Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

Пока я смотрю, как эти капли поднимаются к потолку, а потом исчезают за его пределами, что-то скребётся на задворках сознания.

— Сколько человек убили? — спрашиваю, медленно поворачиваясь на триста шестьдесят градусов, чтобы убедиться, что ничего не упустила.

— Семерых. Моего отца, брата и пятерых из их охраны.

— Семерых, — повторяю я, мысленно считая.

Место первое, места второе и третье у двери, место четвёртое у книжного шкафа, место пятое справа перед столом, место шестое за столом, а потом место седьмое там, где альфу убили серебряным оружием.

Здесь только семь эмоциональных следов.

Здесь только семь эмоциональных следов!

Мне хочется выпалить это открытие прямо здесь и сейчас, но я чувствую, что ещё недостаточно изучила пространство. Хотя физически я никогда раньше не была на месте убийства, не могу не думать, что ассасин должен был излучать хоть что-нибудь. Торжество победы, или пылающую ненависть, или, может, даже собственный страх перед тем, на что он способен. Даже удовлетворение имело бы смысл. Но нет, ничего. Ничего, кроме скорби, боли и шока.

Что-то не сходится.

Решив, что со своей точки обзора я уже увидела всё, что могла, я медленно обхожу стол, на мгновение останавливаясь, чтобы молча проверить у Пола, разрешено ли это. Он ничего не говорит, но кивает, давая понять, что всё в порядке.

Остро осознавая, что делаю, и чувствуя на себе задержавшийся взгляд Пола, я осторожно касаюсь стола. Как только устанавливаю контакт, жуткие красные и яростные цвета меркнут, позволяя мне увидеть более тонкую картину чувств, кружащихся по поверхности.

Чувствуя, как гиперфокус снова берёт верх, я позволяю пальцам идти по следу нежности и привязанности, пока не открываю ящик. Почти сразу, едва появляется щель, меня почти ослепляет поток того, что может быть только любовью.

Моё сердце пропускает удар, когда я вижу два разных эмоциональных следа, сладко светящихся внутри ящика. И хотя не слишком удивительно обнаружить, что он полон всяких безделушек и памятных вещиц, меня немного выбивает из колеи, когда я понимаю, что журнал сверху открыт на рекламе моей матери.

Ох.

Так вот как он меня нашёл.

Журнал очень старый, и в рекламе там полно тропов девяностых, но вид его посылает сквозь меня волну мягкости и тепла. Господи. Если я стану хотя бы наполовину такой женщиной, какой была она, я сочту, что прожила жизнь не зря.

— И вы уверены, что их было семеро? — спрашиваю я, решив не спрашивать о журнале и других вещах в ящике. Даже в расследовании убийства некоторые вещи остаются личными.

— Да, абсолютно уверен. И морг подтвердил это число, когда там подсчитали все части тел.

Жуть. Не хотела бы я такую работу.

Пусть я и не следственный гений, но я посмотрела достаточно тру-крайм-документалок, чтобы знать: большинство людей убивают те, кого они знают. Есть ли способ поднять эту тему тактично? Но даже если есть, это не объясняет, почему здесь только семь следов.

Семь точек агонии.

Семь брызг багрянца.

А что, если я ничего не упускаю?

А что, если…

— Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Я едва не выпрыгиваю из собственной кожи, когда двери кабинета распахиваются, и внутрь врывается мужчина. Он довольно сильно похож на Пола, но глаза у него зелёные, а черты лица куда менее точёные.

— Кристофер, — начинает Пол, подтверждая, что знает этого мужчину. Мне не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять: передо мной кто-то из его братьев.

— Почему ты здесь? И кто, чёрт возьми, эта женщина?

Говорит властно, требовательно.

Может, просто злится,

но в своём снисхождении он чувствует себя слишком уверенно.

Он привык так разговаривать с Полом.

Волосы: стереотипная деловая стрижка.

Костюм: дизайнерский, но угольно-серый, с узким галстуком и идеально сложенным нагрудным платком. Будто он только что вышел из 2010-х.

Эпоха подражателей Mad Men31 была дикой. Хипстерская была ещё страннее.

Не знаю, татуировка в виде усов на пальце была бы довольно забавной…

Всё это проносится у меня в голове за долю секунды, и я без сомнений понимаю, что смотрю на старшего брата Пола.

И впечатление он производит не лучшее.

— Она экстрасенс, — отвечает Пол. Я впечатлена тем, что он способен держать голос таким спокойным и ровным, как будто его старший брат только что не ворвался сюда и не начал на него орать. Однако я не могу не заметить, как всё больше кирпичей опускается, с глухим стуком вставая на место, который слышу только я.

— Экстрасенс? Ты прикалываешься, мать твою?!

— Нет, с чего бы мне шутить на эту тему?

Пока лицо мужчины начинает менять цвет, я пользуюсь возможностью изучить его. Его эмоциональный след похож на следы его братьев и альфы, но достаточно отличается, чтобы я поняла: его не было в комнате, когда всё произошло. Эмоциональные следы довольно странные. Они не настолько отчётливы, как отпечатки пальцев, но всё равно уникальны для каждого человека. В дальних углах комнаты я вижу тончайшие дымки его зависти, неуверенности и желания одобрения, но они такие слабые, что никак не могли быть излучены одновременно с этим наглядным потоком негативных эмоций.

Просто мудак. Не ассасин.

— Что, блядь, с тобой не так? Полиция этим занимается! Зачем ты притащил какую-то шарлатанку в наш дом и позволил ей войти в эту комнату?

О-о, шарлатанка. Хорошее слово.

— Мне нужно было убедиться⁠… — начинает Пол.

Ух ты, как же мне хотелось бы оставаться такой же невозмутимой, как он. Орут не на меня, но мне всё равно хочется треснуть его по голове сковородой.

— Убедиться в чём? Это из-за того, что ты считаешь, будто кто-то охотится за остальными из нас?

Ладно, как бы мне ни хотелось не вмешиваться в семейную драму, этот разговор ни к чему не ведёт. Теперь, когда у меня есть жизненно важная информация, я доведу это расследование до конца или, по крайней мере, настолько далеко, насколько смогу.

— Пока вы меня не списали со счетов, — говорю я, расправляя плечи, — возможно, вам стоит выслушать, что̀ я хочу сказать.

Но новый ВанМарк едва удостаивает меня взглядом, предпочитая направить свой гнев на брата.

— Конечно, потому что мне прямо не терпится выслушивать трёп какой-то дешёвой Мадам Клео.

Мадам Клео!

Мадам Клео!!!32

Он никак не мог знать, что я немного мошенница!

Кроме того, даже если я не ясновидящая, я оракул с даром видения. Хотя это видение касается того, о