Отцы подруг. Порок на троих - Бетти Алая

— Ммм! МММ! — задыхаюсь, из глаз льются слезы.

— Молодец… вот так… соси мой хуй, девочка… — рычит мужчина.

Глеб вылизывает мои половые губы. Всасывает в рот по очереди. Массирует пальцами вход во влагалище. Пьет моё возбуждение.

— Вот так… хорошо… хочешь кончить? — слышу, как он улыбается.

— Да… — Федя даёт мне отдышаться, затем снова заталкивает член в горло, — МММ!

— У меня есть идея получше… Федь, дай смазку.

— Лови, — тот кидает другу тюбик.

А я даже пошевелиться не могу. Глеб опускается языком к моему анальному колечку. Вся сжимаюсь от страха. Мне было хорошо, но…

— МММ! — гнусь дугой, когда Федя начинает пощипывать пальцами мои соски.

Задыхаюсь от огромного члена в горле.

Глеб долго, нежно ласкает мою попку. Затем выпрямляется. Встаёт, и я чувствую холод смазки. Он сейчас… нет!

— МММ! — начинаю метаться, но меня крепко держат.

— Тихо, детка… дядя Глеб тебя не обидит. Сейчас твоей попке горячо сделает… ты не отвлекайся, соси, — нежно мурчит Федя.

Подчиняюсь. Вопреки тому хаосу, что творится в голове, моё тело полностью расслаблено. Большая головка медленно распахивает попу. Из головы все мысли вылетают. Это приятно… так приятно…

— АААХ! — вою, Федя освобождает мое горло и с рыком кончает на лицо.

— Вот так… — размазывает сперму по моим губам.

Я машинально их облизываю. Терпкий солоноватый вкус остаётся на языке. Прикрываю глаза. Глеб быстро и жестко трахает мою попу.

— Отлично входит… тугая попка, покорная, — рычит, закрывает глаза, затем замирает.

Изливается внутрь…

— Теперь моя очередь попробовать твою попочку, девочка, — стонет Федя.

Глеб отходит от меня.

— Пойду за салфетками схожу, — идёт в сторону дома.

— Иди ко мне, — Федя стаскивает меня со стола, разворачивает, — выгни попку.

Раскрывает половинки, смотрит на мою раздолбанную дырочку. Оттуда обильно вытекает сперма. Стекает по бёдрам.

— Ахуенно… — Федя быстро входит на всю длину.

Начинает трахать безо всяких прелюдий. Стягивает мои волосы, прижимает меня к себе.

— Горячая… моя девочка… — бормочет, опуская ладонь между моих складочек, — давай вместе кончим… хочешь?

— Да… ДААА! — кричу от удовольствия.

Глеб возвращается. Тёмным взглядом смотрит на нас. А Федя ласкает меня. Одной рукой массирует клитор, второй сжимает соски по очереди. Мы быстро кончаем… это так хорошо…

— ААА! БОЖЕ МОООЙ! — вою, чувствуя в себе новую порцию спермы.

— Вы не останавливайтесь, — улыбается Глеб.

Федя чуть отводит меня от стола, продолжая находиться в моей попе. Его член вообще не упал! Ненасытный…

— Ножку подними, — шепчет Глеб, лаская себя, — давай…

Он тоже уже готов.

— Что… как… — не понимаю.

— Делай, детка, не бойся ничего, — Федя покрывает поцелуями мою шею, — сейчас ты станешь полностью нашей… сладкая…

— Ммм, — облизываю губы, приподнимаю бедро.

Глеб подхватывает его, помогая мне. Затем входит в мою киску. Медленно, растягивая. Федя при этом тоже внутри.

— Вот так… чувствуешь? — рычат оба. — Мы в тебе… в твоих дырочках… нравится?

— Необычно, — бормочу, пытаясь понять, почему не больно.

Они оба такие большие. И им во мне тесно, я чувствую. Но боли нет… лишь сладкое потягивание. Толчок.

— АААХ! — кричу в голос, не ожидая такой яркости ощущений.

Это несравнимо ни с чем…

Когда оба любимых мужчины внутри. Мы единое целое. Полностью расслабляюсь, позволяю Глебу двигаться, входить глубоко и быстро. Федя лишь иногда включается.

