Свобода без корсета - Людмила Вовченко

class="p1">В двадцать первом веке Маргарита сама не раз пользовалась подобным приёмом на переговорах.

«Значит, будем играть по тем же правилам...»

Изабель тем временем медленно прошлась вдоль длинного стола.

Её пальцы легко касались ткани.

Она не мяла материал.

Не теребила кружево.

Она чувствовала переплетение нитей кончиками пальцев.

«Она действительно понимает ткани.»

Эта мысль неожиданно понравилась Маргарите.

Если противник умён, победа становится интереснее.

А если однажды перестанет быть противником...

Маргарита тут же мысленно оборвала себя.

«Не забегай вперёд.»

Пока эта женщина мечтает найти в тебе хоть одну ошибку.

Изабель остановилась возле рулона тёмно-синего шёлка.

— Французский?

— Лионский.

— Хорошая партия.

— Согласна.

— Дорогая.

— Именно поэтому расход контролирую лично.

Изабель бросила короткий взгляд на Камиллу.

— Контролируете?

Камилла уже открыла рот, собираясь ответить, но Маргарита спокойно произнесла:

— Последние два дня — да.

— Всего два дня?

— Иногда достаточно одного дня, чтобы понять, где утекают деньги.

Изабель едва заметно подняла бровь.

— И где же?

— Обычно не в ткани.

Она выдержала небольшую паузу.

— А в человеческих слабостях.

На этот раз взгляд Изабель стал внимательнее.

Очень внимательным.

Она услышала больше, чем было сказано.

— Любопытная мысль.

— Практика.

— Для вашего возраста у вас слишком... зрелые выводы.

Маргарита улыбнулась.

— Спасибо. Мне часто говорят, что я родилась сразу уставшей.

Жанна едва не прыснула со смеху.

Софи быстро наступила ей на ногу.

— Ай...

— Тише.

Александр продолжал молчать.

Он словно вообще не участвовал в разговоре.

Но именно это и цепляло.

Маргарита несколько раз ловила его взгляд.

Он не изучал её лицо.

Не оценивал фигуру.

Не рассматривал платье.

Он наблюдал за тем, как она разговаривает.

Как держит плечи.

Как меняется выражение её глаз.

Как реагирует на мать.

«Чёрт...»

Маргарита мысленно вздохнула.

«Да перестань ты смотреть таким взглядом...»

Потому что стоило ему поднять глаза, как она неожиданно вспоминала, что вообще-то является женщиной.

Очень давно такого не случалось.

В её времени мужчины производили впечатление максимум дорогими автомобилями, громкими обещаниями и фотографиями из спортзала.

Этот ничего не демонстрировал.

Он просто стоял.

И этого было достаточно.

Изабель неожиданно остановилась возле большого окна.

— Александр.

Он подошёл.

— Посмотри.

Она указала на платье, над которым утром работала Элоиза.

— Что скажешь?

Маргарита перевела взгляд на него.

Интересно.

Он действительно разбирается?

Александр подошёл ближе.

Несколько секунд молча рассматривал работу.

Потом неожиданно провёл ладонью не по кружеву...

А по внутреннему шву.

Маргарита сразу заметила это движение.

«Вот это уже интересно...»

Большинство мужчин вообще не поняли бы, куда смотреть.

Он же сразу выбрал самое важное место.

— Хорошая обработка, — спокойно сказал он.

— Но?

Изабель улыбнулась.

— Я знала, что будет "но".

— Стежок можно сделать плотнее на участке возле талии.

Маргарита подошла ближе.

Посмотрела.

И через несколько секунд медленно кивнула.

Он был прав.

Совершенно прав.

Настолько незначительная деталь, что девять человек из десяти никогда её не заметили бы.

Но при постоянной носке именно там ткань действительно могла начать расходиться быстрее.

Маргарита подняла глаза.

— Хорошее замечание.

Александр спокойно встретил её взгляд.

