Золушка. Перезагрузка - Ямиля Нарт

Это открытие даровало мне чувство уверенности.

Перед отъездом я заглянула на кухню, где уже хозяйничали Кевин и миссис Дженкинс. Запах свежесваренного кофе смешивался с ароматом горячего хлеба.

— Кевин, у нас есть время до отъезда, — сказала я, привлекая его внимание. — Поможешь мне кое-что приготовить?

Его глаза загорелись интересом. Мы пришли в оранжерею, которую я начала потихоньку обустраивать под склад ингредиентов. Я достала купленные накануне баночки.

— Итак, основа всего — чистота, — начала я, как лектор у доски. — Поэтому сначала мы сделаем жидкость для умывания. Он будет мягко очищать кожу, не пересушивая ее. — Я показала ему бутылек с густой, почти прозрачной жидкостью. — Это мыльная основа на овсе. Она нейтральна. Сюда мы добавим несколько капель масла чайного дерева — это мощный природный антисептик. То есть оно убивает болезнетворные микроорганизмы, которые и вызывают прыщи. И немного гидролата ромашки нашего производства — чтобы успокоить кожу.

— Мисс Элис, а почему мы не просто зальем ромашку кипятком, как для чая?

— Потому что у нас разные цели, Кевин. Задача чая — вытянуть из растения вкус и некоторые полезные вещества в воду. Но вместе с ними в воду переходит много всего другого — красящие пигменты, дубильные вещества, которые могут быть грубыми для кожи, частички самого растения. Когда же мы делаем гидролат — мы нагреваем воду, она превращается в пар. Пар поднимается и проходит через цветки. От тепла пара из клеток растения выделяются летучие вещества — те самые, что отвечают за сильный запах и основные целебные свойства. Они уносятся паром дальше. Дальше этот пар, уже несущий в себе эфирные масла и другие летучие компоненты ромашки, мы охлаждаем. Он снова становится водой. Но это уже не простая вода. Это гидролат — вода, в которой растворены те самые концентрированные, отобранные полезные вещества растения. Она чистая, без взвесей и грубых примесей, и идеально подходит для ухода за кожей, потому что действует мягко и точно.

Кевин внимательно наблюдал, как я отмеряла капли с помощью пипетки, а затем тщательно перемешивала состав маленькой стеклянной ложечкой. На финальном этапе мы снова объединили силы и направили магическую энергию. Концепт микробов Кевину уже был понятен, поэтому нашими объединенными усилиями мы продлили срок годности и усилили свойства жидкости.

— А теперь — наше тайное оружие, — произнесла я, доставая маленькую баночку с белым кристаллическим порошком. — Салициловая кислота. Она будет проникать глубоко в поры и растворять те самые пробки — комедоны. И ее верный помощник — оксид цинка, — я показала ему другой пузырек. — Он подсушивает воспаления, снимает красноту и создает защитный барьер.

Мы приготовили две простые, но эффективные мази. Одна — на основе цинковой пасты с добавлением салициловой кислоты для точечного нанесения на самые воспаленные участки. Другая — более легкая, увлажняющая, с добавлением купленного в городе глицерина и масла жожоба, чтобы предотвратить пересушивание кожи.

— Вот, попробуй, — я протянула Кевину баночку с гелем и небольшие емкости с мазью. — Умывайся жидкостью утром и вечером, используй сразу после этого крем — на еще влажное лицо. А эту мазь наноси точечно на самые проблемные места. Но помни — только точечно! И всегда мой руки перед тем, как прикасаться к лицу.

Он взял баночки с такой осторожностью, будто это были древние артефакты, а не самодельная косметика.

Для встречи я снова облачилась в свой скромный «деловой» гардероб — серый костюм Лисандры. Виктор, молчаливый и напряженный, повез меня в город на встречу с Ковардом.

Встреча с Ангусом Ковардом была назначена в его конторе в Аэлисе. Кабинет управляющего мануфактурой «Масло и К°» оказался таким же, каким и должен был быть — строгим, дорогим и функциональным. Массивный стол из темного дерева, глубокие кожаные кресла, пахнувшие воском и дорогим табаком, на стенах — выцветшие карты торговых путей и детализированные схемы производственных цехов.

Сам Ковард встретил меня с деловой учтивостью, но в его глазах читалось неподдельное любопытство. Честно говоря, до недавнего времени я была уверена, что общаюсь просто с представителем компании, а не управляющим.

— Мисс Мёрфи, — он протянул руку для рукопожатия — жест, несвойственный аристократическим кругам, но привычный в деловой среде. — Рад видеть вас.

Переговоры были краткими и деловыми. Он извлек подготовленный договор. Я внимательно прочла каждый пункт, сверяясь со своими вчерашними конспектами, которые теперь лежали в моей сумочке. Я задавала уточняющие вопросы о порядке выплат роялти, о территориях действия патента. Мои формулировки были четкими, профессиональными.

Ковард слушал, и на его скулах играла легкая улыбка.

— Мисс Мёрфи, вы продолжаете меня удивлять, — сказал он, когда я поставила свою подпись — ровную, уверенную «Элис Мёрфи». — Где юная барышня из заброшенного поместья научилась юриспруденции? Я думал, вы не учитесь в университете.

— В книгах, мистер Ковард, — уклончиво ответила я.

Подписание документов о передаче патента на технологию очистки масла прошло быстро и эффективно. Я внимательно прочла каждый пункт, сверила суммы и условия — солидный единовременный платеж и скромные, но вечные проценты с каждой проданной бутылки. Перо скрипело по плотной бумаге, а чернила легли уверенным почерком.

— С вами приятно иметь дело, мисс Мёрфи, — произнес Ковард, запечатывая конверт с моей копией договора сургучной печатью с гербом его компании. — Ваша хватка и внимание к деталям впечатляют. Не часто встретишь такое в столь юном возрасте, — в его голосе прозвучала неподдельная искренность, смешанная с легкой, почти отеческой грустью. — Пожалуй, я даже завидую тому мужчине, который однажды сможет назвать вас своей партнершей как в жизни, так и в бизнесе. Увы, для меня эта честь уже недостижима — годы берут свое.

Я сдержанно улыбнулась, поблагодарив за комплимент. Его слова были лестны, но в них сквозила та самая снисходительность мира взрослых к «талантливому ребенку». Они все еще видели перед собой девочку, пусть и не по годам смышленую. Пусть так. Время все расставит по местам.

Выйдя из прохладной полутьмы конторы на оживленные, залитые солнцем улицы Аэлиса, я на мгновение ослепла от света и оглушительного гула голосов. Именно тут, у витрины модного ателье, я и столкнулась с ними лоб в лоб.

Мачеха Карэн Тревис. И ее дочери — Клара и Алексия, мои сводные сестры.

Они были с