Мальчик - Лера Титова

в кровать, — сказала она.

— Пойдём.

Они вышли из душа. Вытерлись. Легли.

Виолетта положила голову ему на плечо.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь — спи.

— Я не хочу.

— Надо.

— Почему?

— Завтра будет новый день.

— С тобой?

— С тобой.

Она закрыла глаза.

И уснула.

Микеле смотрел на неё.

На её спокойное лицо.

На её губы — припухшие от поцелуев.

На её руки — которые сжимали его даже во сне.

Он улыбнулся.

Закрыл глаза.

И заснул.

Глава 35

Она проснулась оттого, что его не было рядом.

Не паника — просто констатация. Место остыло. Простыня смята. Подушка хранила запах — его запах. Но его не было.

Виолетта села. Провела рукой по его стороне кровати. Пусто.

Она встала. Накинула халат. Вышла в коридор.

В конце коридора стоял Микеле. С Марией на руках. Маленькая девочка — дочь Винченцо и Аи — обнимала его за шею и что-то лепетала. Он улыбался. Ей. Не Виолетте.

— Доброе утро, — сказала Виолетта.

Он повернулся. Улыбка исчезла.

— Доброе.

— Ты рано встал.

— Не спалось.

— Из-за чего?

— Из-за неё.

Он кивнул на Марию.

— Она плакала. Я услышал.

— Ты не слышишь ничего, когда спишь.

— Сегодня — услышал.

Виолетта смотрела на него. На его руки, которые держали чужого ребёнка. На его улыбку, которую она не видела уже несколько дней.

— Ты хочешь детей? — спросила она.

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Он посмотрел на неё. — Хочу.

— Со мной?

— С тобой.

— Тогда почему ты не говоришь?

— Боюсь.

— Чего?

— Что ты не захочешь.

— Хочу.

— Докажи.

Она подошла. Взяла Марию из его рук. Девочка заплакала.

— Ты напугала её, — сказал Микеле.

— Я не страшная.

— Ты не умеешь держать детей.

— Научишь.

Он забрал Марию. Девочка успокоилась.

— Идём завтракать, — сказал он.

— Идём.

На кухне было шумно.

Джульетта стояла у плиты, жарила яичницу. Лука сидел с Сарой. Доменико читал газету. Винченцо пил кофе. Антонио пил вино.

Микеле посадил Марию на стул. Ая подошла, забрала дочь.

— Ты хорошо с ней, — сказала Ая.

— Она хорошая.

— Она плачет по ночам.

— Я слышал.

— Ты приходил?

— Да.

— Спасибо.

— Не благодари.

Виолетта села за стол. Микеле — рядом.

— Ты ревнуешь? — спросил он тихо.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она взяла чашку с кофе. — Ревную.

— К ребёнку?

— К тому, что ты улыбаешься ей.

— Она не умеет предавать.

— Я тоже не умею.

— Умеешь.

— Умела. Теперь — нет.

— Докажи.

— Как?

— Роди мне сына.

Она замерла.

— Что? — переспросила она.

— Ты слышала.

— Ты серьёзно?

— Я никогда не был серьёзнее.

Она смотрела на него.

— Сейчас?

— Не сейчас. Скоро.

— Ты боишься?

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он взял её за руку. — Боюсь.

— Чего?

— Что я не смогу быть отцом.

— Сможешь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты любишь.

— Этого недостаточно.

— Достаточно.

Джульетта поставила на стол тарелки.

— Ешьте, — сказала она. — И прекратите спорить.

— Мы не спорим, — сказал Микеле.

— Спорите.

— Нет.

— Да.

— Джульетта...

— Я сказала — ешьте.

Они взяли вилки.

Виолетта смотрела в тарелку, но не ела. Мысли крутились вокруг одного: «Роди мне сына». Он сказал это так просто. Как будто речь шла о том, чтобы купить новую рубашку или заказать кофе. А она сидела и не могла выдохнуть.

Микеле ел. Не смотрел на неё. Жевал. Глотал. Обычный завтрак. Обычный день. Обычная жизнь.

— Ты не ешь, — сказал он, не поднимая головы.

