Ведьма и драконий военачальник - Алекс Найт

— Это как? — насторожилась я.

— Проводить вместе вечера. Вы вот чем себя занимаете по вечерам?

— Рисую и читаю, — отозвалась я немного потерянно. — А вы?

Несмотря на страх, в груди всколыхнулось любопытство. Мне стало очень интересно, чем может заниматься по вечерам столь сдержанный и безэмоциональный мужчина. Наверное, банально читает, но вдруг он сможет удивить.

— Я собираю макеты, — поделился он.

— Макеты⁈

Действительно, удивил.

— Да, сейчас.

Он прошёл в свою комнату, оказавшуюся такой же скромной и небольшой, как моя, открыл шкаф и достал из него миниатюру нашей крепости. А когда приблизился, стало ясно, что она собрана из множества скреплённых между собой деталей, практически создана по кирпичикам.

И всё это собрал Сеймур? Сложно поверить.

— Как красиво, — восхитилась я. — У вас золотые руки.

— Спасибо, — он протянул мне миниатюрную крепость.

Снова передавал так, чтобы мы не соприкоснулись руками.

Я осторожно забрала её, заглянула в окошко размером с половину ногтя моего мизинца.

— Это подарок.

— Что? — вскинулась я. — Ой, я не могу. Вы же наверняка долго над ним работали и…

— Да, и надеюсь, моя работа вас порадует, — улыбнулся он. И эта улыбка преобразила суровое лицо Сеймура. — Берите, мисс Санглер.

— Спасибо, — прошептала я, ощущая странное покалывание в груди. — Мне ещё никогда не дарили такие необычные и красивые вещи.

— Мне приятно, — ответил он. — Подумайте над моим предложением. Мы можем встречаться у меня. Пока я собираю макет, вы будете рисовать и читать. Так и привыкнете ко мне.

— Я подумаю. Спасибо… жнец Сеймур.

На краткий миг захотелось обратиться к нему по имени. Подарок заставил расчувствоваться.

— Хотя о чём думать? Других же вариантов и нет.

— Их не так много, — согласился он. — Тогда встретимся завтра в шесть тридцать у меня?

— Хорошо, — решилась я.

Ведь ничего не изменится, если ничего не делать.

/Военачальник/

Я чувствовал себя мальчишкой перед первым в жизни свиданием. Правда, волновался намного серьёзнее. Казалось, любая мелочь может всё испортить, поэтому я завершил дела раньше обычного и прибрался в комнате. А когда над ладонью возникло второе по счёту бытовое заклинание, пришлось заставить себя собраться. Вряд ли Рени отпугнёт пыль. Она вообще её не заметит. И мне нужно не понравиться и возбудить в девушке интерес, а помочь преодолеть травмирующую ситуацию.

Стук в дверь прервал хаотичный поток мыслей. Привычно проведя рукой по волосам, я мысленно выругался и растрепал пряди. Чтобы развеять напряжение Рени, стоило выглядеть расслабленно и по-домашнему.

— Добрый вечер, жнец Сеймур, — тихим голосом поприветствовала меня Санглер, когда перед ней открылась дверь.

Показалось, она хочет отступить на несколько шагов, но сдержалась. Только всё равно казалась такой несчастной и напуганной, что сжималось сердце и на краю сознания ворочалась ненависть к неизвестному врагу.

— Добрый вечер. Проходите.

Я посторонился, пропуская её в комнату, но решил дать ей больше времени на осмысление, потому вообще отошёл от двери и двинулся к столу, где разложил инструменты и материалы для будущего макета.

Слуха коснулся вздох облегчения Рени. Похоже, ей так действительно проще. Воодушевившись, я сел за стол и придвинул к себе увеличительные очки.

— Где мне можно сесть?

К счастью, Санглер собралась. Она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Правда, прижимала к груди альбом и книгу, будто готовая защищаться.

— Чувствуйте себя свободно, мисс Санглер. Можете даже растянуться на кровати, — предложил ей я, подхватывая пинцет. — На подоконнике чайник и сладости под стазисом. Можете перекусить.

— Нет-нет, я просто посижу и порисую.

Замотав рукой, она спешно пересекла комнату и опустилась в кресло. Села с прямой спиной и затравленностью во взгляде. Поэтому я постарался сосредоточиться на работе. И на некоторое время мне действительно удалось отвлечься. Да и Рени, глядя на меня, чуть расслабилась и открыла альбом. Но, видимо, она ощущала себя неуютно в незнакомом помещении с незнакомцем в кромешной тишине, поэтому вскоре положила альбом на колени и принялась следить за мной.

— Можете сесть ближе. Я покажу вам основы. Вдруг вам понравится.

— Я не такая аккуратная, как вы.

Прикусив губу в сомнении, она поднялась и действительно подтащила кресло ближе, правда, всё равно села в метре от меня.

— Вы первый чел… Мой первый знакомый со столь необычным увлечением, — несмело заговорила она. — С чем связан такой выбор?

Не думал, что так обрадуюсь её робкому предложению начать разговор.

— Даже не знаю, — задумался я. — С самого детства я обучался фехтованию и рукопашному бою, поэтому спортивные игры мне были неинтересны. Я и так временами изнывал от физических нагрузок. Рисование мне не давалось, как и музицирование, но я испытывал стремление к созиданию, часто присматривался к зданиям, начал читать книги по архитектуре.

— Почему же не стали архитектором?

— Потому что мой долг — в защите родины. И мне это даётся лучше, чем архитектура. Я из семьи потомственных военных.

— Вы в высшем ранге, — кивнула она.

— Да, уже некуда и стремиться, — усмехнулся я. — Сбор моделей успокаивает, упорядочивает мысли. Я так отдыхаю и получаю удовольствие. А вы, значит, рисуете? Поэтому ваше стило в виде кисти?

— Да, думаю, поэтому. Я не стремилась придать ему особую форму. Да и рисую довольно посредственно. Но мне нравится. Я тоже отдыхаю и получаю удовольствие от рисования.

— Можно взглянуть на ваши рисунки? — поинтересовался я осторожно.

— А, это не совсем рисунки, это мой гримуар.

— Тогда не стоит. Это же важная для ведьмы вещь.

— Важная, но взглянуть можно, — она поднялась с кресла и положила гримуар на край стола. — Я разрешаю, — шепнула, проведя рукой над обложкой.

Видимо, сняла защиту, но я не заметил магических манипуляций.

— Спасибо.

Волнение вспыхнуло в груди, смешиваясь с любопытством. Ведьмы — довольно закрытый народ, они тщательно оберегают свои тайны, потому о них известно лишь основное. Считается, что в гримуаре содержатся опасные знания, к которым имеет доступ не каждый.

Я аккуратно взял книгу, провёл рукой по кожаной обложке с выжженным на ней рисунком цветка и откинул её. На первой странице ждало визуальное продолжение первого рисунка. Цветок формировал усеянный листьями плющ, скользящий вокруг нескольких неизвестных мне сигм.

— Это символы защиты, — пояснила Рени.

— Красивые рисунки, — отметил я, принявшись осторожно листать книгу.

Внутри ждали комбинации сигм, рецепты зелий, описания животных и растений. Практически каждую страницу украшали иллюстрации. Рени собрала в своём гримуаре наблюдения и знания из своей жизни.

— Я только учусь. У старших гримуары такие толстые. Ими можно убить, — хихикнула она.

— Вы молоды. У вас всё впереди, — отозвался я с улыбкой. — Как