Нечистивый союз - Айви Дэвис

Миа сгорбилась на стуле, надувшись. — Это несправедливо. Ненавижу, что все остальные принимают решения за нас. Я современная женщина. Но у меня такое чувство, будто я застряла в XIX веке. Разве это справедливо?

Джулия спокойно подбирает ещё картошки, кладёт её себе на тарелку и отвечает: — Потому что так принято. Так принято в нашей семье.

Она имеет в виду, что именно так действует мафия.

— Мне никогда не удается повеселиться, — бормочет Миа.

— Просто будь благодарна, — говорит Сесилия. — Тебе не придётся выходить замуж за старика.

Это заставляет Мию замолчать.

Раздаётся звонок в дверь. Все в недоумении поднимают головы.

— Я открою, — говорю я, направляясь к двери. Открывая её и видя лицо Сальваторе, мне хочется захлопнуть дверь перед ним, но я сдерживаю себя. — Мистер Фонтана. Что вы здесь делаете?

— Я пришёл к Сесилии. Мы с ней не успели закончить наш разговор. А теперь отойдите с дороги.

Я встаю перед ним, когда он пытается ворваться внутрь. — Подождите, мистер Фонтана. Сесилия вас не ждёт. Она не хочет, чтобы вы здесь были.

Ухмылка, мелькающая на лице Сальваторе, — чистое уродство. — И откуда ты знаешь, чего хочет Сесилия? Ты же всего лишь её телохранитель. Я же её жених. А теперь впусти меня.

Конечно, мне не хочется, но я должен выполнить свой долг. — Я сообщу Джулии, что ты здесь.

— Интересно, — говорит он, прежде чем я успеваю уйти. — Что вы называете свою работодательницу по имени. Есть ли между вами и миссис Моретти что-то такое, о чём мне следует знать?

Вот, черт возьми, всё.

Я выхожу, закрывая за собой дверь. Сальваторе быстро отступает. — Слушай сюда, — говорю я ему самым убийственным голосом. — Ты не будешь распускать никаких слухов о Джулии или других членах семьи, живущих здесь. Они хорошие люди. Джулия наняла меня и была отличным начальником. Она попросила меня называть её по имени. Ничего больше.

— Тогда почему вас так волнует этот вопрос?

Я смотрю на него с удивлением. — Что?

Глаза Сальваторе расширяются. — Если только у тебя чувства не к Джулии. Она ведь теперь не моя невеста, верно?

— Конечно, нет.

Сальваторе качает головой, на его лице сияет дикая ухмылка. — Я тебе не верю. Кажется, ты слишком серьёзно относишься к своим обязанностям охранника. Каждый раз, когда я пытаюсь застать Сесилию одну, ты тут как тут. Ты никогда не отходишь от неё. Если у тебя есть к ней чувства, то тебе конец. Я приду за тобой.

— У меня нет чувств к Сесилии, — говорю я спокойным голосом. — И не угрожай мне. Тебе не понравится результат.

Он приподнимает бровь. — Я должен испугаться? Ты меня не пугаешь, парень. Если кто и должен бояться, так это ты. На моей стороне сила группы людей. Я в фаворитах у Антонио Моретти. Тебе стоит бояться.

Я продолжаю сверлить его взглядом. Никто из нас не отступает.

Только когда дверь открывается и Джулия высовывает голову, я отступаю. — Что происходит? — спрашивает она. Её глаза расширяются, когда она видит Сальваторе. — О. Сальваторе. Ты здесь.

— Да, я здесь. — Он прочищает горло и поправляет галстук, изображая из себя настоящего джентльмена. — Я хотел увидеть Сесилию.

— Мы сейчас ужинаем, — многозначительно говорит она ему.

— О. — Он просто стоит и с надеждой ждет, когда его впустят.

Джулия смотрит на меня и вздохнула. — Хорошо. Входи. — Она открывает ему дверь. Сальваторе самодовольно ухмыляется, проходя мимо, и я изо всех сил стараюсь не ударить его.

— Она на кухне, — объясняет Джулия, указывая в конец коридора. Сальваторе уходит, идя невероятно быстро для старика.

— Джулия, — бормочу я, привлекая её внимание. — Я ему не доверяю.

— Я тоже, — она понизила голос. — Но я ничего не могу сделать. Этого хочет Антонио.

— Ты же его мама. Разве ты не можешь с ним поговорить? Он бы тебя послушал.

Её глаза сверкают гневом. — Антонио — взрослый мужчина. Он меня не слушает. Я не могу приказывать ему делать то, чего он не хочет.

— Понимаю. Но Сесилия с ним не в безопасности.

— И как ты это узнал?

Я вздыхаю. — Я видел, как он на днях загнал её в угол в гостиной. Он пытался её поцеловать. Она выглядела смущённой. Я вмешался. Только благодаря мне на неё не напали.

Лицо Джулии мрачнеет. — Я... — Она с трудом сглатывает. — Я хочу защитить её. Очень хочу. И я ценю твою поддержку, Тео. Но Сальваторе будет мужем Сесилии. Он имеет право прикасаться к ней.

Я в шоке. — Джулия, я слышал, что между вами и Франко что-то происходило за закрытыми дверями. — Она отворачивается от меня. — Я знаю, что Франко годами издевался над тобой. Ты просто позволишь тому же случиться с твоей дочерью?

— Нет, — говорит она измождённым голосом. — Это последнее, чего я хочу. Но у меня связаны руки. Я живу и умираю благодаря мужчинам в своей жизни. Так принято в этом бизнесе. В этой… жизни.

Я действительно начинаю ненавидеть жизнь мафии.

— Если бы я могла спасти свою дочь, я бы сделала это без колебаний. Но это означало бы пойти против сына. А я не могу так поступить.

Я смотрю, как она уходит, и чувствую, как последняя надежда на Сесилию ускользает из моих рук.

Зайдя на кухню, я снова вижу Сальваторе, сидящего рядом с Сесилией, и у неё такой вид, будто её вот-вот вырвет. Сальваторе смотрит на меня, пока я занимаю место в углу. Я натянуто улыбаюсь ему. Он не собирается от меня избавляться в ближайшее время.

— Я тебя не ждала, — говорит Сесилия Сальваторе. — Нисколько. Совсем.

Сальваторе либо не понимает её резкого тона, либо предпочитает игнорировать его. — Дорогая моя, мы поженимся. Я хочу видеть тебя каждый день.

— О. — Она переглядывается с Мией, которая умело встаёт и выходит из комнаты. Я её не виню. Мне тоже не хочется находиться в одной комнате с Сальваторе. Но с уходом Мии у Сесилии на одного человека меньше, чтобы её защищать. Сесилия хмурится, снова поворачиваясь к Сальваторе. — Мне завтра нужно рано вставать, так что посетителей не должно быть.

Сальваторе намёка не понял. — Я хотел продолжить наш вчерашний разговор. Хочу убедиться, что ты не забила голову этими романтическими фильмами. Они не подходят женщинам.

— Я думаю, с ними все в порядке, — отвечает она.

Джулия моет посуду у раковины. Близнецы давно ушли. Наверное, у себя в комнатах шалят.

Сальваторе усмехается: —