— Не хочу.

— Надо.

— Не могу.

— Почему?

— Думаю.

— О чём?

— О том, что ты сказал.

Он поднял голову. Посмотрел на неё.

— Я сказал правду.

— Я знаю.

— Тогда ешь.

Она взяла вилку. Отправила в рот кусок яичницы. Жевать не могла. Проглотила почти не жуя.

— Ты боишься? — спросил он.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она отложила вилку. — Боюсь.

— Чего?

— Что я не смогу быть матерью.

— Сможешь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты женщина.

— Этого недостаточно.

— Достаточно.

Она смотрела на него.

— Ты всегда такой уверенный? — спросила она.

— Когда дело касается тебя — да.

— Почему?

— Потому что я люблю тебя.

— Этого недостаточно.

— Достаточно.

Джульетта поставила на стол чайник.

— Вы будете кофе? — спросила она.

— Да, — сказал Микеле.

— Нет, — сказала Виолетта.

— Так да или нет?

— Нет.

— Хорошо.

Джульетта налила кофе Микеле. Виолетте — воду.

— Пей, — сказала она.

— Спасибо.

— Не благодари.

Джульетта отошла.

Виолетта взяла стакан. Отпила. Вода была холодной. Она обожгла горло.

— Ты не в себе, — сказал Микеле.

— Я в себе.

— Нет. Ты далеко.

— Я здесь.

— Докажи.

Она посмотрела на него. Взяла его руку. Положила себе на живот.

— Чувствуешь? — спросила она.

— Что?

— Пустоту.

— Там не пустота.

— А что?

— Скоро будет жизнь.

Она убрала его руку.

— Ты самоуверен, — сказала она.

— Я голоден.

— Чем?

— Тобой. Ребёнком. Будущим.

Она смотрела на него.

— Ты невыносим, — сказала она.

— Я знаю.

— Я люблю тебя.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Виолетта.

Она поцеловала его. Прямо на кухне. Прямо при всех.

Лука усмехнулся. Сара улыбнулась. Доменико покачал головой. Винченцо не поднял головы. Антонио поднял бокал. Джульетта вздохнула.

— Вы невыносимы, — сказала она.

— Знаем, — ответил Микеле.

— Идите гулять.

— Куда?

— В сад. На воздух. Подальше от меня.

Микеле встал. Протянул руку Виолетте.

— Идём, — сказал он.

— Идём.

Они вышли.

В саду было тихо.

Джузеппе подрезал жасмин.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе, — ответил Микеле.

— Вы ссорились?

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Микеле взял Виолетту за руку. — Ссорились.

— Из-за чего?

— Из-за ребёнка.

Джузеппе выпрямился. Посмотрел на Виолетту.

— Ты беременна? — спросил он.

— Нет.

— А хочешь?

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она сжала руку Микеле. — Хочу.

— Тогда делай.

— Что?

— Ребёнка.

Джузеппе вернулся к работе.

Виолетта смотрела на него.

— Твой садовник мудрее всех нас, — сказала она.

— Да.

— Ты слушаешь его?

— Всегда.

— И что он сказал?

— Делать ребёнка.

— И что ты думаешь?

— Думаю, что он прав.

Она смотрела на него.

— Ты не боишься? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он взял её лицо в ладони. — Боюсь.

— Чего?

— Что я не смогу быть отцом.

— Сможешь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я буду рядом.

Она поцеловала его.

— Пойдём в дом, — сказала она.

— Зачем?

— Делать ребёнка.

Он усмехнулся.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Утро.

— Какая разница?

— Джульетта может войти.

— Пусть входит.

Он взял её за руку.

— Хорошо. Пошли.

Глава 36

Они начали в спальне.

Микеле закрыл дверь на ключ. Повернулся к Виолетте. Она стояла у кровати, смотрела на него. В её глазах — огонь. Не тот, который он видел раньше. Другой. Голодный.

— Ты хочешь меня? — спросил он.

— Да.

— Скажи.

— Я хочу тебя, Микеле.

— Что именно?

— Всё.

Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Поцеловал. Не нежно —