Отец жениха. Будешь моей - Татьяна Бэк

class="p1">Слишком много мыслей в голове, но они вязкие и тягучие, словно кисель. Признаться, что не хочу уходить? Сказать, что мне не нужны его деньги? Спросить о судьбе бриллиантов?

Свёкор не дожидается, когда закончу фразу, и трогает машину с места с такой силой и яростью, что меня буквально вжимает в сиденье. Пока едем до его дома, всё глубже ныряем в давящий океан молчания. С каждой секундой всё сложнее нарушить эту звенящую острую тишину. Пару раз прочищаю горло и готовлюсь говорить, но сил не хватает… Да я и не знаю, как объяснить этому суровому, явно разъярённому мужчине, перед которым так виновата, что у меня на душе?

Тишина сопровождает нас, и когда возвращаемся в дом, из которого так неосмотрительно и безрассудно сбежала, но сейчас он уже хорошо виден в суровом свете пасмурного утра: ёжится на ветру и смотрит на меня поблескивающими окнами неприветливо, будто обидевшись.

– Можешь вернуться в свою комнату. Если понадобится что-либо, набери на внутреннем телефоне цифру один, звонок автоматически перейдёт на личный аппарат экономки. И если решишь уйти, то не сбегай просто так. На прикроватном столике сумка с деньгами, – вызови хотя бы такси.

Голос Сергея настолько холодный, что, кажется, в помещении сейчас выпадет снег. Даже не глядя на меня, он резко разворачивается и уходит в свой кабинет. Мне бы броситься следом, но покорно отправляюсь в спальню, где ещё несколько часов назад мы были так счастливы.

Глава 27

Кажется, в спальне ничего не изменилось… Разве что кровать заправлена свежим постельным бельём, а на столе вместо моей короткой прощальной записки дипломат с наличкой. Даже на глаз понятно, что суммы хватит на то, чтобы начать новую жизнь, но я даже не прикасаюсь к денькам. Вместо этого прохожусь по комнате, вспоминая, что вот на этом месте Сергей сжимал меня в объятиях, вот здесь я испытала свой первый оргазм, а на этом крае кровати творила такое, что невольно заливаюсь краской.

Но теперь это всё в прошлом… И я сама сделала всё, чтобы свёкор потерял ко мне интерес. Конечно, для него я теперь просто взбалмошная девчонка, за которую к тому же пришлось расплатиться бриллиантами. Слишком дорого я обхожусь этому мужчине. А ведь даже не сказала ему спасибо! Я решительно отправляюсь к двери, но вдруг вижу своё отражение в зеркале и даже остановливаюсь от представшего моему взору. Ну да, красавица… В таком виде только благодарить спасителя! Одежда в придорожной грязи, волосы всклокочены, под глазами остатки оплывшей туши. Да и насквозь провоняла едким запахом сладких дешёвых духов похитителей и табачным дымом.

Нет, немедленно в душ, смыть с себя всю эту пакость, ощущение липких прикосновений Мелкого и сальных взглядов Марата, от которых меня физически тошнит. Стоя под горячими струями, в которых можно даже чай заваривать, я пытаюсь понять, что делать дальше… Хватит, подумала уже один раз, и чем закончилось. Сперва нужно поговорить с Сереем, объяснить ему, и пообещать вернуть всё до копейки, хоть и понятно, что делать это придётся до конца жизни.

Накинув белый уютный махровый халат, наподобие тех, что видела на страничках знаменитостей, щеголявших фотками из пятизвёздочных люксовых отелей, наконец выхожу из комнаты и отправляюсь к двери, за которой скрылся Сергей. Я не знаю, что скажу ему, да и захочет ли мужчина меня вообще слушать. Но если не попробую объясниться, точно себе не прощу!

Я тихонько скользнула в уютный полумрак рабочего кабинета, освещаемый лишь лампой на массивном столе из дорогих пород дерева. Плотные шторы запахнуты и не пропускают уличного света, поэтому появляется ощущение, что в помещении уже поздний вечер. Сперва мне кажется, что кабинет пуст, но присмотревшись, вижу кожаный диван в углу, на котором лежит Сергей, закинув руки за голову. Судя по закрытым глазам и ровному дыханию, мужчина крепко спит. Да и как иначе, он уже вторые сутки без отдыха по моей вине.

Мне бы выйти и закрыть дверь, чтобы свёкор мог поспать, но внутри всё противится этом. Не понимая, что делаю, бесшумно подхожу ближе, любуясь мужчиной, лаская взглядом каждую чёрточку мужественного уставшего лица, каждую мышцу на таком мощном и сильном теле, которое сейчас, к сожалению, было полностью скрыто одеждой.

Не в силах бороться с искушением присаживаюсь на корточки рядом с диваном и кончиками пальцев слегка касаюсь густых волос, на которых уже серебрилась лёгкая седина. Сергей вздыхает во сне так грустно и горько, что даже сердце заходится. Этот сильный уверенный в себе мужчина, хозяин городских джунглей и настоящий альфа-самец сейчас кажется таким одиноким и беззащитным.

Я улыбаюсь, наконец-то точно зная, что теперь нужно делать и как жить дальше. Скинув халат, устраиваюсь на диване рядом с Сергеем, закидываю на него ногу и утыкаюсь носом в шею. Аромат моего мужчины кажется таким пленительным, чувственным и родным, что невольно улыбаюсь ещё шире. Говорят, что это в нас от древних людей, – находить своих по запаху.

– Катя… – сонно тянет Сергей и дёрнулся всем телом, поняв, что я ему не стеснюсь. – Что ты тут делаешь? Зачем? Иди в свою комнату!

– Я нашла своё место! – отвечаю тихо и уверенно. – Но если ты меня прогонишь, то пойму и постараюсь это принять!

Тяжёлая горячая ладонь ложится на мою талию, нежно гладит по спине, обнимая так крепко и сладко, что зажмуриваюсь и почти перестаю дышать, ожидая ответа. Но его нет… Вместо этого Сергей вдруг рывком прижимает меня к себе и закидывает наверх.

– Моя девочка… – рычит он прежде чем ворваться поцелуем в мои губы, душу и тело.

Глава 28

Несколько месяцев спустя

Сергей

Катя спит сладко, раскидав по подушке светлые пряди, но под утро опять начинает дёргаться, на нежном личике страдальческие морщины, а из уголков глаз скатываются крупные блестящие слезинки, похожие на драгоценные камни.

– Тише, малышка, всё хорошо! Я рядом! – шепчу ей на ушко, нежно обнимая и сцеловывая каждую слезинку, чувствуя горько-солёный вкус.

Вот уже который день просыпаюсь раньше, чтобы успокаивать Катю, которой снятся кошмары, хоть она сейчас и работает с психологом, а перед сном стараюсь залюбливать её так, чтобы засыпала, едва коснётся головой подушки. Но каждый рассвет начинается с её криков во сне.

Укачиваю, обнимаю, дую на висок, остужая горячечные сны. В такие моменты готов придушить