Ведьма и драконий военачальник - Алекс Найт

— Нет, — рассмеялась она. — На самом деле ведьмами не рождаются, ими становятся благодаря знаниям. А знания передаются от старшей ведьмы к младшей: матери обучают дочерей, а тех, в свою очередь, обучают их матери. Мама многое мне дала, а когда её не стало, мне помогала глава ковена и другие старшие ведьмы.

— Глава ковена? Вы про знаменитую Валери Сигаль?

Императрица Тринаты Валери Грамон получила имя в честь бабушки, сильной предсказательницы, которая активно участвовала в деятельности всех стран.

— Да, глава была строгой, но всегда помогала младшим ведьмам, — закивала Рени.

— Как интересно, — я положил книгу на край стола, чтобы она могла её забрать. — Спасибо. Если кому скажу, что держал в руках настоящий гримуар ведьмы, все обзавидуются.

— Ничего же особенного, — рассмеялась она.

И её смех прошёлся нежной волной вдоль позвоночника. Я радовался, что Рени смогла хоть немного расслабиться. Начало положено.

— Я не шучу. Ведьмы ведь редки и загадочны.

— Не все. Я как открытая книга, — отмахнулась она.

— Вам только так кажется. Вы во многом мне непонятны, мисс Санглер, — признался я.

— Кто бы говорил, — она смешно прыснула, но сразу же ахнула, резко выпрямилась. — Простите.

— Мы наедине, стараемся наладить общение. Всё в порядке.

— Хорошо, — кивнула она, опуская взгляд.

Слишком быстро опомнилась.

— Сладости на подоконнике, — подсказал я. — И заваренный чай.

Рени наверняка хотела бы сейчас отдалиться от меня. Так оно и оказалось. Девушка подскочила с кресла и торопливо прошла к подоконнику.

— Вы будете чай, жнец Сеймур? — спросила она, не оборачиваясь ко мне, но от меня не укрылось, как подрагивают её плечи.

— Буду. Спасибо.

Ничего, мы только в начале пути. Однажды она увидит во мне друга и защитника. Я сделаю для этого всё возможное.

/Ведьма/

Две недели спустя.

Аарон неторопливо подпиливал миниатюрные деревянные кирпичики. Инструменты оживали в его умелых руках. Но вопреки сложности работы его лицо оставалось расслабленным. Лишь иногда проскальзывала складка между густыми чёрными бровями и напряжённо поджимались твёрдые губы.

Карандаш порхал по альбомному листу почти неосознанно. Я никогда не стремилась запечатлеть лица или других людей, за всю жизнь нарисовала лишь несколько портретов матери и отца, но здесь не могла справиться с собой. Потому что неожиданно для себя осознала красоту Аарона…

Без чёрной формы, в обычной расстёгнутой на две верхние пуговицы рубашке, с отросшими растрёпанными волосами, инструментами в руках и мягкостью в чертах лица — он представал мужчиной, в котором можно увидеть больше, чем начальника. Не в любовном формате, конечно, но я задумывалась о том, что действительно хочу стать ему другом. Пусть ещё боялась, пусть переживала вспышки пугающих моментов, но их постепенно стирал настоящий образ Аарона. Я начинала понимать, почему Соня, как сама выразилась, вцепилась в него клещами. И ловила себя на мысли, что хочу так же. Схватиться за него и не отпускать. Ведь узнала: он может стать верным и надёжным защитником, другом, опорой.

— Завтра мой день рождения, — поделился он, не отрываясь от работы.

— Соня мне сказала. Я готовлю подарок, — призналась и почему-то ощутила смущение.

Хотя нет ничего смущающего в подарке начальнику или другу. Видимо, дело в том, что мы замерли где-то на середине.

— Правда?

Показалось, Сеймур оживился. Он опустил руки на стол и улыбнулся, обращая ко мне взгляд. Голубые глаза заискрились теплом.

— Конечно. Как я могу пропустить день рождения… начальника?

— И вправду, — он вновь устремил взгляд к миниатюрному кирпичику в его руке.

Я что-то не так сказала?

* * *

— Сегодня снова смурная? — Стоило мне войти в столовую, как рядом возник Эйвери и подхватил меня под локоть.

Несмотря на увиденное в тот день, он продолжал попытки ухаживать за мной. А ведь предполагал, что я в тайных отношениях. Но этот момент меня не напрягал, ведь он по-прежнему держал дистанцию, вёл себя практически как близкий приятель, разве что иногда намекал на чувства ко мне либо говорил о них прямо. Первое время я побаивалась его, как и всех мужчин, но и здесь сработал эффект привычки.

— Нормальная, — ответила я, вскидывая подбородок.

— Вижу же, смурная, — он весело щёлкнул меня по лбу и со смехом увернулся от моей попытки отмахнуться от него.

И в этот миг я столкнулась взглядами с Сеймуром. Он сидел за столиком командования с Келли, но сразу же отвернулся.

— Нормальная, — повторила я, настойчиво потянув руку из хватки Эйвери.

Почувствовала себя неуютно, будто предпочла одному другу другого, предала, хотя эти ощущения не имели к нашей ситуации никакого отношения.

— Ладно, прости. — Эйвери сразу отпустил меня и даже сделал шаг в сторону. — Сядешь со мной? Ну пожалуйста, Рени. Я тебе дам вечерний десерт. Алла печёт торт в честь дня рождения Сеймура.

— Мне машет Лизбет, — качнула я головой, указав на ожидающую меня подругу.

— Тогда я зайду в лабораторию в обед на чай? — спросил он с надеждой.

— Ладно, — махнула я рукой.

Вот уж кто действительно вцепляется клещами.

— Опять пристаёт? — Лизбет сердито надула губы, но сразу же разулыбалась. — Красивый же, в хорошем звании и влюблён. Чего ты так с ним?

— Красоты недостаточно, как и звания, — пожала я плечами, почему-то вспомнив, как вчера рисовала Аарона.

Он ведь тоже красив, в высшем ранге, но первое я заметила лишь несколько дней назад, а второе никогда не волновало. Наверное, дело в отношении. Лизбет стремилась к любви, искала удачную партию, а я считала, что любовь однажды сама придёт в мою жизнь. Да и на самом деле просто не смогла бы проявить решительность в обольщении мужчины. С моим опытом и характером ему придётся делать всё самому. И пока что из таких активных рядом лишь Эйвери и ещё несколько наглецов. Но наглость меня как раз отталкивает. Гораздо приятнее уважение к моим границам. Как это делает Аарон.

— Чего же ты хочешь, ведьмочка? — рассмеялась подруга.

— Спокойствия и уверенности. И в отношениях, и в жизни.

— Ой, ну этого все хотят, — она подпёрла подбородок обеими руками и притворно тяжело вздохнула. — Жаль, слухи про тебя и Сеймура неправда. Идеальная партия.

— Скажешь тоже, — смутилась я.

Почему-то перед мысленным взором предстала не сцена из кабинета, а его улыбающееся лицо.

Видимо, поэтому я весь день была рассеяна, почти не обращала внимания на окружающих. Как и на Фостера, пришедшего на чай.

— Чем хоть так увлечена? — спросил он.

Появился не совсем вовремя. Я решила набросить на подарок для Аарона ещё парочку сигм и слишком увлеклась. Эйвери согласился подождать, но мог бы и сразу