В погоне за надеждой - Мэдс Рафферти

Воздух прорезает пронзительная трель: зависшее между нами плотное, осязаемое напряжение мигом улетучивается под вибрацию скачущего по кухонному островку телефона. Еще никогда не хотелось разбить мобильник вдребезги так сильно, как в эту секунду, когда Айви поспешно отступает на безопасное расстояние.

Хочется удержать ее рядом — с пляшущей в глазах искоркой и безостановочно сыплющими упреками губами. Айви парирует колкости с такой невероятной легкостью, от которой сердце неизменно пускается вскачь.

Хватая трубку, я уже готов высказать пару ласковых тому, кто посмел нас прервать, но гнев разом утихает, стоит взглянуть на экран. Я протягиваю аппарат Айви.

— Твоя мама. Нужно купить новый мобильник. Я не нанимался работать телефонной шестеркой.

Айви закатывает глаза и напрочь игнорирует разрывающийся в руках аппарат; толкнув меня бедром, она достает из холодильника бутылку воды.

— Обойдусь. Мне вполне по душе перспектива сделать из тебя шестерку.

От неожиданности я едва не давлюсь воздухом.

Сделав глоток, Айви лукаво подмигивает.

— Язык проглотил, Валенти?

Мрачно сверкнув глазами, я снова впихиваю ей трезвонящий по второму кругу телефон.

— Возьми трубку.

— Нет, — пожав плечом, она огибает кухонный островок и направляется к лестнице. — Я же сказала: обойдусь.

— После пробежки нужно хотя бы перекусить! — бросаю ей вслед.

Айви разворачивается на пятках и продолжает идти спиной вперед.

— Не хочу.

— Придется кормить насильно.

На ее губах играет лукавая ухмылка.

— И ведь наслаждался бы каждой секундой, скажи?

Второй раз за утро Айви заставляет меня поперхнуться.

Огонек все еще теплится. Слабый, но он есть. Нужно лишь помочь раздуть из него пламя... и при этом не выдать собственных чувств.

Что чертовски сложно, ведь обмениваться с ней колкостями — любимое занятие. Своего рода личный сорт наркотика. Я конченый торчок и совершенно не планирую завязывать. Пожалуй, это единственное настоящее фиаско в жизни: так и не сумел подавить в себе влюбленность в младшую сестренку лучшего друга.

Набрав код на воротах Грейсона, мы заезжаем на территорию — судя по всему, добрались последними. На подъездной дорожке припарковано не меньше двадцати машин.

Айви, сидящая на пассажирском сиденье, цокает.

— Ничего себе аншлаг.

— Наверняка только половина команды собралась. Остальные парни в разъездах.

Отстегнув ремень безопасности, Айви поворачивается.

— А почему ты не поехал с Калебом?

— Взялся за один проект. Решил остаться и довести дело до ума.

— И что за проект? — невинно хлопая ресницами, интересуется она. Айви выглядит настолько чертовски мило, что впору кусать себе руки, лишь бы к ней не прикоснуться.

Вместо этого я точно так же хлопаю ресницами в ответ и, перегнувшись через консоль, легонько щелкаю ее по носу, напевно протянув:

— Отличная попытка.

Вслед несется насмешливое фырканье Айви; стоит выйти из машины, как замок тихо щелкает, и мы направляемся к заднему двору, огибая дом.

Она тычет пальцем мне в бицепс, и от прикосновения — повторяю, от одного только ее гребаного пальца — по позвоночнику пробегает чертова дрожь, пока Айви лукаво тянет:

— Вечно ты темнишь со своими кодами.

Я не только с ними темню. Уж двадцать-то лет как-то удавалось скрывать, что я до безумия в тебя влюблен.

— Потому что предпочитаю сначала доводить работу до конца, а уж потом ее обсуждать.

— Хочешь сказать, доводить до совершенства.

Склонив голову то к одному, то к другому плечу, я признаюсь:

— Есть немного.