Мы все потные, мужчины напряжены. Боятся сделать больно…

— Не нужно… меня жалеть… АХ! ААА! — выстанываю. — Прошу… не сдерживайтесь!

— Вот как? — хитро улыбается Глеб, затем целует меня.

Мужчины, словно по команде, синхронно поднимают меня над землей. И начинают свой дикий порочный танец. Толкаются в обе дырочки, еще сильнее растягивают мои мышцы.

А я вою… скулю, словно самка во время течки. Это безумно хорошо. Их запахи сплетаются воедино, делая меня дикой, ненасытной. С силой царапаю спину Глеба, оставляю алые полосы.

— Да! Да! Я ПОЧТИ! БОЖЕЕЕ! — чувствую, как подступающий оргазм скручивает низ моего живота.

— Да, детка… ДА… СУКААА! — рычит Федя и замирает во мне.

Вливает в мою попку свою сперму.

— ПИЗДЕЕЕЦ… КАК ЖЕ КРУТО! — стонет Глеб, кончая в мою киску.

Оседаю, но мужчины держат крепко. Сажают меня на стол, затем очищают от семени.

— Я люблю вас… обоих люблю, — внезапно начинаю плакать.

Глава 27

Настя

— Настюша? — Федя испуганно смотрит на меня. — Что такое?

— Люблюююууууу! Уааа! — не могу остановить поток слёз.

Меня как дамбу, прорвало, и теперь, пока всё не выйдет, не успокоюсь. Не могу понять, почему. Из-за того, что меня разрывают на части необычные чувства?

Находясь в руках Глеба и Феди, я вдруг ощутила себя крошечной. Маленькой, зависимой.

— Больно где? Что такое? — начинают суетиться мужчины.

Осматривают меня, проверяют лоб. Живот. Ноги, руки. Но у меня ничего не болит. Наоборот…

Я освобождаюсь от стягивающих горло предрассудков.

— Люблю вас… — шмыгаю носом, — не могу…

— Настенька, — Глеб обнимает меня, прижимает к себе, — успокойся, девочка. Ну что такое?

— Не отдавайте меня ему… отчиму… — шепчу.

Почему-то мне кажется, что отчим не оставит меня в покое. Ведь он просил меня…

— Он… Глеб, Федя… он чудовище.

— Не отдадим, крошка. Настюш, — Федя смотрит на меня, глаза в глаза, — всё будет хорошо. Поняла меня?

Вся дрожу. Становится холодно. Глеб стаскивает меня со стола.

— Пойдем, малышка. Нечего тут морозить твоих девочек. Давай…

— Не хочу возвращаться, — бормочу, плотнее прижимаясь к мужчине.

— Ты вернешься в другую жизнь, Настюша, — улыбается Федя, — совсем в другую.

— Лиля не позволит мне быть с тобой, Глеб, — смелею и озвучиваю своё главное опасение.

— А кто её спросит? Насть…

— Ммм?

— Ты хочешь обсудить наше будущее? Предметно? Узнать наши планы.

Киваю.

— Хорошо, — Федя открывает дверь, заходит в дом первым.

Глеб проводит меня, затем прочно закрывает дом на замок. Включает свет, затем задёргивает шторы.

— Садись за стол, маленькая, — мурчит Фёдор, затем лезет в бар и достаёт бутылку виски.

Глеб ставит три бокала. Его друг плескает туда янтарный напиток. Протягивает один мне.

— Пей, детка. Ты перенервничала, — командует Федя.

— Хорошо, — покорно делаю глоток, морщусь, — гадость!

— Пей давай, — Глеб осушает свой бокал, — расслабишься.

Я чувствую, как крепкий алкоголь растекается по телу приятным теплом. Допиваю с трудом. Затем ставлю бокал и смотрю на мужчин. Истерика и правда проходит, слёзы высыхают.

— Будущее, значит? — Глеб достает сигарету, делает затяжку.

— Да, я… — чувствую, как мой язык начинает заплетаться, — хочу знать!

— Наша крошечная пьянчужка, — ухмыляется Федя.

— Еще хочу! — двигаю бокал, но мужчина забирает его у меня. — ЭЙ!

— Хватит, детка. Не нужно в сиську ужираться. Тем более, что ты, скорее всего, ждешь ребенка.

До меня не сразу доходит. Кладу ладони на живот. Конечно, сейчас ничего