Ты будешь моей - Ева Малиновская

Но не показалось.

Совсем нет.

Я застыла.

Сердце ударило так сильно, что стало больно.

— Ты вся дрожишь, — сказал он тихо.

— Убери руку.

Он убрал.

Сразу.

И именно это почему-то было ещё хуже.

Потому что если бы он стал спорить, я бы разозлилась.

А так — он просто послушался.

И смотрел.

Молча.

— Я тебя сейчас ударю, — прошептала я.

Уголок его губ дрогнул.

— Нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что ты хочешь не этого.

Воздух между нами будто стал густым.

Слишком.

Я сделала шаг назад.

Потом ещё один.

— Нет, — сказала я уже твёрже, больше себе, чем ему. — Нет. Всё. С меня хватит.

Развернулась.

И пошла прочь, не оглядываясь.

На этот раз действительно быстро.

Почти бегом.

Потому что если бы задержалась ещё хоть на секунду, случилось бы что-то очень плохое.

И я впервые в жизни не была уверена, что именно.

Глава семнадцатая

К вечеру об этой драке знал уже весь университет.

Нет, не так.

К вечеру об этой драке, кажется, знал уже весь город.

Потому что, пока я добралась до общежития, мне успели написать три девочки с потока, одна бывшая одноклассница, с которой я не разговаривала полгода, и даже какая-то незнакомая первокурсница, приславшая мне сообщение:

Это правда, что из-за тебя подрались Белов и Громов??

Как будто это какое-то шоу.

Как будто я сама утром встала и подумала:

А не устроить ли мне сегодня бой без правил у кофейного автомата?

Я швырнула телефон на кровать и закрыла лицо ладонями.

— Ну? — Ася сидела напротив, поджав ноги под себя. — Ты всё ещё хочешь сказать, что у тебя скучная студенческая жизнь?

Я подняла на неё мутный взгляд.

— Я хочу лечь и умереть.

— Не драматизируй.

— Они подрались.

— Это я заметила.

— Они дрались как психи, Ася.

— Это тоже было заметно.

Я уставилась в пол.

Перед глазами снова вспыхнуло: кровь на губе Марка, удар Кирилла, треск пластика у автомата, чужие крики, это дикое ощущение, что ещё секунда — и кто-нибудь реально разобьёт другому голову.

Меня до сих пор трясло.

Немного.

Глубоко внутри.

Так, что это невозможно было просто выключить.

— Я не понимаю, — сказала я тихо. — Как можно было настолько сорваться из-за пары фраз?

Ася выразительно посмотрела на меня.

— Ника.

— Что?

— Они подрались не из-за пары фраз.

— А из-за чего тогда?

Она закатила глаза.

— Из-за тебя.

— Очень смешно.

— Я не шучу.

— Прекрати.

— Да почему? Это же правда.

Я резко встала с кровати.

— Нет, это не правда. Это их проблема. Их дурость. Их эго. Их идиотизм. И я не собираюсь...

Телефон завибрировал.

Я замолчала.

На экране вспыхнуло имя:

Кирилл

У меня внутри сразу что-то сжалось.

Ася тоже увидела.

— О-о-о.

— Не начинай.

— Ты ответишь?

Я несколько секунд смотрела на экран.

Потом всё-таки открыла сообщение.

Прости за сегодня.

Я не должен был втягивать тебя в это.

Можно поговорить?

Я долго не отвечала.

Слишком долго.

Потому что не знала, что написать.

Потому что злость на Кирилла никуда не делась. Потому что меня бесили его слова, его этот разговор за дверью, то, как он смотрел на Марка, как бросился первым.

Но при этом в голове всё равно вертелось:

Он извинился.

Правильно.

Спокойно.

По-человечески.

А потом телефон завибрировал снова.

Второе сообщение.

Я у спортивного корпуса.

Если не захочешь — я уйду.

Я шумно выдохнула.

— Кто? — спросила Ася, хотя и так всё поняла.

— Кирилл.

— И?

— И ничего.

— Ага.

— Ася.

— Что? Я просто жду.

Я взяла куртку со стула.

— Я ненадолго.

— Конечно.

— Только поговорить.

— Конечно.

— И не смотри на меня так.

— Как?

— Будто это какая-то романтическая сцена.

Ася усмехнулась.

— После сегодняшней драки? Нет, Ника. Это уже не романтика. Это сериал с высоким рейтингом.

— Ты невыносима.

— Я знаю.

Вечер встретил меня сыростью и холодом.

Над кампусом уже повисла густая темнота, фонари отражались в мокром асфальте, а возле спортивного корпуса было почти пусто. Только редкие фигуры студентов, спешащих к общежитиям, и свет в окнах второго этажа.

Кирилл стоял у лестницы.

Один.

В тёмной куртке, руки в карманах, волосы чуть влажные, будто он недавно умылся. На скуле уже наливался тёмный синяк, нижняя губа была разбита.

При виде этого у меня внутри неприятно кольнуло.

Потому что драка в коридоре, как бы я ни злилась, вдруг снова стала слишком реальной.

Он заметил меня сразу.

Выпрямился.

— Спасибо, что пришла.

Я остановилась в паре шагов от него.

— Я ненадолго.

— Понимаю.

Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга.

Ветер дёрнул край моей куртки, где-то вдали хлопнула дверь арены.

Кирилл первым опустил взгляд.

— Я не хотел, чтобы всё зашло так далеко.

— Но зашло.

— Да.

— Ты ударил первым.

Он коротко кивнул.

— Да.

Я прищурилась.

— И даже не будешь делать вид, что это был не ты?

— Не буду.

Это прозвучало спокойно.

Без позы.

И именно поэтому немного сбило мой заранее подготовленный раздражённый настрой.

— Почему? — спросила я.

Кирилл усмехнулся.

Очень невесело.

— Потому что ты всё равно видела.

— Я не про это.

Он посмотрел на меня внимательно.

— Я не сдержался.

— Из-за чего?

— Из-за него.

— Это я уже поняла.

— Нет, Ника. Не просто из-за него.

Он провёл языком по разбитой губе и поморщился.

— Из-за того, как он на тебя смотрит. Как говорит с тобой. Как ведёт себя так, будто может просто прийти и занять всё пространство рядом.

Я скрестила руки на груди.

— А ты сегодня утром не делал того же самого?

Кирилл резко выдохнул.

И вот сейчас он выглядел не идеальным, не гладким, не удобным.

А просто злым на себя парнем.

— Да, — сказал он. — И ты была права. Я повёл себя как идиот.

Я молчала.

— Но я не врал, когда сказал, что ты мне нравишься, — добавил он тише.

Я отвела взгляд.

Вот опять.

Опять это ощущение, будто меня ставят в точку выбора, к которой я вообще не готова.

— Кирилл...

— Нет, подожди.

Он шагнул ближе.

— Я не прошу тебя сейчас что-то решать. Не прошу отвечать. Не прошу выбирать. Я просто хочу, чтобы ты знала: там, за дверью, я действительно сказал мерзко. И я понимаю, почему тебя это задело. Но для меня ты не “взять и не упустить”. Ты просто...

Он осёкся.

Потом выдохнул.

— Ты просто та девушка, рядом с которой я