Магический договор 2 - Татьяна Ивановна Герцик

Будто отвечая на ее вопрос, раздался стук в дверь и на приветливое «войдите» в будуар заглянул мажордом. Он показался сестрам бледным и расстроенным.

– Его светлость герцог Эрнольд приглашает вас отужинать с ним и его сыном в своих покоях, – не отходя от порога, провозгласил он с поклоном и быстренько убрался от греха подальше.

– И чего это они такие пугливые? – Изабель удивленно посмотрела на моментально закрывшиеся двери. – Мы вроде им ничего плохого не делали.

– Ага, – иронично согласилась с ней Беатрис. – Подумаешь, попугали слегка. Это же такая ерунда, вовсе не повод нас бояться.

– Конечно, – Изабель сделала вид, что не поняла намеков сестры. – Нервные они тут чересчур. Лечиться им надо. Травки успокаивающие попить.

Накинув на себя мороки траурных платьев с глухим воротом и соорудив на головах строгие прически, леди Салливерн отправились в герцогскую часть.

– Это герцог правильно сделал, отменив общую трапезу. Придворные – отдельно, правители – отдельно, – одобрила действия герцога Изабель. – А то от неприязненных взглядов и подавиться можно.

– А чего им на нас неприязненно смотреть? – не поняла ее Беатрис.

– Это я от лица герцога говорю, – пояснила непонятливой сестренке Изабель. – Представь себе, каково ему сидеть за одним столом с людьми, винящими его в гибели супруги.

– Ты еще про виконтессу не забывай. Уверена, она бы не постеснялась усесться рядом с герцогом во главе стола на правах признанной невесты.

– Вот-вот! Я бы на его месте от стыда под землю провалилась, – Изабель сделала знак открыть дверь стоящим у входа в комнаты герцога стражникам.

Те быстро распахнули двери и столь же стремительно закрыли их за вошедшими внутрь сестрами.

– Вот я и говорю – лечиться им всем надо, нервы успокаивать, – тихо прокомментировала их действия Изабель и неторопливо прошла вслед за показывающим дорогу мажордомом.

Они оказались на половине герцогини, где в небольшой уютной трапезной был накрыт стол на пятерых. Здесь все напоминало о Генриетте – и забытый на сервировочном столике ее веер, и даже белая скатерть на столе – строгая, без вычурностей и ненужного блеска.

Подошедший к девушкам Анрион молча усадил их напротив уже сидевшего во главе стола мрачного герцога. Место рядом с ним пустовало, несмотря на стоявшие приборы, приготовленные для трапезы.

Догадавшись, что место предназначено для погибшей герцогини, девушки поежились. Анрион молча сел рядом с Беатрис и хлопнул в ладоши. Вмиг появившиеся подавальщики выставили первую перемену блюд и исчезли. Младший герцог налил легкого вина себе и девушкам. Старший от вина отказался.

– Генриетта не любила, когда я пил вино, – глухо сказал он. – Так что не буду.

Это было нелепо, но все промолчали, уважая его решение. Изабель попробовала поданные блюда все понемногу и признала, что они вполне достойны герцогского стола. Ей очень хотелось узнать, а что же подано в малой трапезной придворным, но удручающе мрачная обстановка за столом не позволила об этом спросить. Да и вряд ли кто-то из герцогов это знал.

Уже после окончания ужина, когда леди Салливерн, распрощавшись с правителем, по приглашению герцога-младшего удалились в его холостяцкие апартаменты, Изабель заметила, что лучше бы они перекусили вместе с придворными, уж слишком тягостное настроение было за трапезой.

Анрион в ответ укоризненно приподнял бровь.

– Не мог же я оставить отца в такой момент? Он сильно горюет и винит себя.

Беатрис опустила голову, всей душой сочувствуя любимому и гадая, не признаться ли ему, что его мать жива. Чтоб сестра не допустила подобной глупости, Изабель быстро сказала:

– Вы знаете, ваша светлость, что ваш главный претор исправно берет взятки и лишает людей законных жилищ? Думаю, он еще много чего вытворяет. А ведь его задача – следить за неукоснительным исполнением законов.

Анрион озадачено потер висок.

– Лорд Огасис? Не слышал ничего подобного. Зачем ему? Он весьма состоятелен, его не прельщают подобные мелочи. Не верится в такое, честно говоря.