Она похлопывает меня по плечу.

— Уверена, выйдет здорово, Валенти. Все предыдущие проекты получались просто сногсшибательными.

Искоса взглянув на нее, я медленно тяну:

— Спасибо.

— Не делай такой удивленный вид.

— От тебя нечасто дождешься комплиментов. Грех не удивляться.

— Только потому, что твое эго и без того раздуто. Незачем его ублажать.

— А если я хорошенечко попрошу? — бросаю ей вслед, пока Айви уверенно шагает на звуки доносящегося гвалта, плавно покачивая бедрами.

Воздух прорезает восторженный визг Синди: заприметив Айви, она бросается к ней, взметая подолом легкого летнего голубого платья.

Обернувшись, Айви ухмыляется.

— Я бы его ублажила, если бы ты опустился на колени и хорошенько умолял.

Глаза Синди округляются от любопытства.

— О-о, и что это мы тут обсуждаем?

— Валенти жаждет, чтобы я ублажила его эго, — заявляет Айви, картинно закатывая глаза.

Синди смеряет меня проницательным взглядом.

— Да неужели?

— А я ответила, что ради такого придется опуститься на колени и поумолять, — дразнящим тоном добавляет Айви.

Усмехнувшись, я прохожу мимо парочки.

— Я умею признавать поражение. Отбой, дамы.

— Ну бли-и-ин, а я так хотела посмотреть, как ты будешь умолять! — разочарованно тянет Синди.

— На колени я готов опуститься лишь перед одним-единственным человеком, — объявляю я вслух, оставляя девушек пялиться вслед с разинутыми ртами.

И уж точно не ради того, чтобы Айви ублажала мое эго, благоразумно оставляю при себе эту мысль.

Мимо проносится Эмми с заливающимся лаем Бэмби на хвосте, а там, где Эмми...

...неизменно выруливает из-за угла Киран, зорко приглядывая за дочерью.

Стоит заметить меня, как лицо озаряется широкой улыбкой.

— Валенти! Чувак, где тебя черти носили? — он сгребает меня в объятия. — Снова заперся в берлоге со своим кодом?

— Да не, просто возился с Айви, помогал по мелочи, — отзываюсь я, похлопав его по спине.

Киран отстраняется, и на губах расплывается слишком уж понимающая ухмылка.

Я угрожающе тычу в него пальцем.

— Даже не начинай.

Ненавижу его проклятую способность читать людей как открытую книгу. Из всей команды только он один просек, какие чувства я питаю к младшей сестренке лучшего друга. Засранцу хватило одного-единственного взгляда, когда мы с Айви оказались в одной комнате: он тихонько присвистнул и, хлопнув меня по плечу, хрипло выдал: «Оу, да ты влип».

Киран демонстративно прижимает ладонь к груди, всем видом изображая глубокое оскорбление.

— Кто, я? Лезть в чужую личную жизнь? Да ни в жизнь, — проследив за моим взглядом, он замечает Айви, увлеченно болтающую с Синди. — Хотя, сдается, ледяной душ ты теперь принимаешь регулярно.

Я со щелчком сжимаю челюсти.

— Влажные сны? Горы нестиранного белья? — натолкнувшись на убийственный взгляд, Киран примирительно поднимает руки. — Ладно-ладно, спрошу по-другому... как продвигается?

Медленно кивнув, я оглядываюсь через плечо и провожаю взглядом Синди с Айви, скрывающихся в доме.

— Как-то... движется.

Киран прыскает от смеха.

— Ты окончательно пропал.

Резко обернувшись, я яростно сверкаю на него глазами.

— Ничего подобного.

— Продолжай в это верить, — его глаза округляются при виде Беллы, водружающей на стол поднос со свежей выпечкой, и Кирана тут же след простыл: он срывается с места с воплем: — Черничные маффины!

Белла обреченно закатывает глаза.

— Киран, умоляю, оставь хоть немного остальным.

Проигнорировав ее,