— Спасибо.

— Вы работаете с тканями?

— Иногда.

Изабель тихо усмехнулась.

— Иногда?

Она посмотрела на Маргариту.

— Сын провёл почти четыре года на фабриках.

Не в кабинетах.

Именно в цехах.

Маргарита удивилась совершенно искренне.

— Правда?

Изабель кивнула.

— Он настоял.

Сказал, что не имеет права руководить людьми, пока не научится делать их работу собственными руками.

Маргарита медленно перевела взгляд на Александра.

«Вот это уже серьёзно...»

Она невольно представила его среди огромных ткацких станков.

Без дорогого пиджака.

В простой рубашке с закатанными рукавами.

Сильные руки.

Запах древесины.

Хлопка.

Машинного масла.

Эта картина возникла в голове настолько ярко, что Маргарита едва заметно улыбнулась.

Александр сразу уловил перемену.

— Что?

Она покачала головой.

— Представила одну картину.

— Приятную?

— Пока не решила.

Изабель посмотрела то на сына, то на Маргариту.

Очень внимательно.

Но ничего не сказала.

— Раз уж вы интересуетесь удобством, — произнесла она спустя мгновение, — покажите ваши новые лекала.

Маргарита без колебаний достала листы.

Теперь скрывать уже не было смысла.

Изабель разложила их на столе.

Несколько минут внимательно изучала.

Потом взяла карандаш.

— Здесь уменьшили объём.

— Да.

— Здесь изменили направление долевой.

— Да.

— А здесь...

Она неожиданно улыбнулась уголками губ.

— Очень дерзкое решение.

— Благодарю.

— Это был не комплимент.

— А прозвучало как комплимент.

Жанна снова отвернулась, пряча смех.

Изабель покачала головой.

— Вы невозможная женщина.

— Не спорю.

— Вас трудно переубедить?

— Если человек приводит сильные аргументы — легко.

— А если нет?

— Тогда это становится его личной проблемой.

На этот раз Александр тихо рассмеялся.

Не громко.

Всего несколько секунд.

Но его смех оказался неожиданно глубоким и тёплым.

Совсем не таким холодным, как взгляд.

Маргарита поймала себя на том, что ей хочется услышать его ещё раз.

«Вот ведь...»

Она сердито посмотрела на собственные мысли.

«Мы знакомы десять минут.»

«Соберись.»

Изабель, разумеется, ничего не упустила.

Она слишком хорошо знала сына.

За последние годы она почти не видела, чтобы он смеялся рядом с незнакомыми людьми.

А сейчас...

Всего одна портниха.

И уже второй раз за встречу.

Очень странно.

Очень...

Любопытно.

Она аккуратно сложила лекала.

— Что ж...

Маргарита спокойно ждала продолжения.

— Через две недели в нашем доме состоится благотворительный приём.

Камилла едва заметно вздрогнула.

Изабель продолжила:

— Обычно мы работаем с другим модным домом.

Маргарита молчала.

— Но...

Она выдержала короткую паузу.

— Мне стало интересно посмотреть, способны ли вы выполнить один особенный заказ.

В мастерской наступила абсолютная тишина.

Даже Жанна перестала дышать.

Маргарита чувствовала, что это не просто предложение.

Это проверка.

Первая настоящая проверка.

И почему-то именно в этот момент Александр снова посмотрел ей прямо в глаза.

Без улыбки.

Без вызова.

Словно ему самому стало интересно, какой ответ она сейчас даст.

Глава 4.

Глава 4

Первый заказ Маргарита не любила ловушки. Не потому, что боялась в них попасть. Просто плохо сделанная ловушка оскорбляла её профессионально, а хорошо сделанная раздражала уже лично. Предложение Изабель де Бомон было именно таким. Красивым. Вежливым. И с острыми зубами под бархатной обивкой. Салон ателье на несколько секунд будто замер в янтаре. За окнами продолжал жить Париж: