Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма - Виктор Громов

— Но вероятно. Особенно если сумма не успела пройти через десятки рук.

Дмитрий кивнул.

— Это можно проверить.

Анна Васильевна неожиданно вмешалась:

— Варенька ходила в торговый дом Редниковых.

Марина повернулась.

— Когда?

Хозяйка растерялась от резкости вопроса.

— Несколько раз за последний месяц. Я ещё удивлялась. Зачем ей туда?

Арсеньев спросил:

— Откуда знаете?

— Она сама говорила. Один раз просила, чтобы я не ждала к ужину, потому что задержится у Редниковых.

Расследование снова сдвинулось.

— У каких именно Редниковых?

— Торговый дом Николая Константиновича.

Дмитрий сразу записал имя.

— Чем торгуют?

— Да всем, кажется. Лесом, металлом, поставками для дороги, складами.

Она взглянула на деньги.

— Если крупную сумму выдавали через контору, там могли записать номера билетов.

Арсеньев кивнул.

— Иногда кассиры ведут такую отметку для значительных выплат.

— Тогда едем.

Он посмотрел на окно.

— Сегодня?

— А вы хотите оставить это до утра?

— Хотел спросить, не устали ли вы.

Вопрос оказался настолько неожиданным, что Марина миг молчала.

— Это очередная проверка?

— Нет.

— Тогда я не привыкла.

— Вы сегодня много к чему не привыкли.

Он сказал это совершенно спокойно. Но фраза попала слишком близко.

— Поехали к Редникову, — ответила она.

* * *

Торговый дом Николая Редникова занимал первый этаж каменного здания недалеко от центральной площади. Даже вечером внутри ещё горел свет. При имени Арсеньева служащий сразу провёл их в кабинет хозяина. Николай Константинович Редников оказался моложе, чем Марина ожидала, — около тридцати лет, хорошо одетый, уверенный, с манерой человека, который привык измерять разговоры не временем, а возможной выгодой. Он поднялся из-за стола.

— Господин штабс-ротмистр. Не ожидал.

Потом увидел Марину. Выражение его лица изменилось едва заметно.

— Варвара Александровна.

Он знал её. И, судя по интонации, достаточно хорошо.

— Николай Константинович, — осторожно ответила Марина.

Арсеньев не тратил время на любезности.

— Нам необходимо проверить происхождение нескольких кредитных билетов.

Редников нахмурился.

— Моих?

— Возможно.

Дмитрий протянул список серий и номеров. Николай прочитал. Его лицо стало серьёзным.

— Где вы их нашли?

— Сначала ответьте, узнаёте ли.

Редников прошёл к шкафу.

— Если память не изменяет, часть действительно могла пройти через нашу кассу.

Он позвал старшего кассира. Через четверть часа принесли толстую книгу. Марина стояла рядом, пока мужчина перелистывал страницы.

— Вот, — наконец сказал он.

Арсеньев наклонился. Запись была сделана почти три недели назад; сумма и номера совпадали, получателем значилась В. А. Соколова. Марина перечитала строку дважды. Редников на секунду закрыл глаза.

— Я надеялся, что до этого не дойдёт.

— Вы выплатили Варваре Александровне эту сумму? — спросил Арсеньев.

— Да.

— За что?

— Это частное дело.

— Уже нет.

Редников посмотрел на Марину. В его взгляде не было злости. Скорее сожаление.

— Вы ему ничего не рассказали?

Очень опасный вопрос.

— Я хочу услышать вашу версию, — ответила она.

Он коротко усмехнулся.

— Всё-таки вы умеете ставить человека в неудобное положение.

Значит, это тоже было свойственно настоящей Варваре.

— Николай Константинович, — вмешался Арсеньев. — За что вы заплатили?

Редников подошёл к окну.

— За сведения.

Дмитрий едва заметно напрягся.

— Какие?

— Коммерческие.

— Украденные?

— Нет.

— Служебные?

— Нет.

— Тогда какие?

Николай повернулся.

— Те, которые проходили через телеграф совершенно открыто, но которые никто не догадался сопоставить.

Марина и Дмитрий одновременно посмотрели на него.

— Продолжайте, — сказал Арсеньев.

Редников вздохнул.

— Около двух месяцев назад наш торговый дом начал терять контракты. Сначала я считал это обычной конкуренцией. Затем появились слишком странные совпадения. Мы предлагали цену на поставку — через день соперник подавал предложение ровно настолько ниже, чтобы выиграть. Договаривались о покупке участка — кто-то появлялся раньше и перекупал его. Заказывали партию — конкуренты заранее знали направление и сроки.

— Вы подозревали, что кто-то читает вашу переписку? — спросила Марина.

— Именно.

— Почему обратились к Варваре Соколовой?

Редников посмотрел прямо на неё.

— Потому что она единственная не рассмеялась.

Марина ничего не сказала.

— Я пришёл на станцию с вопросом, можно ли определить, кто имеет доступ к отдельным сообщениям. Павел Елисеевич посоветовал не выдумывать заговоров. Жаров сказал, что без доказательств помочь трудно. А Варвара Александровна спросила, какие именно совпадения я заметил.

— И?

— Я показал несколько дат и сумм. Через неделю она пришла ко мне сама.

Дмитрий внимательно слушал.

— Что сообщила?

— Что проблема может быть не в нашей переписке.

— А в чём?

— В чужой.

Знакомое напряжение вернулось.

— Объясните.

— Она заметила коммерческие телеграммы, которые выглядели совершенно обычными, но проходили через одни и те же узлы непосредственно перед нашими неудачами. Разные отправители. Разные товары. Разные получатели.

— Те самые двенадцать? — спросила она.

Редников вздрогнул.

— Вы нашли?

Марина не ответила. Дмитрий спросил:

— Вы платили ей за копирование этих сообщений?

— Да.

— То есть служащая телеграфа передавала вам содержание чужой корреспонденции за деньги.

— Нет.

Ответ прозвучал резко.

— Она не передавала тексты полностью. Только номера, даты, станции отправления и отдельные цифровые значения, которые считала необычными. И первоначально вообще отказалась брать деньги.

— Однако потом взяла.

Редников сжал губы.

— Потому что работа стала опасной.

Она перевела взгляд на него.

— Что произошло?

— Варвара заметила, что кто-то начал интересоваться её запросами. Один журнал исчез. Потом вернулся на место с заменённой страницей.

Вот оно: не смутный страх, а след конкретного вмешательства.

— Когда? — спросил Арсеньев.

— Около десяти дней назад.

— Почему она не обратилась в полицию или к жандармам?

Редников горько усмехнулся.

— Потому что не знала, кому доверять.

Внутри похолодело. Слишком знакомая формулировка. Дмитрий тоже заметил.

— Она говорила это именно так?

— Почти дословно.

— Упоминала конкретного человека?

— Не сначала.

— А потом?

Редников замолчал. Вот здесь начиналось что-то важное.

— Николай Константинович.

Он посмотрел на неё.

— Вчера вы должны были прийти.

— Сюда?

— Да.

— Зачем?

Редников нахмурился.

— Вы правда ничего не помните?

Дмитрий перевёл взгляд на Марину. Она почувствовала, как вокруг снова стягивается петля.

— Я хочу услышать это от вас, — сказала она.

— Мы договорились встретиться после вашей смены. Вы обещали назвать человека, который руководит всей сетью.

В кабинете стало так тихо,