Нелюбимая для чемпиона. Осколки чувств - Марика Крамор

в день. Заканчиваются они поздно. Я постоянно намереваюсь встретить Анюту после работы, но освобождаюсь так поздно, что Аня уже сама добирается домой. Графики — трындец. Мы не видимся совсем. Словно живем в параллельных мирах, которые едва соприкасаются СМС-ками. От этого в груди ноет пустота, хуже любой мышечной боли.

На выезде в Питер мы выигрываем. В раздевалке царит суматоха: гам, крики, хлопки, всеобщая радость обуревает. Все орут, смеются, обсуждают. А я разваливаюсь на лавке, разглядывая фото, что Аня прислала недавно: сидит на рабочем месте… красивая такая. Моя.

И все. Решаюсь: не могу больше. Набираю сообщение. Стираю и снова набираю. Выходит какая-то чертовщина, но именно так я чувствую где-то глубоко внутри.

Я: «Вернусь завтра. Анют. Скучаю очень. Как насчет того, чтобы остаться у меня завтра? Хотя бы просто выспаться. Ну и… увидеться наконец».

Отправляю. Сердце колотится как ненормальное. Будто я не матч выиграл только что, а впервые вышел на лед в детстве. Жду.

Глава 17. АННА

Не совсем уверена, что я сейчас правильно поступаю, но глупому сердцу разве прикажешь? Трепыхается внутри, пойманной птицей бьется о грудную клетку. Волнуется…

У нас с Назаром все настолько плачевно с расписанием, что я уже не против даже просто приехать к нему сама, чтобы наконец встретиться. Даже если это неправильно. Мне плевать.

Такси, что вызвал для меня Назар, плавно тормозит у кованых ворот. Водитель опускает стекло, но это оказалось лишним: шлагбаум и так уже поднимается.

Бешено колотящееся сердце отзывается где-то в висках, глубокое дыхание не помогает мне успокоиться.

Проезжаем дальше. Ой! Назар уже ждет меня у подъезда. В простых черных джинсах и серой футболке, подчеркивающий рельеф плеч.

Как только авто останавливается, Назар тут же распахивает дверь, помогая мне выбраться.

Коротко целует в губы и вытаскивает мою спортивную сумку, неряшливо взваливая ее себе на плечо.

— Спасибо! — мимолетно бросает он водителю, и его сильная рука ревниво привлекает меня к крепкому торсу. Мужской взгляд такой пронзительный и жадный, что по всему телу пробегает разряд. Не просто волнение… электрический ток, парализующий и возвращающий к жизни одновременно.

— Как же я по тебе соскучился, — хрипло роняет Назар. И наклоняется.

Сначала чувствую почти неуловимое прикосновение, как дуновение ветра перед грозой, но вскоре оно перерастает в нетерпеливую волну, что накатывает на берег: неспешно, но неотвратимо. И как не захлебнуться в пульсации собственных чувств?

Его губы и мягкие, и твердые одновременно. И все мысли о приличиях плавятся, как лед на ярком солнце. Когда Назар отдаляется на сантиметр, я бессознательно тянусь за ним, не желая отпускать. Он улыбается, в сиянии его глаз я вижу обещание. Вот только… обещание чего?

— Как день прошел? — весело уточняет он, ведя меня за собой.

— Как всегда. Давно приехал?

— Минут десять назад. Глянул в приложении, что машина уже подъезжает. Спустился отнять тебя у всего мира, — ухмыляется. — Идем!

В квартиру я шагаю с любопытством.

— У меня обычно чисто, но если я что-то забыл убрать, прошу понять и простить. Куртки здесь, — указывает на встроенный шкаф. — Обувь здесь. Это, — хватает с тумбочки звенящую связку, и… я немного теряюсь, потому что Назар протягивает ее мне, — ключи от моей квартиры. Положи сразу к себе.

— Ты… — у меня пересыхает во рту, — ты хочешь, чтобы они у меня хранились?

С трудом отклеиваю ошарашенный прилипчивый взгляд от его указательного пальца, на котором красуется три ключа на простом кольце, и заставляю себя посмотреть мужчине в глаза.

— Анют. Давай честно. При таком темпе, как у нас, видеться мы сможем крайне редко. Поэтому остается два варианта: либо у тебя, либо у меня. Но ты живешь с родителями, а я — один. И да, я хочу, чтобы у тебя были ключи от моей квартиры, чтобы ты могла приехать, когда тебе удобно и не ждать моего возвращения. Это разумно. Так что, — он стискивает мои пальцы, заставляя поднять руку, и тут же моя ладонь впитывает прохладу серебристого металла, — пусть у тебя будут.

Одним махом развеял все сомнения. Он вот так просто отдал мне ключи? Я втягиваю губы в рот, неосознанно прикусывая. Не ожидала… совсем.

— Чувствуй себя как дома. И давай сразу проговорим, — он наступает на меня, упирается ладонями в стену, заключая меня в плен, но не касаясь. — Я не против, если ты будешь приезжать каждый день. Так что… если тебе нужно что-то сюда привезти для личного комфорта — пожалуйста. Я уже купил тебе зубные щетки, полотенце и большую вазу для цветов. Потому что вот, — он кивает вглубь гостиной, и я замечаю огромный букет белых роз на длинных стеблях. Ого.

— Как ты прямолинеен. Спасибо… — бормочу растерянно.

— Ты мне сразу скажи, если не согласна и тебе такой формат не подходит. Потому что мне… тяжеловато осознавать, что я буду в твоей жизни присутствовать от случая к случаю. Меня такой расклад не устраивает совсем.

— Договоришься, Назар, вообще к тебе перееду со всеми пожитками, — угрожаю шутливо.

— Думаешь испугаюсь?

— Нет, — мягко веду ладонями по его груди вверх. Поглаживаю плечи. — Пытаюсь угадать, сколько подобных связок еще лежит у кого-то в карманах.

Он гримасничает.

— Не поверишь, — легонько задевает мои губы ртом. Шепчет осторожно: — Ты первая.

— С чего такая честь? — не могу удержаться, провожу кончиком языка по уголку его губ.

— Потому что ты для меня особенная. И я не против, если твои вещи появятся в моей квартире. Я жду ответа. Да-нет?

— Я не готова прямо сейчас взять и переехать. Но…

— Но?

Он напрягается.

— Но и отказаться не готова.

— Я тебя понял, — посмеивается, смягчаясь. — Пойдем устрою тебе экскурсию по квартире. Кстати, если учебники нужны или… там… пособия какие-то для учебы, я тоже не против. Можем где-то полку под тетрадки твои организовать.

— Какой ты щедрый мужчина, — чмокаю его в губы, — спасибо, я обязательно найду себе уголок в твоем доме.

«И сердце», — осталось как-то молчаливо висеть в воздухе.

Назар быстро показывает мне квартиру, объясняет, что где лежит. У него действительно прибрано. Стильно, дорого.

В кухне он включает чайник и лезет в холодильник.

— Готовить я не умею, — признается он честно. — Ну то есть, бутик я отрезать, конечно, смогу, но завтраков в постель от меня не жди.

— Салат? — издеваюсь немного, да. Я бы даже удивилась, если бы он умел все-все-все.

— Огурцы, так и быть, постругаю.

— Суп?

— Боже упаси! — он закатывает глаза.

— Ты неожиданно беспомощный для такого большого спортсмена.

— Я в других областях виртуоз.

— Хватит