозвучал неожиданно ровно и холодно.

Громилы резко обернулись, лишь сейчас по-настоящему заметив меня.

— А ты ещё кто такая? — усмехнулся мужчина с вороном на шее.

— Какая пташка, — осклабился его напарник, сальный взгляд амбала скользнул по моей фигуре. — Новенькая в городе?

— Это не имеет отношения к делу, — спокойно ответила я, выходя из тени. — Я спрашиваю: какая сумма? Сколько мастер Трэвис вам должен?

Мужчины переглянулись.

— Десять серебряных!

Я молча развязала кожаный кошелёк, висевший на поясе. Отсчитала десять тяжёлых монет и с лязгом положила их на прилавок. Это была почти половина всего, что у меня было.

Громилы уставились на серебро, потом на меня, потом снова на серебро. Недоумение на их лицах было почти комичным. Наконец, татуированный сгрёб монеты в свой огромный кулак.

— Что ж, — протянул он, не сводя с меня цепкого взгляда. — Долг погашен. На этот раз.

Они развернулись и, не прощаясь, так