Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма - Виктор Громов

— Даже не думай, — пробормотала она себе.

Через десять секунд она всё-таки уже была на лестнице, решив, что прыжки со второго этажа в чужом теле — плохой способ начать новую жизнь. На платформе никого. Она услышала голоса за пакгаузом. Побежала туда. Когда обогнула угол, Дмитрий как раз перелезал через низкую ограду. Неизвестный был далеко впереди, направляясь к лесу.

— С другой стороны! — крикнул Арсеньев.

Старая служебная дорожка огибала склады и выходила к ветке дальше. Если незнакомец собирался вернуться к основной линии, его можно было попробовать перехватить. Марина побежала вдоль здания, уже не думая, насколько нелепо выглядит женщина в длинном платье, несущаяся по заброшенной станции. За углом путь раздваивался: слева — к лесу, справа — вдоль рельсов. Неизвестного не было видно, зато на земле остались следы. Один поворачивал к старой будке. Изнутри донеслось движение.

— Стойте!

Глупая реплика. Человек, который уже бежал от жандарма, вряд ли передумает после её просьбы. Дверь будки распахнулась, и мужчина выскочил почти прямо на неё. Марина успела увидеть только нижнюю часть лица. Он резко оттолкнул её плечом. Она отступила, потеряла равновесие и упала на ладонь, больно ударившись о землю. Неизвестный побежал дальше.

— Варвара!

Дмитрий появился почти сразу.

— За ним, — сказала она.

Он замедлился всего на долю секунды.

— Вы целы?

— Да. Идите!

Арсеньев бросился следом. Марина поднялась. Ладонь саднила, платье испачкалось землёй, но ничего серьёзного. В лесу раздался треск веток. Потом тишина. Через несколько минут Дмитрий вернулся один. По его лицу можно было понять результат без вопросов.

— Ушёл?

— Знал местность.

Он подошёл к ней.

— Покажите руку.

— Всё нормально.

— Покажите.

— Вы всегда переходите на приказ, когда раздражены?

— Только когда люди не выполняют простой просьбы.

— Я ничего не сломала.

— Это чрезвычайно утешительно.

Марина протянула ладонь. Он осмотрел её быстро, убедился, что повреждение поверхностное, и отпустил.

— Я просил вас оставаться в комнате.

— Тогда вы бы не узнали, куда он побежал.

— Зато мне не пришлось бы решать, ловить неизвестного или возвращаться к вам.

Она посмотрела на него. В голосе прозвучало настоящее раздражение. Не из-за потерянного подозреваемого. Из-за неё.

— Я не просила возвращаться.

— Именно это и называется ответственностью, Варвара Александровна. Обычно её не спрашивают, удобно ли ей.

Марина собиралась ответить, но заметила что-то возле ботинка. Круглый металлический предмет в траве.

— Подождите.

Она наклонилась.

— Не трогайте.

Арсеньев опередил её, достал платок и поднял находку. Небольшой жетон. Латунный, с отверстием у края. На одной стороне был номер. На другой — надпись. Дмитрий очистил металл от земли. Марина подошла ближе.

— Что это?

— Служебный жетон.

— Чей?

Он не ответил. Его лицо изменилось так резко, что по спине прошёл новый холод.

— Дмитрий Сергеевич?

Арсеньев перевернул жетон. Теперь надпись была хорошо видна. Телеграфное ведомство. Ниже фамилия. Марина прочла её сама. Сначала решила, что ошиблась. Потом вспомнила лёгкую улыбку мужчины в рабочем сюртуке, его привычное «Варя», уверенность, что по ночам она всегда запирала дверь, и то, как он первым сообщил Софье о приезде жандармов. На потёртой латуни было выгравировано:

АЛЕКСЕЙ ЖАРОВ.

Глава 4

Человек, которому все доверяют

— Его нужно задержать.

Марина сказала это ещё до того, как они вернулись на действующую линию. Дмитрий Сергеевич шёл рядом по старым шпалам, время от времени поглядывая на землю. Найденный возле служебной будки жетон он убрал отдельно от остальных вещей, завернув в платок, и с тех пор почти не говорил.

От Северной они ушли значительно медленнее, чем пришли. Теперь каждый след, сломанная ветка и свежая царапина на дереве могли иметь значение. Однако неизвестный предусмотрел путь отхода лучше, чем хотелось бы: за старым пакгаузом следы смешивались с отпечатками рабочих сапог на просёлочной дороге, а дальше терялись совсем. Им осталось только имя. Алексей Жаров.

— Вы меня слышали? — спросила Марина.

— Прекрасно.

— Тогда почему молчите?

— Потому что думаю.

Марина дала ему договорить, прежде чем вернуться к тому, что действительно её беспокоило.

— Удивительное совпадение. Я тоже думаю, и у меня получается, что служебный жетон Жарова выпал из кармана человека, который следил за нами на станции, используемой для тайной передачи сообщений.

— Получается.

— Значит, задерживаем Жарова.

— Нет.

Марина остановилась. Дмитрий прошёл ещё несколько шагов, заметил её отсутствие и обернулся.

— Что значит «нет»?

— В данном случае слово употреблено в обычном значении.

— Господин жандарм, сейчас не лучшее время упражняться в остроумии.

— Я совершенно серьёзен.

— Тогда объясните.

Он посмотрел вдоль рельсов. До Берёзового Лога оставалось ещё довольно далеко, вокруг не было никого.

— Если человек убегает с заброшенной станции и роняет жетон с собственным именем, возможны по меньшей мере три объяснения.

— Первое: это Жаров.

— Да.

— Второе?

— Это не Жаров, но жетон оказался у него случайно.

— И третье?

— Кто-то хочет, чтобы мы решили, будто это Жаров.

Марина сжала губы.

— Удобно.

— Для кого?

— Для вас.

Он чуть приподнял брови.

— Уже интересно.

— Жаров работает с телеграфом, имеет доступ к аппаратам, знает Варвару, знает станцию, разбирается в линиях связи. Его жетон лежит там, где действует незаконный телеграф. При этом вы не хотите его задерживать.

— Потому что задержание предупреждает подозреваемого о том, что именно нам известно.

— А если он сейчас исчезнет?

— Значит, сделает мой выбор гораздо проще.

— То есть вы собираетесь отпустить человека, который, возможно, только что убегал от нас, чтобы посмотреть, станет ли он убегать ещё раз?

— Примерно.

Марина невольно фыркнула.

— Великолепная система.

— У вас есть лучше?

— Есть. Задержать его, обыскать, установить, где он был последние часы, проверить одежду, обувь и выяснить, когда он потерял жетон.

— Всё это можно сделать и без публичного ареста.

— А если он уничтожит доказательства?

— Если мы его сейчас схватим, остальные участники, существование которых вы сами предполагаете, поймут, что Северная раскрыта.

Марина ничего не ответила. Дмитрий продолжил:

— На станции использовался скрытый провод. Мы нашли уничтоженный текст. В зашифрованных сообщениях фигурирует ваша фамилия. Это слишком большая работа для одного техника, каким бы способным он