Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Серафина с трудом сглотнула, словно понимая, что ее ответ приведет в движение нечто неизбежное. Но голос ее звучал твердо и мощно:

— Нет. Я бы выбрала Ариуса хоть тысячу раз.

Прежде чем кто-либо успел моргнуть, Тесса рванулась вперед. Ее ладони врезались в стекло, и от кончиков пальцев тут же разбежались паутинки трещин.

— Тессалин, нет! — ахнула Серафина, богиня пошатнулась вперед, а белая змея подняла голову, проявляя интерес. — Ты не понимаешь цену этого! Я… я не знаю, как это изменит мир!

Тесса склонила голову набок, пока магия потоком лилась из ее рук, а трещины становились глубже и шире. Зеркало начало яростно вибрировать, магия Тессы рассыпалась по нему искрами и рикошетила по залу.

— Я тоже не знаю, — ответила Тесса. — Я никогда не знаю, что произойдет. Полагаю, на этот раз мы все окажемся в равных условиях одного игрового поля, не так ли?

Она убрала ладони от поверхности стекла. Ее ноги оторвались от пола, когда сила вокруг нее взмыла вверх, а потом она снова обрушила руки на зеркало. Богиня открыла рот, но никто так и не узнал, что она хотела сказать: та исчезла, а осколки стекла посыпались на пол.

— Нет! — взревел Разик, бросаясь вперед, но Лука опередил его.

Не чтобы остановить Тессу, а чтобы отшвырнуть брата назад. Его крылья вырвались наружу, разрывая рубашку, и Разик зарычал в ответ.

— Не трогай ее! — предупредил Лука.

Глаза Разика уже изменились, вертикальные зрачки пылали яростью. Его тело дрожало. Лука видел, что брат борется с превращением так же, как и он сам.

— Это наш единственный путь домой! — прорычал Разик. — Если ты думаешь, что я позволю ей уничтожить его и оставить нас здесь навсегда, ты…

Но он не успел договорить. Пол под ними содрогнулся, заставив обоих пошатнуться. Сверху посыпались мелкие камни и обломки. Разик резко выбросил руку, притягивая к себе Элизу, а Лука развернулся и нашел взглядом Тессу. Сила продолжала струиться из нее, расползаясь по полу, взбираясь по стенам, проникая сквозь потолок.

— Тесса, что ты творишь?! — крикнул Лука, но был почти уверен, что она его не слышит. Она ушла слишком глубоко в свою силу.

Как, блядь, он должен был вытащить ее оттуда?

— Нам нужно убираться отсюда! — заорал Тристин. — Она разрушит этот зал!

— Заставь ее остановиться! — снова зарычал Разик. — Это наш единственный путь домой!

— Все уже кончено, — произнесла Тесса тем самым жутким, звенящим голосом, от которого все замерли и обернулись к ней.

Все ее существо светилось аурой… хаоса.

Света и тьмы. Энергия и искры. Начала и концы.

— Зеркало все еще стоит, — возразил Разик.

— Ненадолго, — ответила она и направилась к выходу из зала. Каждый ее шаг оставлял отпечаток темной силы, магия пульсировала с каждым движением.

— Уходим! — крикнул Тристин, устремляясь вперед, чтобы вести их прочь.

Все поспешно подхватили свои сумки с пола и бросились за ним. Лука схватил свой и рванул вперед, пока не осознал, что Тессы перед ним нет. Резко затормозив, он оглянулся через плечо, пытаясь понять, куда она пропала. Когда он наконец нашел ее, он не знал, что и думать.

Пока все отчаянно пытались выбраться, она подошла к стене по периметру и провела пальцами по камню. Из-под ее рук расползались трещины, проникая в фундамент. Тристин не ошибся, что она рушила зал. Но это…

Это обрушит весь Пантеон целиком.

Лука бросился к ней и схватил за другую руку.

— Тесса, нам нужно уходить! — сказал он, потянув ее за собой.

Но даже когда он тянул ее, она не торопилась. Ее рука не отрывалась от стены, пока он тащил ее вперед. По коридорам они двигались дальше, а трещины расползались во все стороны. Нила, как обычно, кралась впереди, но то и дело возвращалась, потому что они отставали. Роан шел позади Тессы и подталкивал ее носом вперед.

— Тесса, надо двигаться быстрее! — процедил Лука сквозь зубы, когда падающие обломки стали крупнее, и огромные глыбы камня и мрамора с грохотом падали на пол.

Он слышал впереди голоса остальных. Они кричали всем встречным, чтобы те бежали и спасались из Пантеона, но Тесса лишь улыбалась. Ее глаза почти полностью почернели, лишь по краям ярко светились фиолетовые кольца. Уворачиваясь от препятствий в стремительно сужавшихся проходах, они наконец добрались до лестницы, которая вела на главный этаж.

Она снова начала напевать эту гребанную песню — «Декрет Откровения». Это была последняя капля терпения Луки. Он схватив ее на руки, и рванул вверх по разрушенным ступеням и выскочил в царивший хаос в главном зале.

Жрицы кричали и бежали, сжимая в руках вещи и книги. Никто не обращал на них внимания. И это было хорошо. Его плащ разорвался, когда вырвались крылья, и хотя он заставил их исчезнуть, он все еще был без рубашки и легко узнаваем. Не говоря уже о том, что Тесса теперь была известна всем. Но она уже не та дикая фейри, которая пыталась слиться с толпой.

Народу было много, и нести ее было слишком тяжело. Луке пришлось опустить ее на ноги. Нила снова вернулась, и волки Тессы следили за тем, чтобы другие держались от них подальше. И все же Тесса спокойно шла через главный зал Пантеона. Энергия продолжала исходить от нее. Ее магия сбивала жриц с ног, стоило им оказаться на пути. С каждым упавшим телом он чувствовал, как растет ее сила. И тут Лука наконец понял, как она восполняет свои запасы.

Жизнь должна отдавать, а смерть — забирать.

Она неделями ничего не забирала.

Ему просто нужно было вывести ее наружу. Как только они окажутся за стенами Пантеона, они смогут переместиться. При условии, что Тристин и Сиенна действительно сумели снять чары.

Лука заметил впереди остальных, они приближались к главным дверям. Стражи вбегали внутрь, пытаясь помочь эвакуировать жриц. Только тогда он понял, что ни одного фейри нигде не видно. Он резко обернулся к Тессе, а она лишь