Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

Самый высокий из числа «спермотозавров» был длинноволос, смугл и белозуб. Второй, такой же стройный, как и первый, имел худое, нервное лицо и кучерявые завитки на лбу. У третьего бросались в глаза рыжеватые пышные усы и легкая сутулость, а четвертый представитель местной интеллигенции казался негром со всеми внешними признаками этой расы. Мистер Мэдхад представил их как новую, только что прибывшую из Каира анимационную команду отеля и выразил надежду, что русское шоу будет тесно с ними сотрудничать.

— Еще как тесно! — заверила его Нонна и, повернувшись к своим подопечным, предупредила по-русски:

— Патлатый — мой!

— Нам-то что? — фыркнула Иринка. — Хоть всех забирай!

Лидер коллектива приняла ее ответ за разрешение к действиям и буквально через секунду мистер Мэдхад, сославшись на великую занятость, отправился выполнять свои непосредственные обязанности, так как Нонна любезно вызвалась помочь «новобранцам» и показать остальные достопримечательности отеля. В принципе, по Нонкиному мнению, в «Солнечном береге» имелось только две достопримечательности: бассейн и она сама, или того лучше, всего одна — Нонна в бассейне, но делится своим убеждением пока не стала, решив вести атаку поступательно.

— А вы и есть представитель знаменитой нации потомков фараонов? — услышал спермотозавр номер один и обворожительно улыбнулся в ответ:

— Я только наполовину египтянин. Моя мама из Индии.

— Уау! Как замечательно! — захлопала в ладоши Нонка. — А я все думаю… Кого же вы мне напоминаете? Ну, вылитый Амитабх Баччан!

— Это кто? — запустил пятерню в свою роскошную гриву наполовину индус, почесал затылок и поправил спадающие пряди.

«Хорррош, черт! Но… деревня!» — подумала Нонна и по-прежнему любезно продолжила знакомство:

— Индия… Какая древняя и красивая страна… Брахмапутра! Инд и Ганг! Джавахарлал Неру! Династия Капуров! Митхун Чакроборти! — с величественным настроем перечисляла она и начала было запевать знаменитые хиты из индийских фильмов, но спермотозавр некультурно вмешался в Нонкино пищание про «Джимми, Джимми, ача, ача!» и «А я мо диссско дансссаррр!», нетерпеливо поинтересовавшись:

— Простите, а вы нам ресторан скоро показывать будете? Мы только что с автобуса и ужасно голодны.

«Шайтан-труба! — в мыслях сплюнула Нонка. — Невежа и неуч».

— Конечно! Как это я сразу не догадалась! — очаровательно всплеснула руками экскурсовод, про себя же решила, что по целям в жизни и интеллекту спермотозавр номер один подходит Ланке. Хотя… Если отбросить содержимое черепной коробки, парень красив, как фантик от конфетки и, в принципе, достоин иногда скрасить ее одиночество.

Приговоренного звали Ахмед. По уже сложившейся традиции он получил прозвище «Шланг» за свой рост и худобу. Второго по вышине, при рождении удостоившегося лающего имени Ашраф, окрестили «Психом» за постоянные нервно-паралитические движения. Позже оказалось, что он танцует как Эм Си Хаммер и «пальцы веером», резкие кивки головой во всех направлениях, а также быстрота и хаотичность движений конечностями привнесены им в свой образ именно из той оперы. Третий из группы, так же, как и Шланг, Ахмед, имел только одно яркое пятно в своем облике — пышные рыжеватые усы, за что и стал традиционным «Стасиком». Последний номер звался очень ласково: Муди. Он был меньше и чернее всех перечисленных. Нонна как признанный знаток этнографии сразу определила его в стан чистопородных нубийцев. По имени его звать, как признали единогласно, неприлично, поэтому и решили дать более благозвучное прозвище. По манере поведения Муди являлся противоположностью Психа: полуспящая субстанция, спокойная, как танк. Нарекли его тоже ласково: «Клопик».

Анимационную группу разместили в комнатах как раз напротив номеров русского шоу-балета. Шланг, Псих и Клоп расположились вместе, а Стасик почему-то в гордом одиночестве.

Еще обсуждая данные им прозвища, девушки радовались, что не так страшен черт, как его малюют, и пока все складывается замечательно. Грозные правила в контракте насчет ограничений в общении как-то перестали казаться ужасными, ощущение золотой клетки притупилось, а ложка дегтя успешно растворилась в бочке меда.

СКАЗКА О ТОМ, ЧТО В БИТВЕ ОСЛА С БОБРОМ ВСЕГДА ПОБЕЖДАЕТ БОБРО

— Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре! Поворот, батман! Поворот, поза! — орала на всю дискотеку и хлопала в такт Ирина.

На площадке махали ногами Мила и Лана. Нонна работала за диск-жокея. Спешно поставленная танцевальная программа, выражаясь хореографическим языком, была «сыровата». Кто не помнил начала, кто — конца, некоторые забывали на какой такт исполнять то или иное движение, остальные вообще путали один танец с другим. Иринка выходила из себя:

— Еперный театр! Ты почему сидишь во второй позиции, как на горшке?! Разверни коленки в стороны, кочерга деревянная!

— Не могу. Это выглядит неприлично, — смущалась Лана.

— А сидеть, как на унитазе, прилично, твою мать?!

— Эх, узнаю я милого по походке! — вмешалась в спор Милка. — Ты, Ирка, вылитый Ермолаич в юбке.

— И не говори… — согласилась та, — как я его теперь понимаю! Вот попадут в коллектив такие, как наша Лана, «сам, бля, без ансамбля», поневоле полюбишь русский язык во всей красе.

— Girls! Somebody is asking Russian show! Would one of you come here![14] — бармен, все это время протиравший многочисленные стаканы за стойкой, призывно помахал телефонной трубкой.

Нонка подпрыгнула:

— Это Ашраф!!!

— Псих?! — брови остальных синхронно взметнулись вверх.

— Не-е-е… Это наш импресарио. Хотя тоже припадочный… — ответила Нонна и понеслась к бару.

***

Судьбоносная встреча произошла в первый приезд, Отработав тогда в Александрии стандартный трехмесячный контракт, шоу-группа ансамбля «Созвездие» так понравилась хозяину отеля «Санни Алекс», что их оставили еще на один срок.

После такого счастливого известия Нонна вздохнула с облегчением: что бы она говорила маме при возвращении, как бы оправдывалась, что за три месяца не смогла пристроиться, закрепиться, удачно выйти замуж, наконец? Ведь такой шанс судьба редко подкидывает дважды. Тем более что у двух девушек из ее группы были завидные по тем меркам женихи-иностранцы, которые одели своих невест в золото. Нонна предвидела реакцию матери: «Эти замухрышки смогли, а ты нет?!» и провела много бессонных ночей, думая, как исправить создавшееся положение. Жениха — нет, связей, чтобы потом устроиться работать здесь же, — нет, заработанные деньги, имея вокруг столько соблазнов, не удержалась и потратила на то же золото, косметику и тряпки. Короче, свой шанс она не использовала…

«У меня есть три месяца. Три месяца. Три… — как заклинание повторяла про себя Нонна, сидя в пляжном кафе «Санни Алекс». — Что делать, я знаю… Но вот как это сделать? Как?»

Импресарио, который занимался трудоустройством русских шоу-групп, звали мистер Хайрат. Личность многогранная и неординарная. В армии своей страны он дослужился аж до генерала, потом занялся продажей машин