Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

И если то…

Ох! Жар стыда с примесью странного волнения заливали меня от пяток до самой макушки.

Если все-таки… то как мне смотреть ему в глаза?

Как назло, отвлечься было не на что. Торни после ужина отправилась чистить мою обувь, и без того чистую, но полагаю, горничная желала посплетничать с местными. Я е осталась совсем одна, не зная, куда себя деть от мыслей о владетеле.

Ну это же надо, я при леди Синтии назвала его жеребцом!

Застонав, я опустилась в кресло и закрыла горящее лицо руками.

И как мне не отказали от дома?

Более того, леди Бладсворд предложила мне завтра после охоты партию в карты.

Тут я встрепенулась, вспомнив, что также хозяйка дома сказала, что в моем распоряжении и библиотека поместья.

Наверное, леди Синтия думала, что я захочу почитать на ночь что-нибудь девичье, и в иной раз я бы не отказалась, но сейчас мне очень хотелось узнать, чем же так важна для Бладсвордов «Соколиная башня». А она, определенно, имела для них ценность, раз Джина была так уверена, что мое наследство — отличный крючок для владетеля.

В другой ситуации я бы решила, что внутренний интерес семьи Бладсвордов — не мое дело, но раз именно моя судьба на кону, я имела право знать.

Наконец, найдя себе дело, я отправилась в библиотеку, которая располагалась по соседству от гостиной, где меня принимала леди Синтия. И едва заглянув внутрь, я поняла, что задачу поставила перед собой непростую.

Передо мной была не просто комната для отдыха, а полноценное хранилище со множеством стеллажей, уставленных книгами.

Вероятно, тут, как и в любом приличном доме, имелась картотека, но где она, и как ей пользоваться, я представления не имела.

Поэтому я просто пошла вдоль полок, разглядывая корешки и вытаскивая те тома, которые мне казались перспективными в плане моих изысканий.

Увы, пока все они возвращались на свое место, а я все углублялась и углублялась… Казалось, библиотека бесконечна.

И вдруг уютную тишину нарушили чьи-то голоса.

— … ты меня удивляешь, — хмыкнул кто-то совсем рядом.

— … просто не твой типаж, — насмешливо ответил ему владетель. — Это и к лучшему. На дуэли ведь фортуна может повернуться к любому из нас. Ты первая шпага Королевства, а не Бладсворда.

— Даже так? — удивился, видимо, тот самый гость, который и привез в подарок коня.

— Именно. Не переходи мне дорогу, Бриан, и мы останемся друзьями.

— Даже и не думал, — фыркнул тот в ответ. — Ты прав, совсем не мой типаж. Мне бы что-нибудь не такое смирное.

— Смирное? Ну-ну… Подожди-ка… Кажется, мы здесь не одни.

Ой!

Я заметалась между стеллажами, не знаю, в какую сторону юркнуть, вздохнув, положилась на удачу и… проиграла.

Я вылетела аккурат в мужские объятия. Горьковатый запах окутал меня, и я поняла, как вляпалась даже раньше, чем подняла глаза.

— Так-так-так, — усмехнулся владетель, даже и не думая выпускать меня из рук. — У нас тут появился маленький шпион.

Бладсворд стоял слишком близко, был слишком мужественен и слишком красив, чтобы я не покраснела.

— Я просто искала, что почитать на ночь, — почти не соврав, пролепетала я.

— Просто? — владетель сверкнул улыбкой, не похоже, чтобы он злился. — Может быть, только вот подслушивать все равно не стоило, а вдруг бы маленькая Энни услышала что-то чересчур неподходящее для ее ушек?

— Я не подслушивала, — отпиралась я, чувствуя, как меня все сильнее тянет ответить какой-нибудь шпилькой.

— Лгунишка. Но пока я сделаю вид, что поверил. Я могу чем-то помочь дорогой гостье? Выбрать для вас книгу? Нам недавно привезли новинку «Колдовская страсть»…

Я покраснела еще сильнее, потому что уже имела представление, о чем книга, благодаря Торни, и понимала, что ни в коем случае лорд не должен предлагать леди такую книгу…

По лицу Бладсворда было видно, что моя реакция его еще больше развеселила.

— Кто-то вовсе не такой скучный, как хочет показаться? Да, Энни? — наклонившись, он горячим шепотом он опалил мое ухо, заставив меня закусить губу.

— Не понимаю, о чем вы… — тоже прошептала я, и вдруг осознала, что рук владетеля уже не просто лежит на талии, а притискивает меня к мужскому телу. — Мне бы что-нибудь об истории моего поместья…

— Как пожелает гостья, — усмехнулся Бладсворд, взял меня за ладошку и повел за собой куда-то еще глубже, отчего сердечко мое заколотилось.

Остановившись возле одного из стеллажей, владетель сказал:

— Мне кажется, я знаю, что ищет девочка, которой нравится совать нос в чужие дела? Допустим, я дам вам книгу, а что мне за это будет?

— Так ли велик труд, что за него требуется вознаграждение? — не утерпела я и, осознав, кому и что говорю, тут же прикусила язык.

Нисколько не впечатлившийся моей дерзостью Бладсворд, ответил:

— Тогда я сам назначу плату, а пока… — он вдруг подхватил меня за талию и приподнял как пушинку. — На средней полке за моей спиной, вторая справа.

Я выхватила томик весьма ловко и быстро, а вот владетель отпускать меня не торопился.

То, как он позволил себе, меня спустить вдоль своего тела, было достойно дюжины обмороков у порядочной леди.

Печально, что со мной не случилось ни одного.

Я позорно осталась в сознании, да еще и позволила украсть свой самый первый мимолетный поцелуй.

— Вы… Вы… — возмутилась я, когда осознала, что владетель сделал!

Уперлась ладонями ему в грудь, чтобы отстраниться, но рука легла на ровно на шпильку в его лацкане, и меня буквально пронзило видением.

Глава 19. Стыдно мне, а должно быть ему

Я даже не почувствовала, как добытая книга упала, настолько меня захватили ощущения. Лишь на секунду меня взволновал размеренный стук сердца владетеля и тепло его тела, а в следующий миг шпилька, которой я коснулась, затянула меня в свои воспоминания.

И впервые меня не придавило каменной стеной. Эмоции, накопленные маленькой безделицей, были совсем другие, и, пропуская их через себя, я как будто несла в ладонях горячий шар, чьё тепло впитывалось в кончики пальцев и растекалось по телу истомой.

Я ещё никогда не сталкивалась с таким подключением к памяти вещей. Я провалилась не только в зрительный образ, но и в ощущения. Не со стороны, а изнутри.

И чем сильнее жжет плечо, тем глубже я проваливаюсь.

«Темнота и тишина грота дарят расслабление. Всего два факела освещают пещеру. Рядом еле слышно журчит вода, свечи в плошке уже почти догорели.

Прекращаю бездумно гладить волчью шкуру, на которой шкуре лежу,