Бывший муж. А кто теперь кому не пара - Ева Стоун

Но я не даю эмоциям победить и на собеседовании веду себя так, как репетировала.

Демидов смотрит на меня не моргая, подбрасывает всё новые и новые вопросы. Надо отдать ему должное — они все касаются работы.

Я даже про себя делаю вывод, что он не только на собеседование с бывшей женой решил заявиться. Уверена, это частая практика — что, опять же, вписывается в его характер.

— Большое спасибо за ваше время, Евангелина! — Ангелина Васильевна встаёт из-за стола, обходит его и пожимает мне руку. — Мы обязательно позвоним вам.

— Евангелина нанята, — твёрдо произносит Демидов.

Я сразу же перевожу на него шокированный взгляд. Пользуясь моментом, он меня добивает:

— С завтрашнего дня жду тебя на работе. Мне очень давно нужен был ассистент.

Глава 23.

— Интересно девки пляшут… — говорит тетя, подперев ладонью подбородок. — Прям как в мелодраме.

— Ага, — сижу за кухонным столом рядом с ней, скрестив руки на груди. Качаю ногой — моя привычка, когда с головой накрывают нервы. — Только это не фильм, тетя, а моя жизнь… Он знает про Алису!

У меня до сих пор никак не укладывается в голове именно этот факт. Я жила в тотальном неведении, пока за мной шла слежка.

Это вообще как?

Интересно, я могу на него в суд подать за такую выходку? Это же нарушение моих прав, в конце концов!

Когда я так рассуждаю, то непременно спотыкаюсь о стену, ведь не он один крупно нарушил закон.

Алиса должна была быть записана на Демидова, но я этого всеми правдами и неправдами избежала.

— Так, без паники, — теплая ладонь тети накрывает мою ледяную руку. — Если бы он хотел поступить с тобой непорядочно, зачем ему было тебя нанимать?

— Поиздеваться, — предполагаю. — Зачем же еще?

— Нет, для этого он мог просто узнать, где ты живешь, и с органами опеки, прости господи, такой ад тебе устроить, что жизнь бы больше не была мила!

— К чему ты ведешь? — начинаю сомневаться.

— Я думаю, у Вани хорошие намерения.

— Ой, всё! — я отворачиваюсь, потому что не могу даже в теории рассматривать вариант хорошего развития событий. — Он себя уже показал, когда приперся домой с открыткой от любовницы! И это еще была только верхушка айсберга...

— Ну, милая моя, — с намеком на нехилый житейский опыт произносит тетя. — Люди меняются.

— Не такие упрямые, как он.

— Упрямых судьба переучивает быстрее всего, — смеется тетя. — Для них подготовлены особые уроки. Я жизнь пожила и всё это уже видела. Демидов тебе работу предлагает, чтобы показать, что он сейчас другой человек. Не каждый мужчина захочет держать рядом с собой мать своего ребенка, даже когда они женаты.

— Или он руководствуется принципом, что врагов надо держать ближе, чем друзей.

— Вот ты паникерша, — она пытается меня подбодрить. — Что решила-то?

— Откажусь.

— Ева, деточка, вот послушай свою старую-престарую тетку: сделай себе одолжение — и согласись. Уйти ты сможешь всегда, а вот наладить с отцом Алисы отношения шанса может больше и не подвернуться. Видеть дочь он захочет гарантированно. Вопрос в том, будете вы это делать как взрослые, которые наладили отношения, или как два дурака.

*

Ложилась спать я с убеждением, что Демидов хрен получит ко мне доступ. Воспоминания захлестывали с головой. И это были вовсе не счастливые моменты, а те, что разбивали мне сердце раз за разом.

Он причинил мне слишком много боли, чтобы я добровольно отправилась в открытую пасть льва.

Но утром я неожиданно для себя просыпаюсь в совершенно другом настроении. Даже если он мне изменил, это еще не значит, что я должна всю свою жизнь прожить в состоянии жертвы и таскать на своем горбу обиды, как тяжелые камни.

Да и с другой стороны, работа бок о бок с бывшим — это все равно работа.

Никаких романтических перспектив у меня нет от слова совсем, и если он правда хочет стать отцом Алисы, то тетя права — нам нужно к этому подойти как двум ответственным людям, чтобы не устраивать разборки по поводу и без.

Моя напускная смелость испаряется, как только я оказываюсь за той самой дверью, где теперь находится мой начальник тире бывший муж.

Стучу в дверь, дожидаюсь ответа «входите» и захожу в кабинет.

Мазнув по помещению взглядом, чтобы не прятать глаза в пол и таким образом выдать свое волнение с потрохами, я ровной походкой подхожу к рабочему столу Демидова.

Он молчит.

Я тоже.

Однако это никак не препятствует формированию запаха грозы в его кабинете.

— Я был уверен, что ты не придешь, — первым нарушает тишину он, потом поднимается с места и, вмиг обогнув стол оказывается, рядом со мной.

Нависает, причем находясь так близко, что я чувствую не только запах его парфюма, который заставляет сердце биться чаще, но и жар его тела.

Безумие. У него что горячка? Не удивлюсь.

Делаю небольшой, однако демонстративный шаг назад.

— Это потому что ты плохо меня знаешь, — произношу без пафоса, ровно и отчетливо.

Вижу, что он удивляется, но вида подавать не хочет. Да-да, Демидов, та наивная влюбленная жена, которой ты изменял, со мной уже давно не имеет ничего общего.

Но тебе об этом знать не обязательно.

Пока не обязательно.

— Интересно, — он щурит веки. — Хорошо, Евангелина, мы обязательно займемся работой. Но это будет позже. А сейчас нам нужно обсудить тему личного характера.

Глава 24.

— Будь добр, уточни, — уверенным тоном прошу бывшего мужа, хотя у самой внутри состояние, близкое к панике. — Что еще за тема?

— Тема? — подначивает он. — Моё отцовство. Беременность, которую ты скрывала. Целая тайная жизнь, и всё ради того, чтобы я не узнал, что ты родила мне дочь. Вот какую тему я хочу с тобой обсудить.

К концу его короткой, но емкой речи у меня дрожат колени. Надо же, как умело он надавил мне на совесть...

— Демидов, — голос тоже дрожит, но я изо всех сил его выравниваю. — Тебе не удастся сделать из меня злодейку, потому что мы с тобой оба знаем,