Генеральный дьявол - Аля Алая

несколькими сотрудниками, один из них был в офисе в ту самую ночь. На меня опять обрушивается волна стыда и негодования. Парень на меня не смотрит, стоит в углу сгорбившись. При первой остановке лифта быстро выходит.

А меня все равно фантомно колотит. Ночь, они все против меня и Кайсаров во главе своей охоты на ведьм.

— Хочешь, я его уволю? — Тимур шепнул на ухо.

Соблазн такой есть. Кажется я бы никого из тех мужчин в жизни видеть больше не хотела. Но правда в том, что источник всего того ужаса находится рядом со мной, это он заставил раздеться и тащил потом за собой у всех на глазах. Он брал меня запуганную и растерянную у себя в квартире после. Его я хочу видеть наказанным. Остальные лишь свидетели, у которых свои семьи, жизни. Увольнение кого-то из них лишь добавит чувство вины.

— Нет, — выхожу из лифта. Тимур сжимает мой локоть и направляет в ресторан на первом этаже бизнес-центра.

Время обеда. Тут много начальства и руководителей среднего звена из всех офисов центра, в том числе и из нашего. Я с девочками и остальной штат с зарплатами пониже обедаем в кафешке через дорогу или в комнатах отдыха, где можно разогреть обед в микроволновке.

При виде нас услужливая девушка-администратор приосанивается. Расплывается в улыбке, глядя сначала на Кайсарова, потом обращает внимания на меня. Быстрый оценивающий взгляд пробегается по мне с головы до пят — одежда, украшения, ухоженные волосы и дорогой маникюр, придраться не к чему, соответствую. Она дежурно улыбается и проводит нас к столику.

Больше на меня не смотрят как на неуместное пятно рядом с завидным холостяком. Соответствую.

— Что с отчётом? — Кайсаров спрашивает сразу, как садимся за столик. В меню не смотрит, просит обычный заказ. У меня аппетита рядом с ним никогда нет, поэтому заказываю салат и воду.

— Готова лишь часть. Есть заминка со складами и отдел маркетинга до сих пор не отчитался.

— А почему у складов проблемы, скажешь? — Кайсаров ловит мою ладонь.

Приехали…

Сейчас опять о моем псеводосливе говорить будем. И ведь не докажешь ему твердолобому ничего. Я пробовала пару раз завести на эту тему разговор, Кайсаров сразу сереет, глаза наливаются злобой, разговор заканчивается.

— Ты и сам знаешь, чего повторять, — язвлю и пытаюсь забрать руку.

— Не дергайся, дорогая, на нас все смотрят. Улыбнись будущему мужу, будь добра.

Улыбка выходит натянутой.

— Строптивая какая, вы посмотрите, — придвигается ближе к столу, моей ладонью касается собственной щеки, целует центр, — заводишь Майя. Хочу тебя в своем кабинете на рабочем столе. Голую.

Мгновенно вспыхиваю, в шоке от его требования.

— Поверь, лучше я буду долго и со вкусом тебя трахать, чем орать.

— У меня много работы.

— Принесешь бумаги, я посмотрю. Поработаем вместе.

Откровенный взгляд останавливается на моих губах. Взгляд Тимура наполняется привычной жаждой. Его возбуждение током по коже перескакивает на меня.

У нас странные отношения.

Он постоянно язвит и задевает меня, но в постели очень внимателен, все время говорит какая я красивая, вкусная. Тонко чувствует мои ощущения, всегда доводит до оргазма.

Я глупая, но в такие моменты чувствую себя особенной для него. Не просто секс-тренажером, а чем-то большим.

Давлю в себе эти эмоции, как могу. Это же Кайсаров — любитель проституток. Для него я просто новая игрушка. Когда надоест, он начнет изменять. Будет делать это постоянно. Приходить домой под утро в чужих духах и помаде. Ему даже скрываться не надо. Я ведь никуда не смогу деться. Мне придется на это все смотреть.

Сгорать от ревности и сходить с ума десять лет… Ужасная участь для любой женщины.

А я не хочу, чтобы мне разбили сердце, я лучше сделаю все, чтобы Кайсаров не смог пробраться в него.

Для этого мне нужно срочно узнать, кто меня подставил.

Кайсаров переключится на настоящего крота, пусть его сажает или наказывает. Не хочу знать, как это будет. Главное, что меня больше не сможет держать рядом с собой, я смогу уйти. Залижу раны, устроюсь на новую работу, налажу жизнь.

Мне нужно успеть вырвать до того, как я увязну намертво в этом мужчине.

Возвращаемся обратно в офис вместе. У моего кабинета Кайсаров целует в губы, шепчет на ушко «жду» и уходить к себе. У меня же следующие пару часов все из рук валится, в голове туман.

Идти к нему, починиться?

По телу прокатывает волной жара, когда я представляю, что Тимур будет делать со мной. Я словно бабочка лечу на его огонь, палю свои крылья.

При этом упрямо не хочу сдаваться.

Он звонит на мобильный, но я игнорирую. Секретарше Кайсарова сообщаю, что у меня очень много работы. Зайду, как смогу.

Она очень удивлена, явно не привыкла к такому, но вежливо желает мне хорошего дня.

Тимур меня прибьет.

Наверное будет орать.

Ну и ладно.

Я ему не безропотная кукла.

Покажу зубы, к черту все!

— Непослушная, — цокает Тимур, забрав меня из кабинета, — придется наказать.

— И как же?

— Думал выделить тебе свободное время в ближайшие пару дней, но теперь не буду.

Сволочь!

Я же к сестре хотела съездить.

Надеваю на лицо маску безразличия и отворачиваюсь от Кайсарова. От бессилия и понимания, что дрессировать он меня может сколько угодно, внутри разрывает.

И хочется задеть и его хоть как-то.

День рождения Тимура я узнала, он через четыре дня. И я по-детски проигнорировала. Промолчала утром, не присоединилась к поздравлениям коллег, вечером объявила, что у меня очень сильно болит голова, перекусила на работе, так что пусть ужинает один. Или съездит к кому-нибудь, если хочет. Мне все равно.

— Вот как? — Кайсаров был обманчиво вежлив. Смотрел на меня с прищуром, — перекусила?

— Да, — я пожала плечами.

— Отлично, тогда я не буду чувствовать себя виноватым. Поехали.

— Куда? — я простонала, — Кайсаров, я устала. Чертов отчет высасывает из меня все силы, я спать хочу. Если нужно, давай по-быстрому, что ты там хочешь от меня и спать. Завтра на работу, — выдала я свою тираду.

У Тимура сжались кулаки, крылья носа напряглись. Он ненавидел, когда я по фамилии к нему обращалась. И речь моя была явно не по вкусу.

— Собралась быстро и на выход пошла, — громыхнул так, что я даже подскочила.

— Куда?

— Там узнаешь, — рявкнул и сжал пальцами руки переносица, — блядь, как башка разболелась. Я хочу немного тишины, спокойствия и тебя смирной. Руки в ноги, Майя и в машину.

Я устало выдохнула, снова обула треклятые туфли, от которых за день начали