Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

Попытка сдержать слёзы провалилась с треском: горячая капля предательски обожгла щеку, за ней вторая, размывая перед глазами фигуру друга.

— Пусть служат тебе верой и правдой, — мягко ответил Фай.

Он обвёл долгим, задумчивым взглядом помещение: пыльные полки, пустые стеллажи, почерневший от сырости и времени стол…

— Может тебе ещё чем-то помочь? — предложил он.

Я лишь энергично замотала головой, продолжая улыбаться как блаженная. Спустя мгновение голос наконец-то вернулся, хоть и прозвучал хрипло и незнакомо:

— Я сама… Вы и так сделали слишком много.

— Не так много, как хотелось бы, — мягко усмехнулся Фай, но лицо его тут же посерьёзнело. — Ты ведь не передумаешь, верно? Не уедешь, несмотря на то, что твориться в городе?

— Мне некуда уезжать.

— Но твой муж… Я думал, вы…

— Я не хочу об этом говорить, Фай! — резко и не очень любезно прервала друга детства. — Это мой дом. Мой. Я совершила величайшую глупость, бросив его. Больше этого не повторится!

Слова прозвучали громче, чем я ожидала. На грани отчаянья.

— Прости, — произнёс растерянно Фай. — Прости за такой… приём. За город. За то, что наша первая встреча проходит в таком бардаке.

Я устало потёрла виски. Ну вот что со мной? Откуда взялось это глупое раздражение? Устала? Похоже на то.

— Это ты меня прости, — виновато качнула головой. — Ты не виноват ни в погоде, ни в том, что в городе завелись паразиты. А бардак… это дело наживное. Лучше помоги мне вон с тем столом, — я улыбнулась и кивнула на громоздкое сооружение у стены.

Мы вдвоём взялись за тяжёлую дубовую столешницу. Стол протестующе заскрипел всеми своими рассохшимися суставами, одна ножка предательски подкосилась, и Фай ловко подставил под неё свой сапог. Совместными усилиями, кряхтя и переговариваясь вполголоса, мы перетащили его в центр комнаты.

— Вот и импровизированный прилавок, — выдохнула я, отряхивая ладони. — Посетителей, конечно, не будет ещё очень долго, но пусть стоит. Для вида.

Фай опёрся о край столешницы и посмотрел на меня. Этот взгляд, прямой и честный, проникал куда-то вглубь, туда, где всё ещё жила взъерошенная девчонка, лазавшая с ним по крышам.

— Этери, — его голос стал тише. — Мы давно не виделись. И мир вокруг нас изменился. Но я не изменился. Не в главном. Мы были друзьями. И я хочу, чтобы ты знала: ты можешь на меня положиться. Я остался тем же другом. Если что-то понадобится. Что угодно. Или если эти… «Вороны» появятся, просто дай мне знать.

И в этот момент он улыбнулся. Той самой мальчишеской, чуть кривоватой улыбкой, что стерла с его лица всю строгость формы и приобретённую с годами жёсткость. Улыбкой, которая возвратила ему рыжие веснушки, даже если их почти не было видно.

— Мне пора в патруль, — Фай выпрямился, снова становясь серьёзным стражником. — Береги себя. И… добро пожаловать домой.

Он развернулся и вышел, оставив меня одну посреди комнаты.

Я взглянула в окно, сморгнула упрямую слезинку и тихонько выдохнула, освобождая тело от невидимой тяжести. После чего медленно подошла к ящикам. Опустилась на колени. Уткнулась лицом в груду шерстяных одеял. Вдохнула их успокаивающий аромат… Это был запах дома.

Вытащив самое толстое и пушистое одеяло, я нашла в углу несколько старых досок, оставшихся от сломанных полок и, вернувшись в гостиную, бросила доски в камин. Едва тлеющие угли жадно вцепились в сухую древесину. Секунда, другая — и вот уже озорные языки пламени взметнулись вверх.

Я свила себе гнездо на полу, закутавшись в колючий шерстяной кокон, и смотрела, как огонь пожирает доски.

Фай. Его отец. Значит, я здесь всё-таки не одна.

Эта мысль не принесла утешения, но дала странное чувство почвы под ногами.

Мерный треск поленьев и гипнотический танец огня постепенно растворили колкую тревогу прошедшего дня, и, убаюканная этим живым теплом, я незаметно для себя провалилась в сон.

Пробуждение было внезапным. Наглый солнечный луч, пробившись сквозь мутное стекло, ударил прямо в глаза. Спина затекла, в камине остались лишь тлеющие угли, но я чувствовала себя вполне отдохнувшей.

И вместе со мной проснулась решимость. Стержень, который вчера расплавился от страха и усталости, снова обрёл форму.

Я сделаю это. Начну своё дело. Прямо сейчас.

Но с чего начать в этих голых стенах?

Что ж, начинать всегда нужно с малого. С чего-то настолько простого, что это, кажется, почти смешным.

Глава 15

Я выскользнула из дома. Мир вокруг меня совершенно преобразился. В кои-то веки в этом насупленном городе выглянуло солнце! Его щедрые медовые лучи заливали мощёные улицы, превращая вчерашние унылые лужи в зеркала из жидкого серебра, а пыльные стёкла домов — в россыпь бриллиантов.

Моё настроение, и без того приподнятое после пробуждения, взлетело ещё выше. Я раскинула руки, словно пытаясь обнять небо, и сделала глубокий, пьянящий вдох, после чего с диким энтузиазмом ринулась в бой.

Сорняки, ещё вчера казавшиеся непобедимой армией захватчиков, сегодня безропотно сдавались под напором моих рук.

Сантиметр за сантиметром я освобождала пленных — чудом выживших лекарственных трав. Я бережно откапывала их, отряхивала нежные корешки от налипших комьев и складывала в старую, но ещё крепкую ивовую корзину.

Зверобой с потемневшими, но всё ещё полными силы листьями. Мята, которую не смогла задушить крапива. Ромашка, упрямо тянущаяся к небу тонкими стебельками.

Солнце уже стояло в зените, когда я разогнула спину и взглянула на свои руки. Земля под ногтями, боевые царапины-трофеи от шипов на ладонях, а по лбу, щекоча, струились солёные капельки пота. Уставшая, грязная и донельзя довольная, я потащила до верху набитую корзину в дом. Комнаты мгновенно наполнились густым, пряным и терпко-сладким духом трав.

Разложив свою добычу на столе, начала сортировать растения. Старый отцовский стол, который мы с Фаем вчера установили в центре комнаты, оказался идеальным местом для работы.

Следующим шагом нужно было подготовить ёмкости. Я вытащила флакончики, которые передал мне Трэвис Линн. Они были разных размеров и форм — от миниатюрных, до довольно объёмных пузырьков с широким горлышком. Сейчас их нужно было тщательно очистить.

Сосредоточившись, я вытянула руки и прошептала заклинание стерилизации. Воздух над стеклянными сосудами задрожал, словно от жара, а затем флакончики на мгновение вспыхнули изнутри бледно-голубым светом.

— Вот и готово, — пробормотала я, довольная результатом.

Но для полноценной работы мне требовалось ещё