Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви - Эйси Джей Миллс

– Не пойму, может, протух, – ворчал папа, пока ложкой орудовал в салате и принюхивался. – Пахнет чем-то кислым.

– Я добавила в майонез немного лимонного сока, – тихо прошептала сама себе, но все расслышали.

– У него же аллергия! – ахнула тетя Люда. – Коля, бегом за шприцом с лекарством!

Королева долго ждать не пришлось. Он пулей смотался к себе и принес аптечку. Пока они реабилитировали своего мужа и отца, я сидела на краю дивана, полностью потерянная. Из-за меня сегодня стало плохо человеку! Он мог даже умереть, если бы дошло до анафилактического шока!

– Булочка, не реви, – шепнул Коля, присаживаясь на корточки передо мной и кладя ладони на мои колени. Оказывается, все это время по моим щекам скатывались громадины слез. – Все будет хорошо.

Я хлюпнула носом. Его поддержка и непривычно доброе отношение сделали только хуже, потому что я стала чувствовать себя какой-то злодейкой. Хотела попросить прощения, спросить, как все исправить, но тут возникла новая проблема. Прямо из кухни повалил дым, и запахло гарью. Мы все одновременно подскочили на ноги.

– Утка горит?!

– У нас же духовка барахлит, если выкрутить на максимальный градус. Тань, ты забыла? – занервничал отец.

Наверное, в этот момент вся краска отлила от моего лица. Мама-то знала, а я нет. Она бросилась туда, но чуткие датчики пожарной безопасности сработали мгновенно. Не прошло и минуты, как на весь наш подъезд заорала сигнализация. Да такая, что даже мертвого бы из могилы подняла.

– Все быстро на улицу! – скомандовал папа. – А я пойду спасу нашу квартиру от пожара!

Коля помог дядя Ване подняться, хорошо, что мужчине стало лучше после укола антигистаминного. А потом взял меня за руку и повел прочь из квартиры, подхватив наши куртки. Его ладонь держала крепко, но нежно. И отталкивать парня совсем не хотелось. Мы вышли на лестничную клетку и смешались с толпой соседей, которые недовольно ворчали и шептались, не понимая, что происходит.

– Бедная утка, – шепнул Коля уже во дворе. – Я теперь опасаюсь за утенка на твоих носках. Вдруг ты и его решишь укокошить.

– Очень смешно, – буркнула я, но шутку оценила и немного улыбнулась.

Мороз колол нос и щеки. Зато на воздухе было очень здорово. Под сапогами скрипел снег, и я стала перепрыгивать с одной ноги на другую, веселясь, словно маленькая девочка. Кто-то из соседей зажег бенгальские огни, один за другим их передавали всем желающим. Я держала в руках палочку и представляла, будто это настоящая звезда.

– Президент речь завершил, – сказал Коля. Все это время он поглядывал в чей-то телефон с прямым эфиром. – Пора загадывать желание под бой курантов.

– Этот Новый год уже ничего не спасет. Я хотела сделать его самым-самым классным, запоминающимся. И сама же все испортила.

– Разве? – усмехнулся парень. – Просто посмотри вокруг.

Я огляделась. Взрослые радостно открывали шампанское, так что пробка с хлопком взлетала вверх. Детвора весело бегала вокруг украшенной елки во дворе, собаки с задорным лаем носились следом за ними. Сосед с первого этажа подогнал машину и включил музыку, так что часть людей пустилась в пляс. Все поздравляли друг друга с праздником и обнимались.

– Ты на меня совсем не злишься? – спросила я Колю.

– На что?

– На ту войну, которую мы устраивали в школе.

– Это ты должна злиться на меня. Порой я вел себя как полный придурок. Прости, пожалуйста. Почему-то думал, что только таким образом ты обратишь на меня внимание.

– Что? – Я опешила.

– Слышал, что девчонкам нравятся плохие мальчики.

– Хотел мне понравиться?

Он смущенно улыбнулся. И я будто в первый раз в жизни увидела Колю Королева по-настоящему.

– Скоро последний удар курантов, загадывай желание, Булоч… Маша.

– На самом деле, Булочка не так уж ужасно звучит, я привыкла… – сказала я, даже не лукавя.

Коля вручил мне стаканчик с шипящей жидкостью. Я сделала глоток, и пузырики защекотали в носу. Вот только это был лимонад, и я рассмеялась. А потом загадала, чтобы в следующем году мы снова праздновали Новый год таким же составом, с нашими семьями, но я не забыла купить обычный магазинный майонез.

Пряничный переполох

Полли Леони

Кондитерская мистера Бейли – самое волшебное место на нашей улице. Выпечка, которую там подают, способна утешить любое, даже самое опечаленное сердце. Разве это не магия, когда тающее во рту имбирное печенье с цитрусовой ноткой заставляет тебя улыбнуться и поверить во что-то хорошее?

Помогая мистеру Бейли с подготовкой к Рождеству, я чувствую, как в воздухе, пропитанном ароматами шоколада и ванили, витает настоящее чудо.

– Опять ты здесь. – Мои грезы развеивает вошедший в кондитерскую Лукас Прайс, племянник владельца.

Мы общаемся только раз в год, когда помогаем его дяде с украшением кафе, и каждый год я надеюсь, что случится рождественское чудо, и он не придет.

Но он, разумеется, снова здесь. Стоит рядом, пока я вешаю гирлянду на окно, и уплетает ореховый кекс.

– Когда ты успел стащить его с витрины?

– У меня ловкие руки, – отзывается Лукас.

Спустившись со стремянки, я вручаю ему коробку с искусственной елью и говорю:

– Собирай.

– Вау, ты научилась приказывать, – присвистывает он. – Значит, год не прошел впустую. Поздравляю, Джеки.

– Жаль, мне тебя поздравить не с чем, ты все такой же. – Наградив его неприязненным взглядом, добавляю: – И это не комплимент.

Уже следующей осенью мы поступим в колледж и разъедемся по разным городам. Интересно, сможем ли мы и дальше встречаться накануне Рождества, как последние четыре года?

Спустя два часа молчаливой работы я замечаю, как мистер Бейли, разглаживая седые усы, выходит из кухни.

– Шоколадные человечки и звезды почти готовы. Достаньте их из духовки, как в прошлый раз.

– Хорошо! – восклицаю я.

– Ты еще вернешься? – Повесив рождественский носок над витриной, Лукас поворачивается к дяде.

– Прости, дружок, у нас с твоей тетей дела. – Мистер Бейли отдает племяннику ключи и, хлопнув его по плечу, направляется к двери – Спасибо, ребятки! Что же я буду делать, когда вы уедете в колледж?

Поправив ярко-красный пуховик, он выходит наружу, и его ботинки тут же проваливаются в снег.

– Что смешного? – интересуется Лукас, заметив мою веселую улыбку.

– Он так забавно пробирается к машине, – отвечаю я, неловко откашлявшись.

– Посмотрим, как ты заговоришь, когда придется таранить сугробы по пути домой.

– Как-нибудь справлюсь, придурок.

– Ты еще и обзываться научилась? – Его глаза расширяются. – Куда подевалась старая, добрая молчаливая Джеки? С ней было так приятно иметь дело.

– Я ее убила. Новая Джеки не станет молчать, когда ее выводят из