Тайны Туман - Рина Кент

— О-о-ох...

— Я сказал, — Шлеп, — отвечай мне.

Я издаю что-то среднее между скулежом и стоном, кивая.

— Я... я не буду.

Боже. Почему я позволяю ему делать это с собой? Почему я не могу остановиться?

Он гладит мои саднящие ягодицы длинными, успокаивающими кругами.

— Хорошая девочка.

Я бормочу что-то вроде подтверждения, не в силах произнести ни слова. Я чувствую себя на вершине блаженства, что готова тереться о него и отдать своё тело ему на растерзание.

Не оставайся с ним наедине.

Простое правило, которое я нарушила уже бесчисленное количество раз за эти несколько недель. И не помогает то, что он сам не оставляет меня в покое.

Ястреб прижимается ко мне сзади. Его твердая грудь прижимается ко мне, и безошибочно узнаваемый бугорок утыкается мне в ягодицы. Даже через его джинсы и мои трусики я чувствую, как он пульсирует от потребности.

Осознание, что это все для меня, наполняет меня чувством целостности, которого я не испытывала годами.

Я трусь об него, впитывая то, как он становится тверже в ответ.

Он разворачивает меня, не выпуская моих волос из кулака. Я оплакиваю потерю ощущения его тела у себя за спиной, но смотреть в его лицо на таком близком расстоянии того стоит.

Я могу утонуть в его лазурном взгляде и никогда не вернуться обратно. И я бы ни о чем не пожалела. Если бы это зависело от меня, если бы это помогло ему остаться в безопасности, я бы утонула в его океане, наслаждаясь каждой волной.

Моя ладонь находит его щеку. Плечи Ястреба напрягаются, он тяжело дышит, как дикий зверь, но не останавливает меня.

Потребность поцеловать его пульсирует во мне, как живое существо.

Один раз. Всего один раз.

Я понимаю, что безнадежно ищу крупицу привязанности под всей этой ненавистью, но я готова игнорировать всё, если он просто поцелует меня.

Еще один раз.

Поцелуй меня, умоляю я глазами.

Поцелуй меня, зовет мое полупустое сердце.

Поцелуй меня, черт возьми, кричит мое тело.

Он отталкивает меня. Его пальцы выскальзывают из моих волосах, и его тепло отстраняется, оставляя меня холодной и брошенной.

Не сказав ни слова и даже не взглянув на меня, он выходит из комнаты.

Дверь захлопывается за ним с громким стуком.

Мои глаза наполняются слезами, и мне стоит огромных усилий не разрыдаться в голос.

На что я вообще рассчитывала?

Это была всего лишь сделка. Просто разовое действие, чтобы спасти Инка. Надеюсь, теперь Ястреб оставит меня в покое.

Я плетусь в ванную, всё еще чувствуя его мучительное прикосновение внутри себя и на своих ягодицах. Отражение в зеркале заставляет меня застыть на месте. Волосы растрепаны, красные пряди торчат во все стороны. Помада размазана. Халат сбился.

Но не это заставляет меня остановиться. Это странный блеск в моих глазах. Не помню, чтобы видела его раньше. Ощущение того, что я... жива.

Я выгляжу чертовски потрепанной, но... живой.

Точно так же, как чувствовала себя много лет назад.

Глава девятая

Ты была сосудом моих самых темных желаний, пока не стала самым зловещим из всех.

Прошлое

Наши паузы в комнате ожидания становятся всё короче и короче. Иногда нас отсюда выгоняют и заставляют днями сидеть в белых камерах.

Прошла целая неделя с тех пор, как я в последний раз видела Ястреба, но он продолжает угрюмо молчать, не обращая внимания на окружающий мир.

Остальные из «Нулевой Команды» или те, кто от нас остался, сбились в кучу у стены. Призрак меня не помнит. Он отвернулся, и рядом с ним сидит Тень. Иногда я и сама не помню его, так что не могу его винить.

Я сажусь рядом с Ястребом так, что между нами почти не остается места, и толкаю его в бок. Он не обращает на меня внимания, продолжая возиться со шнурками. Я улыбаюсь про себя. Некоторые вещи никогда не меняются.

С того самого первого дня он был для меня незыблемой, хоть и молчаливой скалой. Когда я начала забывать обо всём, он дал мне дневник, чтобы я записывала то, что не хочу забывать. Я согласилась только при условии, что он тоже будет там писать.

Иногда он оставляет там какие-то заметки, и я храню их как сокровище.

Я здесь так долго, что перестала считать. Иногда я всё еще забываю, кто я такая. Не думаю, что мы когда-нибудь сможем сбежать, но крохотная искра надежды не покидает меня.

Мне сейчас тринадцать. Кажется. Ястребу - пятнадцать или шестнадцать. Он стал выше и шире в плечах. Инк последние месяцы делал ему татуировки, но Ястреб всё еще не позволяет мне посмотреть. Всякий раз, когда я прошу, он ворчит: «Еще не готово».

С тех пор я одержима желанием увидеть его татуировки. Я могу разглядеть лишь несколько завитков и черных перьев, выглядывающих из-под воротника его одежды, но не более того.

Я хватаюсь за край его футболки и пытаюсь приподнять ее. В последнее время я стала слишком навязчивой рядом с ним, но ничего не могу с собой поделать. А еще мне снятся сны о том, как я его целую.

Ястреб толкает меня так сильно, что спина ударяется о стену.

— Черт, — он оглядывает меня с ног до головы, во взгляде читается беспокойство. — Ты в порядке? Я же говорил тебе не прикасаться внезапно ко мне.

Я подавляю гримасу боли.

— Я тоже сильная, знаешь ли.

Он улыбается. Улыбка маленькая, едва затрагивает его глубокие синие глаза, но здесь, в «Яме», это единственное, что поддерживает во мне глупую надежду на побег.

— Я просто хочу посмотреть, — я снова тянусь к его футболке. — Всего одним глазком, окей?

Он отворачивается, и я хватаю пустоту.

— Ну и ладно! — фыркаю я. — Сделаю себе свою собственную татуировку. — Или нет. Эти иглы пугают меня до чертиков.

— Не сделаешь.

— Раз ты не даешь мне увидеть свою, я скажу Инку, чтобы он набил мне тату там, где ты тоже не увидишь.

Челюсть Ястреба сжимается, он издает низкий рык:

— Ты не позволишь Инку прикасаться к себе.

— Почему нет?

— Не позволишь, и всё тут.

Он явно сегодня в настроении поболтать.

— Тогда покажи свою.

— Покажу, когда будет готова, — ворчит он своим обычным отстраненным тоном.

Я