Академия Теней: Исповедь лисьего проводника - Анна Рия

Глава 17. Лицом к лицу с бездной

Перед решающей битвой — словесной, магической или какой там ещё задумало его темнейшество, — я решила вздремнуть. Пара часов сна, чтобы перезагрузить голову после дня, который выжал меня досуха. Стянула сапоги, рухнула на кровать и закрыла глаза.

Лис куда-то свалил. Оставил меня наедине с мыслями, а они, как назло, упрямо крутились вокруг одного имени. Каэлан — Элан. Его холодный взгляд, который почему-то зажигал во мне странный, предательский огонь. Его голос — низкий, с хрипотцой, занозой сидевший в голове. Стандартный набор девушки, попавшей в беду. И беда эта носила чёрный камзол с серебром.

Проснулась я оттого, что почувствовала чужое присутствие. Нет, в комнате никого не было. Но на стуле, аккуратно сложенный, лежал новый наряд.

Не Лемины обноски. Не мешковатая форма. Тёмные штаны из мягкой, но плотной ткани, удлинённая рубашка с глухим воротом — строго, закрыто, ни намёка на лишнее. Но когда я надела, ткань обняла тело так, что силуэт угадывался без лишних вопросов. Качественно. Дорого.

Я привела себя в порядок, заплела две толстые косы, вплетая в них сапфировые лепестки — те самые, что остались от букета Крипа. Движения успокаивали, выметали из головы лишнее. Руки работали, а мысли текли ровнее.

Лилии всё ещё стояли в вазе. Живые. Яркие. Я каждый день подпитывала их каплей своей магии, и они отвечали мне — свежим ароматом, распустившимися лепестками. Надо бы пересадить их, дать пустить корни. Расти свободно. Как и мне самой. Когда-нибудь.

Я едва успела затянуть последнюю шнуровку, когда в дверь осторожно постучали. На пороге стоял парень с острыми чертами лица и короткой стрижкой. Взгляд пустой, но цепкий.

— Я Готар. Мне поручено тебя сопроводить.

И всё. Ни объяснений, ни имён. Просто «сопроводить».

Мы шли не в учебные корпуса и не в библиотеку. Мы углублялись туда, куда обычных учеников не пускали — в личные апартаменты преподавателей и знатных гостей. Коридоры здесь были шире, тише, факелы горели ровнее. Воздух пах не пылью и старостью, а чем-то дорогим — сандалом, наверное. Или тёмным деревом.

Готар остановился перед неприметной массивной дверью. Ни гербов, ни рун — только тёмное дерево и кованые петли.

— Жди здесь, — бросил он и растворился в полумраке коридора.

Я осталась одна. Воздух вокруг сгустился, стал плотным и тихим. Дверь передо мной бесшумно распахнулась сама, словно приглашая войти. Или заманивая в ловушку.

В комнате было просторно. Ничего лишнего. Камин с синими поленьями, два кресла, большой стол у стены. И он. Стоял спиной ко входу, глядя на огонь. Без парадного камзола — только чёрная рубашка, расстёгнутая у ворота. Свет пламени играл на его коже, подчёркивая мускулистые контуры плеч и шеи. Он казался… другим. Менее официальным. Более опасным.

— Закрой дверь, — бросил он, не оборачиваясь. Голос холодный, как всегда.

Я повиновалась. Дверь захлопнулась с мягким, но окончательным щелчком. Мы остались одни. Тишина. Только треск синего пламени.

Он повернулся. Медленно, словно давая мне время рассмотреть его — и давая себе время рассмотреть меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по косам с сапфировыми лепестками, по новой одежде. В серых глазах, подсвеченных синим огнём, мелькнуло что-то, похожее на одобрение.

— Тебе идёт.

— Спасибо. — Я старалась держаться так же хладнокровно, но голос предательски дрогнул. — За наряд. И за… спасение на обряде.

Он шагнул ближе. Я заставила себя не отступить.

— Не благодари. Я действовал в своих интересах. — Он сделал ещё шаг. — Твоя магия… — Пауза. Он словно подбирал слова, что для него было редкостью. — Сегодняшнее слияние. Оно не было запланированным.

— Я понимаю, — прошептала я. — Свет и тьма не смешиваются.

— Ошибаешься. — Он сократил дистанцию до предела. Я почувствовала холод, исходящий от него, — или это был жар? — Смешиваются. И когда это происходит, рождается нечто… большее. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Никогда.

Его взгляд — ледяной, но в нём горело что-то живое. Голодное. Моя магия, всё ещё помнящая то сплетение, отозвалась внутри глухим теплом.

— Я знаю, кто ты, Элира. Моя семья столетиями уничтожала таких, как ты. Я знаю, что твоя сила — не просто светлая. Она — противоположность всему, что есть здесь. И всё же… — Его пальцы скользнули по моей щеке тыльной стороной. Ледяное прикосновение, но кожа под ним загорелась. — Она откликается на мою.

— Я мог бы тебя уничтожить. — Его голос стал тише, почти шёпот. — Один приказ — и от тебя останется лишь пепел.

Дышать стало больно, но я не опустила глаз.

— Но ты не сделаешь этого.

— Почему? — В уголках его губ дрогнула усмешка.

— Потому что я тебе интересна. Потому что наша сила вместе — это нечто новое. И ты жаждешь это постичь.

Он замер. Взгляд стал пронзительным, изучающим каждую чёрточку моего лица.

— И правда. Сегодняшнее ощущение было… особенным. Я словно почувствовал начало чего-то, чего не понимаю. Чего-то, что не даёт мне покоя. Ты не можешь себе представить, насколько это было прекрасно. И мне хочется ещё.

Он отступил на шаг, давая мне глоток воздуха.

— Я вижу, что твоя магия откликнулась на меня. Мы можем использовать это. Союз. Никто не посмеет тебя тронуть: ни охотники, ни ректор, ни… назойливые поклонники.

В его тоне, когда он произнёс последние слова, проскользнула едва уловимая, но ощутимая нотка раздражения. Крип. Он говорил о Крипе.

— Союз, — повторила я, пробуя слово на вкус. — На каких условиях?

— На взаимной выгоде. Ты получаешь жизнь и защиту. Я — доступ к магии, которую никогда раньше не встречал. И да… — Его взгляд снова упал на меня, полный странного, открытого интереса. — Я очарован. Очарован тобой, твоей силой, твоей дерзостью, той глубиной, которую я сегодня в тебе разглядел.

Его рука потянулась к моим волосам. Он нежно, едва касаясь, провёл по сапфировому лепестку, вплетённому в косу.

Глава 18. Пепел и кольцо

Я снова была в Осиннике. Не в том, что пылал, а в живом. Солнце пробивалось сквозь листву вековых дубов, разбрасывая по деревянным срубам тёплые золотые пятна. Воздух — плотный, родной: дым из печки, травы под крышей, сладкий запах малинового пирога. Тётя Зоря только что вынула его из печи. Это пахло домом. Уютом. Безопасностью.

Нашу деревню прятали не только лесные чащи, но и магия. Каждый вечер, с первыми звёздами, мы — все ведьмы, от мала до велика — выходили на границу. Старейшина, бабка Илинда, затягивала