– А давайте мы с ним и поговорим? – предложила Беатрис. – И сразу станет ясно, что происходит.

Пока лакей ходил за лордом главным претором, Изабель рассказала герцогу-младшему о происшествии с бароном Разолом. Анрион не знал, сердиться ему или смеяться. Нет, если б в этом не участвовала Беатрис, он бы однозначно рассердился, ведь барона за такие вещи нужно было наказать, и прилюдно.

Аристократы не должны использовать свою власть во вред тем, за кого ответственны. И нарушения должны очень строго пресекаться правителями герцогства, в том числе и главным претором, и делаться это должно публично, чтоб другим неповадно было. Но теперь придется сделать вид, что все нормально, ссориться с Беатрис он не хотел.

Но все-таки попросил в следующий раз делать все по закону, на что Изабель лишь досадливо фыркнула, не веря, что закон в герцогстве вообще существует, раз уж главный претор потакает беззаконию.

Но вот появился и сам лорд Огасис. Высокий, полный чувства собственного достоинства, в строгом темно-коричневом кафтане с едва заметной шелковой вышивкой по вороту и обшлагам, он казался воплощением благонравия и олицетворением справедливости. Изабель чуть слышно хмыкнула. Вот ведь как бывает обманчива внешность!

Но Беатрис лишь наклонила голову, недоуменно рассматривая лорда. Он ей показался вполне достойным человеком. Интересно, что же происходит?

– Лорд Огасис, поступило заявление, что вы берете взятки за неправедные решения, – Анрион не стал ходить вокруг да около. – Но я в это не верю. Не разъясните ситуацию?

– Взятки? – лорд сел в предложенное кресло и устало вытянул ноги. Недоуменно приподняв бровь, качнул головой: – Нет, до такого безобразия я не опускаюсь. Но, возможно, вы скажете мне, что случилось?

– Барон Разол заявил, что вы признали составленную более сотни лет назад купчую на землю семейства Самеи подложной.

Все следили за лордом, озадаченно положившим указательный палец на висок в попытке припомнить, о чем идет речь.

– Я за последнее время, где-то с полгода, никаких старых купчих не видел. Так же, как и самого барона. Он мне, кстати, совершенно не нравится. Он об этом знает и старается держаться от меня подальше.

– Это правда, – заверила сестру Беатрис. – Но тогда чьих рук это неприятное дельце?

Лорд приказал привести сюда своего секретаря.

– Это младший сын маркиза Шахтира Парванского, – пояснил он. – Думаю, он-то знает об этом побольше моего. Но у него сегодня свободный день, и где он может быть, я не представляю. Кстати, мне его навязал маркиз, я его брать не хотел. Ленивый и распущенный, ему никаких важных дел не поручали, так, мелкую мелочь.

На поиски маркиза была отравлена почти вся мужская часть прислуги дворца. Секретаря пришлось ждать довольно долго. Но вот тот явился, обряженный в яркий красно-золотой камзол, обильно украшенный драгоценными камнями явно не по статусу. Сестрам он не понравился сразу. К тому же он был до отвращения похож на своего отца, только моложе.

– Что вы знаете о бароне Разоле, лорд? – суховато спросил Анрион.

У того сразу пугливо забегали глазки, и даже лакею, стоявшему у входа и дожидающемуся новых поручений, все стало ясно. Претор махнул рукой, приказывая слуге уйти, и тот с огорчением вышел, досадуя, что не узнает, чем же кончится это дознание.

– Что он главным образом живет в своем поместье, и все, – с неподвижным лицом сообщил секретарь.

– Вы берете взятки за неправедные решения, сделанные от имени главного претора? – Изабель хотелось поскорее выяснить истину.

– Конечно, нет! – с фальшивым возмущением воскликнул тот. – В чем вы меня обвиняете? – его уверенность в собственной безнаказанности была столь велика, что он посмел с вызовом посмотреть в глаза герцогу.

– Врет! – вместе сказали сестры. Продолжила уже одна Беатрис: – А если правду?

Мужчина перекривился, но принялся быстро объяснять, неприятно брызгая слюной:

– Отец дает мне слишком мало денег на мои нужды, приходится иногда брать помощь от тех, кто хочет получить быстрое решение в свою пользу.

– Помощь? – лорд Огасис с такой силой сжал подлокотники кресла, что лунки ногтей стали малиновыми. – То есть ты перехватывал важные дела втайне от меня и моих