Жестокое общество - Морган Бриджес

– Ммм… каких именно?

– Да разных, – пожимает плечами Рэйвен. – Шлепать друг друга, связывать, играть в ролевые игры, контролировать дыхание и так далее… – она хитро ухмыляется. – Держу пари, Икс тоже не прочь поизвращаться.

Я, вспыхнув, отвожу взгляд.

Рэйвен останавливается и хватает меня за руку.

– О боже, неужели я попала в точку? Вы покраснели, мой дорогой Ватсон.

– Ничего подобного.

– Да ну прям, рассказывай, теперь не отвертишься!

– Да ничего мы такого не делаем, – я и сама понимаю, что ложь вышла неубедительная.

– Ага, конечно, – она недоверчиво смотрит на меня, потом добавляет вкрадчиво: – Да ладно, Делайла, можешь все мне рассказать. Я не стану вас осуждать за то, что вы трахаетесь как кролики. Сама обожаю члены.

– Еще даже двенадцати нет, – закатываю глаза я.

– А в каком-то месте земного шара уже пробило пять.

– Так вроде про выпивку говорят?

– Ну и что ж? Кто-то квасит, а кто-то шпилится, – она хохочет, как ведьма над котлом с зельем. – Давай, рассказывай. И желательно самую мякотку. Обещаю, осуждать не буду.

– Ладно, уговорила.

– Ура-ура! – Рэйвен сияет и хлопает в ладоши, как ребенок – а еще строила из себя женщину-вамп. – Хочу знать все!

Я открываю рот. Закрываю. Пробую снова. Лицо горит как факел.

– Наверное, можно так выразиться: Ксавье любит игры с дыханием. Если ты понимаешь, о чем я.

– Ох-ре-неть! – таращится на меня Рэйвен.

– Все так страшно?

– Тебе невероятно повезло! – она драматично вздыхает. – Ни один из моих парней, не считая актуального, такого не умел. Одни думали лишь о том, как бы побыстрее кончить самим, другие все делали неправильно – серьезно, я иногда за свою жизнь опасалась. Отстой, короче.

– Правда? – хмурюсь я.

– Не переживай за меня, я натренировалась на идиотах, – отмахивается она. – Ладно, переходи к самому интересному!

– Эмм…

– Ну же, не отмалчивайся! Дай угадаю, он разок тебя придушил, и ты во время оргазма фонтанировала как Везувий.

– Ээ… да…

– Отличный знак. Значит, он привык думать об удовольствии партнерши.

– Разве не все мужчины так делают?

Рэйвен резко тормозит и оборачивается ко мне, прищурившись.

– Соседка, раз ты такое спрашиваешь, выходит, до Ксавье ты была девственницей? Ключевое слово – «была». Теперь-то Икс точно вскопал твой потайной сад своей огромной мотыгой. Или трактором?

Рэйвен, схватившись за живот, хохочет, как сумасшедшая.

– Сам шучу, сам хохочу.

– Ну хватит уже, – улыбаюсь я, стараясь побороть смущение.

– Ладно, ладно. Пошли сядем, там скамейка есть. – Она указывает рукой вперед. – А то ты что-то без сил и вся взмокла.

Я киваю, мы подходим к металлической скамейке, и я хватаюсь за спинку, чтобы не упасть.

– Знаешь, этот твой грипп меня реально напугал, – признается Рэйвен. – И я вообще не ожидала, что Ксавье будет так заботливо за тобой ухаживать. Сразу видно, настоящий доктор Член.

– Рэйвен!

Она же без малейшего смущения продолжает, будто мы о погоде разговариваем:

– Сомнений нет, что он нашел вход в пещеру чудес.

Я со стоном закрываю лицо руками, а Рэйвен хохочет так, что аж задыхаться начинает.

– Как приятно видеть тебя прежней, даже если на занятия ты еле ползешь.

– Ну спасибо, – бормочу я. – Скоро окончательно поправлюсь, и все будет по-старому.

На самом деле мне до сих пор тошно от того, что я ей наврала. Но не могла же я рассказать об Испытаниях, о том, что Ксавье метнул в меня нож и что именно из-за этого я две недели приходила в себя в его комнате. Хотя, если подумать, я не пропустила ни одного занятия – пока валялась в постели, Ксавье ходил на лекции вместо меня. До сих пор никто еще так трогательно обо мне не заботился.

С улыбкой смотрю на Рэйвен.

– Я скучала по тебе, хоть ты и вечно меня доводишь.

– Я тоже. И знай, избавиться от меня не так-то легко.

– Вот и отлично.

Мы допиваем кофе, выбрасываем стаканчики и снова трогаемся в путь, на этот раз шагая помедленнее. Рана уже затянулась, но прикасаться к этому месту все равно неприятно. Шрам, конечно, остался, но я стараюсь видеть в нем не память об Ордене, а напоминание о том, как Ксавье спас мне жизнь. Как и в клейме на плече. Для меня это метка Ксавье, а не след от одного из извращенных ритуалов Ордена.

– Лайла!

Мы обе оборачиваемся на голос Бена. Он с широкой улыбкой бежит к нам и аккуратно заключает меня в объятия. Я бросаюсь ему на шею, наслаждаясь знакомым ощущением безопасности от того, что он рядом.

Разжимает руки он нерешительно, будто ему не хочется меня отпускать.

– Где ты, черт возьми, пропадала? Я тебя не видел с тех пор, как ты заболела.

Покосившись на Рэйвен, он снова переводит взгляд на меня. И я благодарно улыбаюсь за то, что он готов поддерживать мою версию событий.

– Как себя чувствуешь? – продолжает Бен.

– Намного лучше, спасибо. Бен, это моя соседка по комнате, Рэйвен.

– Приятно познакомиться. Я Бен, – он пожимает ей руку.

– Я знаю, кто ты, – отзывается Рейвен. – Когда мы с Делайлой впервые встретились, она думала, что ты пропал, и твердо решила тебя отыскать. Что ж, мы занялись этим и даже кое-что незаконное, возможно, сотворили. А фигли, что там той жизни?

– Мне же нужно было найти брата, – пожимаю плечами я.

Улыбка Бена меркнет, он напряженно хмурится. Лишь на мгновение, но я успеваю заметить. Что его расстроило? То, что я пустилась на риск, чтобы его найти? Или, несмотря на то, что я с Ксавье, он все еще испытывает ко мне чувства? Сплошные вопросы, а ответы на них я и знать не хочу.

Тут у меня звонит телефон. Остается надеяться, что это не Ксавье решил устроить мне взбучку за то, что я болтаю с Беном. Но даже если и так, я все равно не перестану. Пускай он меня любит до полусмерти, от брата я не откажусь.

– Секундочку, ребята. Это Глория, – я провожу пальцем по экрану и отвечаю на звонок. – Привет!

– Привет, Делайла, как ты себя чувствуешь?

– Лучше, спасибо. А ты?

– Все хорошо. Девчонки хотели поболтать с тобой, и я понадеялась, что удастся поймать тебя на перемене.

– У меня как раз есть несколько минут, – заверяю я. – Давай через ФейсТайм, тут Бен рядом.

– Конечно.

Включаю видео и сразу слышу хихиканье девчонок.

– Привет, Лайла, – хором вопят они.

Машут мне, и изображение на экране выходит смазанным.

– Привет, малышки, – я машу им в ответ. – Хотя вы уже вовсе и не малышки, верно?