Мистер Октябрь - Николь С. Гудин

Я не могу допустить, чтобы Мэйсон увидел меня в этом. Не после того, как он уже прокомментировал, насколько коротки мои шорты — в этом комбинезоне они выглядят скромнее, — и то, что я постоянно чувствую его взгляд на своем теле, когда он рядом, начинает казаться опасным.

Если Джош открыто флиртует, то Мэйсон завладевает моим вниманием без каких-либо усилий с его стороны.

Каждый украдкой брошенный взгляд кажется прелюдией, а каждый раз, когда он называет меня «сладкой», у меня слабеют колени.

Это глупо — влюбляться в него, потому что нет никаких шансов, что он может заинтересоваться кем-то таким обыкновенным, как я, но время от времени в его глазах появляется взгляд, который заставляет меня думать, что у меня есть шанс.

Я стягиваю бретельки с плеч и спускаю комбинезон вниз и на задницу, чтобы он упал на пол.

Я не могу носить это. Во всяком случае, не на людях.

Я слышу шаги в дверном проеме и поворачиваюсь, ожидая увидеть Эйвери.

— Я не надену... слова замирают на моих губах, когда я вижу Мэйсона: на нем темные джинсы и черная рубашка на пуговицах, воротник расстегнут, а рукава закатаны до локтей.

Черт, он так хорошо выглядит.

— Господи, сладкая… — стонет он.

Только тогда я понимаю, что стою перед ним в одном лишь бюстгальтере без бретелек и с кусочком кружева между бедер.

— Мэйсон, — шепчу я.

Он смотрит на меня так, будто это слово причиняет ему боль.

— Я как раз одевалась.

Я тянусь к одежде, лежащей у моих ног, но его голос останавливает меня.

— Не надо.

Я медленно выпрямляюсь, мои руки пусты.

Он заходит в комнату и закрывает за собой дверь. Он видел меня в бикини сотни раз, но это ощущение другое, более интимное.

Я едва помню, как дышать, когда он приближается ко мне, его жадные глаза смотрят на мое обнаженное тело.

Мое сердце колотится в груди. Так громко, что я слышу его стук в ушах.

— Ты пытаешься меня убить? — рычит он, когда настигает меня, его руки ложатся на мои бедра и притягивают меня к себе.

Я качаю головой. Не могу говорить. Я не знаю, что сказать, с чего начать.

Его пальцы легонько скользят по моим бокам, и стон срывается с моих губ.

— К черту, — шепчет он, прежде чем обхватить мое лицо руками и грубо прижаться губами к моим.

Мои руки находят его грудь и прижимаются к твердой поверхности. Он прижимает свой язык к моим губам. Я открываюсь ему навстречу, и он безумно впивается в мой рот.

Черт возьми, я ошибалась. Его вкус просто фантастический.

Мои пальцы находят пуговицы на его рубашке в тот же момент, когда одна из его рук нащупывает длинные волосы, струящиеся по моей спине.

Он сжимает их, сильно оттягивая мою голову назад и открывая ему мое горло.

Я снова стону, когда он отрывает свои губы от моих и пожирает кожу на моей шее.

Я расстегиваю последнюю пуговицу на его рубашке, и он в мгновение ока снимает ее.

Я отталкиваю его назад, чтобы посмотреть на него. Я еще не видела его без рубашки, и, черт возьми, это стоило того, чтобы подождать. Его пресс подтянут и упруг, у него самый сексуальный «v», который я когда-либо видела в реальной жизни, с соблазнительным шлейфом темных волос, ведущим к поясу.

Его глаза темные и пылающие, когда они встречаются с моими, и я дрожу, когда холод проходит по мне от кончика головы до пальцев ног.

Ни один парень еще не смотрел на меня так.

Он делает шаг ко мне, и я жадно тянусь к ремню на его бедрах.

Он стонет от боли, и его голова падает мне на плечо.

— Я не могу, сладкая, — говорит он, его голос напряжен.

— Что? — шепчу я, потрясенная такой внезапной переменой настроения. — Почему?

Мои руки падают по бокам, когда он выпрямляется и отходит от меня, чтобы увеличить расстояние между нами.

— Я не могу этого сделать, не с тобой.

Я медленно киваю, реальность ударяет меня, как пощечина по лицу.

Не знаю, как я могла быть такой глупой. Я забыла, кто он такой. Он не просто какой-то парень. Он — Мэйсон, мать его, Леннокс, и он никогда не сможет стать моим.

— Конечно... я... прости... — я обхватываю себя руками и обхожу его. — Я не должна была... я имею в виду, почему бы тебе хотеть иметь что-то общее со мной? — я горько смеюсь и подхватываю с пола комбинезон.

Он ничего не отвечает, а я быстро надеваю его, все время, стоя к нему спиной.

Я не позволяю себе оглянуться, когда выбегаю из комнаты.

ГЛАВА 11

Мэйсон

Я знаю, что причинил ей боль. Вижу это ясно, как день. Это написано на ее лице.

Я знаю, что сказал что-то не то, она истолковала все неправильно... но сейчас неправильный путь в сто раз безопаснее верного, поэтому я, молча, позволяю ей придумать ее собственные выводы и не произношу ни слова, даже когда она выбегает из комнаты, не бросив ни единого взгляда в мою сторону.

— Черт, — бормочу я.

Я облажался по полной программе.

Позволил руководить своему члену, а я не могу позволить этому случаться, когда она рядом.

Она не просто какая-то цыпочка, которую я могу затащить в постель и не обращать внимания, когда закончу.

Она все еще будет здесь утром и на следующее утро, и на следующее, и на следующее, блядь, тоже.

Она будет здесь каждое утро, пока Энджи не решит, что моя репутация достаточно чиста, и, учитывая то гребаное отношение, с которым она говорила со мной по телефону сегодня утром, я бы сказал, что она все еще не впечатлена.

— Черт, — повторяю я, поднимаю с пола рубашку и натягиваю ее обратно, быстро застегивая пуговицы.

Надевать ее обратно уже не так волнительно, как снимать.

Я не в курсе, что, черт возьми, со мной происходит, но знаю одно: я безответственный, когда дело касается Билли, тем более, когда я разгуливаю с заряженным пистолетом в штанах.

Дрочка уже не помогает, мне нужно что-то настоящее.

Я сажусь и опускаю голову на руки.

Я не был так зол на себя с тех пор, как попал в реабилитационный центр.

— Сегодня будет хорошая ночь... — вопит Джош, перепевая хит группы Black Eyed Peas, а я стону от досады.