Мой рождественский медведь - Ариана Хоукис

свежий зимний воздух, когда они пели о Марии и Иосифе, идущих в Вифлеем, и пастухах, наблюдающих за своими стадами, и мудрецах, путешествующих издалека. Элсбет наблюдала за детьми, ее глаза блестели от волнения, а Грейсон присел на корточки рядом с ней, держа ее за руку. По другую сторону от Мэдисон стояли Карен и Райли, крепко засунув руки в карманы. Мэдисон подошла ближе к сестре.

— Почему бы вам двоим не отдохнуть? — прошептала она. — Я присмотрю за Софией и Эбби и прослежу, чтобы они не замышляли ничего дурного.

— Спасибо, сестренка, — сказала Карен, и ее лицо осветилось благодарностью. Она что-то прошептала Райли, и они вместе выскользнули из толпы.

Брок стоял позади Мэдисон, обнимая ее. Она чувствовала себя такой счастливой, что ей казалось, будто она светится, излучая сильные чувства, испытываемые к Броку. София разговаривала с тремя другими девочками-подростками на краю круга, а Эбби была прямо посередине, распевая от души.

— Дети очаровательны, правда? — спросил Брок, его теплое дыхание коснулось ее макушки.

— Да, они такие, — ответила Мэдисон, чувствуя себя еще мрачнее обычного.

— Хочешь иметь своих когда-нибудь? — спросил он неуверенным тоном.

— Да, — ответила она без колебаний. Брок положил руку ей на живот.

— Я так и думал. И что-то мне подсказывает, что долго ждать тебе не придется.

— Что ты имеешь в виду? — Мэдисон посмотрела на него через плечо.

— Ну, я могу сказать, что сейчас у тебя овуляция, и у меня есть очень сильное подозрение, что наше спаривание было, эм-м, успешным.

У нее перехватило дыхание.

— Ты хочешь сказать, что я от тебя забеременела? — Брок улыбнулся.

— Думаю, да.

— Ты знаешь это, потому что ты медведь, верно?

— Ага. Сочетание животного инстинкта и очень сильного обоняния.

— Ух ты, — выдохнула Мэдисон, накрывая его руку своей.

В пении наступила пауза, и кто-то крикнул:

— Рождество! — затем все закричали: — Рождество! — и раздались радостные возгласы. Кто-то выпустил фейерверк, и небо наполнилось разноцветными звездами.

— Что ты об этом думаешь? — спросила Мэдисон, у нее закружилась голова.

— Что самый счастливый парень на свете, — ответил Брок.

— Неужели? — пробормотала она, ее сердцебиение замедлилось.

— Ты что, шутишь? Женщина, которую я хотел всю свою жизнь и которую, как мне казалось, потерял навсегда, вернулась в город. Она стала моей парой и, скорее всего, носит моих детенышей. Как я могу не быть таковым?

Убедившись, что София и Эбби заняты, Мэдисон повернулась к Броку лицом, ее горло сжалось от волнения.

— Мы пара, официально? — спросила она, и мужчина рассмеялся.

— Конечно. Неужели ты этого не поняла?

— Наверное, я еще не до конца понимаю обычаи медведей, — сказала она, нервно хихикая.

— Хорошо, позволь мне сделать это официально, — промолвил Брок. Он опустился на снег, встал на одно колено и взял ее за руку.

— Мэдисон Армстронг, станешь ли ты моей парой на всю жизнь и присоединишься ко мне на официальной церемонии бракосочетания в самом ближайшем будущем? — спросил он. Звезды волнения пронзили ее тело.

— Да, стану, — ответила она, улыбаясь ему. Он притянул ее голову к себе и нежно поцеловал в губы. Мэдисон закрыла глаза, дрожа от волнения. Несколько человек, стоявших вокруг них, аплодировали и подбадривали. Брок поднялся на ноги и прижал ее к себе.

— Ты делаешь меня таким счастливым, — прошептал он ей на ухо.

— И ты делаешь меня счастливой, — сказала она.

В этот момент вернулись Карен с Райли. Они оба раскраснелись, и глаза у них блестели. Карен тайком улыбнулась Мэдисон.

— Мы что-нибудь пропустили? — спросила Карен.

— О, ничего особенного. Но думаю, что я только что обручилась, чтобы официально скрепить спаривание, — ответила Мэдисон.

— О Боже, это потрясающе! — воскликнула Карен и обняла ее.

— Кажется, у вас все хорошо, ребята? — спросила Мэдисон.

— Ага. Райли потрясающий. И он целуется лучше всех!

— Вы... только что?

— Угу. Он заметил омелу в соседском саду и подвел меня к ней. Что я могла сделать в такой ситуации?

— Превосходно. Я так рада за тебя, сестренка, — сказала Мэдисон.

— И я за тебя.

— И за маму... — Мэдисон замолчала, когда они повернулись, чтобы взглянуть на Элсбет. В данный момент она была наедине с Грейсоном.

— Вау. И за маму, — эхом отозвалась Карен, и они расхохотались.

— Как так получилось, что три дня назад мы все были одиноки, а теперь нашли кого-то, прямо накануне Рождества?

— Я думаю, это как-то связано с тремя красивыми медведями и рождественской магией, — радостно ответила Карен.

Глава 8

Брок поднимался по лестнице дома Мэдисон, восхищаясь чувственным телом своей прекрасной пары, когда она шла перед ним. Его медведь царапал его внутренности, побуждая его снова спариться с ней. Он валялся в экстазе всю ночь. Он все еще не мог поверить, что он с ней, что она его пара. Он мечтал поцеловать ее, спариться с ней, так много раз, что не найти себе другую пару, потому что не мог забыть Мэдисон. Он молча поблагодарил ее бывшего мужа-неудачника, снежную бурю и непослушного подростка за то, что они сошлись. «Или судьбу», — напомнил он себе. Брок всегда знал, даже в старшей школе, что она была его истиной парой, но, как и все оборотни, понимал, что не всегда есть возможность быть со своей суженой. Что для этого требуется особое стечение обстоятельств.

На верхнем лестничном пролете Мэдисон повернулась и взяла его за руку. Даже в тусклом свете коридора ее лицо было таким красивым, и когда она улыбнулась ему, у него внутри все перевернулось.

— Ты хочешь спать? — спросила она.

— Не совсем. А ты?

— Нет, — ответила она, похотливо улыбаясь.

— Ну, я могу придумать много вещей, которые мы можем сделать вместо сна.

Мэдисон отступила назад, опираясь на дверь спальни, чтобы открыть ее. Запах их предыдущего спаривания все еще висел в воздухе, чувственный и вызывающий.

— Например?

— Я мог бы снова спариться с тобой, — сказал он, подхватывая ее на руки, и устремляясь через комнату на кровать. Она смотрела на него снизу-вверх, расширившимися от желания зрачками.

— Неужели?

— Да, я собираюсь взять тебя жестко, снова заявить о своих правах, — произнес Брок, одним движением стягивая с нее свитер и майку. Она потянулась к его рубашке и тоже сорвала ее.

— А потом?

Он расстегнул молнию на ее джинсах и стянул их вместе с трусиками. Его пара подражала ему, дергая за штаны, а он помогал ей, быстро становясь полностью голым.

— Потом мы заснем и проснемся рождественским утром, — пробормотал Брок, протягивая руку ей за спину и расстегивая застежку на лифчике.

Мэдисон была влажной и готовой для него, и он оказался