Северный танец - Лика П.

как ты выразилась. И руки буду целовать только одной женщине, – отпустил ее подбородок, не отводя своего взгляда от ее, потянул за ладонь и поцеловал внутреннюю ее часть. Она вдохнула, замерев, прикусила нижнюю губу. – Поняла?

– Угу… – краснея, ответила она.

– А теперь встаем, идем под душ, будешь меня мыть, я весь липкий от сока.

– Что?

– Нет… все же стоит тебя показать лору…

14 глава. Талхан

– Эм-м… эм-м…

– Марина, хватит мычать, ванная в той стороне, – указал я пальцем в сторону ванной комнаты. Она обернулась на указанную дверь и повернула голову ко мне.

– Я… дело в том, что я никогда такого не делала, – сказала она мне, цепляясь пальцами за юбку у бедра.

– «Какого»… в смысле, не мыла мужчину?

– Не мыла мужчину и… и, вообще! – нервно сжала край юбки, отчего та натянулась.

– И «вообще» мне очень нравится, и то, что ты не мыла мужчин, тоже.

– Ты каламбуришь, а мне не смешно… я нервничаю.

– Я не смеюсь, моя женщина должна быть только моей и ни чьей больше. Ну, все, курс на ванную, и не надо нервничать, мы идем мыться. А там, как пойдет, набрасываться на тебя не собираюсь, как бы мне этого не хотелось.

– Не говори так, ты меня пугаешь.

– Не буду. Дай руку.

Она протянула мне ладонь. Взял ее, мягко сомкнув в своей. Посмотрел на ее вложенную ладошку, улыбнулся и повел в ванную.

Вошла неуверенным шагом, поежившись, посмотрела украдкой по сторонам.

– Я хотела сказать…

– Не надо, ничего не говори.

Потянулся к пуговицам на ее блузке, но она тут же инстинктивно закрылась руками. Я застыл, вопрошающе глядя на нее. И уже через пару секунд она прикусила нижнюю губу и кивнула, убирая свои руки. Я стал одну за другой расстегивать жемчужные пуговицы, затем спустил блузку с плеч по рукам, пока та не упала на теплую плитку. Мне открылся вид на дешевое, но очень симпатичное кружевное белье. Оно не было вызывающим, все потому, что моя девочка, не пыталась соблазнять особей мужского пола своими формами. От этого для меня она становится более желанной.

Покрасневшее от смущения лицо, прячущее свой карамельный взгляд. Стеснительная, именно такой я видел свою женщину, скромной и стеснительной. Будоражит мою фантазию. Присел на корточки, потянулся к застежке на юбке. Расстегнул и медленно потянул вниз по бедрам, она упала вниз. Провел руками вверх от коленок вверх до бедер, а коленки стройные, маленькие, как я люблю. Поцеловал у пупка и провел языком дорожку у кромки белья. Ее живот сжался, и кожа покрылась мурашками. Встал, подхватил ее под бедра, она спрятала свое лицо на моей шее и обняла своими тоненькими ручками, а сердце бьется как сумасшедшее.

Занес в душевую, не спуская с рук, перенес ее легкий вес на одну руку. Ногами она обвила меня вокруг обнаженного торса. Повернул ручку и включил тропический душ. Некоторое время я держал ее, обняв, дал ей немного успокоиться и только после этого опустил на ноги. Приподнял лицо, по которому стекала вода, не позволяя открыть глаза. Сделал поток тише, а я так и остался в брюках, не думаю, что ее обрадует вид моего твердого члена.

Склонился к ее губам, захватив их своими, раздвигая их языком, а руки потянулись к мокрому белью, расстегивая вначале лиф. Она позволила снять с нее мокрую ткань, которую скинул вниз. Сделал полшага назад, чтобы посмотреть на ее грудь. Так и есть, красивая, сосочки я раньше оценил, также как и небольшие ореолы. Не дав ей возможности прикрыться, взял упругие груди в свои ладони и втянул в рот один сосок, а другой пропускал между пальцев, прокручивая. Снова вернулся к ее губам, прижал ее тело и руки к стенке душевой, срываясь на страстный поцелуй и вжимаясь своим телом в нее. Прервал поцелуй, и Марина распахнула глаза, задышала полной грудью, хватая открытым ртом кислород. Сжал пальцами твердый сосок, а к другому склонился и взял в рот, чуть прикусив. Оторвавшись от ее груди, сказал:

– Маленькая, ты так сексуальна…

Не дав осознать сказанное, развернул ее и грудью прижал к душевой, спускаясь поцелуями по плечам, переходя на спину. Присел, чтобы стянуть ее намокшие трусики, подцепил за край и потянул вниз без сопротивления. Притихшая Марина лишь голову повернула в сторону, расставив пальцы на стекле. Спустил белье, открывая потрясающую стройную, но фигуристую попу. Мое первое желание… хотелось укусить, но я только позволил себе поцеловать каждую половинку. Отошел, сдирая с себя мокрые брюки с боксерами.

– Иди ко мне, – с этими словами подошел, поднял на руки под ее легкий вскрик.

– Ай…

– Все хорошо, нам здесь больше делать нечего.

Мы направились на выход, двери кабинки разъехались от датчика движения, я вышел со своей ношей на руках. Поставил на пол, сразу накинув на свои бедра полотенце, затем повернулся к Марине с банным полотенцем в руках, обтирая ее тело.

– Все хорошо, я тебя оботру, не надо закрываться.

Обтер ее всю и волосы просушил, не хотел торопиться. Я не девочка, не знаю, но могу только догадываться, каково ей сейчас. Взял Марину за руку, мы вышли из ванной, повел к кровати. Скинув все на одну сторону, выпрямился, посмотрел на нее, огладив руками ее волосы, взял в ладони лицо и невесомо прикоснулся к ее припухшим от поцелуев губам.

– Ты самая желанная девушка для меня, и я собираюсь сделать тебя своей во всех смыслах. Ты согласна стать моей?

– Да… но мне страшно.

Дернул за ее полотенце, оно упало и открыло мне обнаженное тело Марины.

– Нет, ничего не бойся, – и я утянул ее за собой на кровать.

Она легла на спину и зажмурила глаза, сжав простыни руками. Я лег сбоку от нее, облокотившись на локоть.

– Открой глаза… – прошло секунд пять, прежде чем она открыла их. – Смотри на меня, – она повернула голову ко мне.

Поднял руку, большим пальцем провел по соску, который мгновенно отреагировал, немного потянул его на себя, замечая по глазам, как реагирует ее тело.

– Нравится так?

Хлопнув глазами, ответила:

– Да-а…

– Ну, вот видишь, бояться нечего.

– Я знаю, что будет больно.

– Будет, но мы сделаем все, чтобы смягчить насколько это возможно, только если ты будешь слушать меня. Ты же будешь?

– Буду.

– Вот и умница. Повернись на живот и подогни свои колени под живот.

– Что, прямо сейчас? – растерянно спросила она.

– Да, прямо сейчас. Давай, убери все мысли, есть только ты и я. Все, что