Судьба солнечного дракона - Рацлава Зарецкая

пришел ко мне в покои перед сном, чтобы снова настаивать на близости. И, признаюсь, меня это задело. Потому что только я начала подумывать о том, чтобы действительно дать Армину то, что он хочет в обмен на помощь брату, как он решил отступить.

– Неужели пошел к кисен? – пробормотала я, теребя одеяло, которое натянула до подбородка. Из окон дул прохладный ветер, но закрывать ставни я не хотела. Возможно именно из-за гуляющего по покоям морского воздуха мне так хорошо спалось здесь.

Проворочавшись в постели до середины ночи, я все же уснула, а проснулась с твердым намерением прийти к Армину сама, если он снова не почтит меня своим визитом. Я здесь для того, чтобы строить мир между нашими королевствами, а значит, пора действовать. Как бы противны не были мне эти действия.

Однако перед тем, как действовать, мне следовало подготовиться.

Напустив на себя жалкий вид, я умирающим голосом позвала Мирён. Служанка сразу же вошла в покои. На ее лице отражалась тревога.

– Ваше Высочество, что с вами? – испуганно спросила она.

– Нездоровится, – хрипло ответила я и кашлянула в кулак.

– Ох, да как же так-то! – Мирён подошла ближе и принялась осматривать меня.

– Со мной все хорошо, – шепнула я ей. – Мне нужно провернуть одно дело. Подыграешь?

Служанка облегченно выдохнула и кивнула. Я еле заметно улыбнулась ей и поведала свой план. Едва я успела договорить, в покои влетела обеспокоенная дама Ок.

– Вашему Высочеству плохо? Что болит?

– Голова, – слабо отозвалась я, решив в последней момент не разыгрывать простуду. Наверняка ко мне приведут лекаря, который может меня разоблачить.

– Я схожу за придворным лекарем! Лежите и не шевелитесь! – Дама Ок поспешно вылетела из покоев.

Вскоре она вернулась с лекарем, который осмотрел меня, а затем прописал покой и какие-то настойки. Я слабым голоском отдала приказ никого ко мне не пускать, а Мирён отправить в город за особыми горными травами, которых якобы не было при дворе.

Когда суета вокруг меня утихла, мы с Мирён поменялись одеждой и местами. Служанка легла в постель и приготовилась изображать бедную больную принцессу, а я, опустив голову, осторожно вышла из покоев.

За дверями на страже стоял Туксури, которого я сначала испугалась. Однако телохранитель наследного принца даже не посмотрел в сторону служанки, продолжив стоять на страже будущей наследной принцессы.

Радуясь тому, что осталась незамеченной, я поспешила в комнату Мирён. Там сменила форму прислуги на обычную крестьянскую одежду и, сжав в одной руке именную табличку Мирён, а в другой написанное мной же разрешение на выход в город, поспешила к воротам.

Сердце отчаянно билось в груди от волнения. Каждый миг я боялась, что кто-то меня узнает и вернет обратно. Или, что еще хуже, отведет к королевам. Однако, вопреки моим страхам, никто меня не поймал, а стражники у ворот, проверив табличку и письмо, без проблем выпустили меня в город.

Выдохнув, я расправила плечи и зашагала к центру, где кипела жизнь. Собственно, в аптеку за снадобьем, которое помогает не забеременеть, я могла бы отправить и Мирён, но мне так хотелось посмотреть город и подышать воздухом свободы, что я решилась на эту авантюру.

Наследный принц, конечно, мой жених, и через месяц мы станем мужем и женой, но кто знает, что может произойти за это время. Может, Армин в самый последний момент решит отменить свадьбу и отошлет меня домой. Что я тогда буду делать с его ребенком в животе? А если он родится драконом? Не хочу, чтобы мой сын всю жизнь прожил с клеймом бастарда!

Даже ранним утром центр города кипел жизнью. В торговых рядах было шумно и пахло готовящейся на улице едой. Запахи сводили меня, так и не позавтракавшую, с ума. Живот урчал, требуя еды, а рот полнился слюной.

Осмелившись, я подошла к трактиру, где столы стояли прямо на улице, а мимо них расхаживала дородная женщина средних лет с белоснежным передником. Посетителей пока что не наблюдалась, и женщина не спеша приводила столы в порядок – протирала их тряпкой и расставляла столовые приборы.

– Извините, – робко обратилась к ней я.

Женщина подняла на меня вопросительный взгляд.

– Можно мне поесть? Или надо подождать открытия? У меня есть деньги.

Губы женщины растянулись в дружелюбной улыбке.

– Ну конечно можно, дорогая! – воскликнула она, подтолкнув меня к столу и усадив на лавку. – Небеса, ты такая худенькая! Сколько ты не ела?

– Со вчерашнего вечера, – не стала обманывать добрую хозяйку таверны я.

– А кажется, что неделю! Жди, я сейчас!

Женщина скрылась в доме и вскоре появилась с подносом, полном еды. Тут был и суп из морепродуктов, и кимчи, и яичные рулетки, а еще рисовые лепешки и несколько видов неизвестных мне закусок.

Я с жадностью набросилась на еду, которая показалась мне пищей богов. Хозяйка села напротив и с восхищением принялась наблюдать за тем, как я ем.

– Люблю, когда у девушек хороший аппетит, – сказала она, не отрывая от меня взгляда. – Как тебя зовут, милая? Ты не местная?

– Меня зовут Нара, – ответила я, вытерев капли супа с губ. – Я из Таль.

– Из Таль? – глаза хозяйки округлились. – Как же ты сюда попала?

– Не поверите, но с легкостью. – Я хитро улыбнулась и допила остатки супа прямо из миски.

– Вот тебе на-а-а, – протянула хозяйка. – Что ж, будем знакомы, Нара из Таль. Меня зовут Гудок, я хозяйка таверны «Саволь».

– Апрель? Почему именно этот месяц? – поинтересовалась я.

– Так звали мою покойную дочь. – Хозяйка тут же сникла, и я растерянно заморгала, виня себя за вопрос.

– Простите, что сую нос, куда не следует…

– Нет-нет, это было давно, – замахала руками Гудок. – К тому же, я толком и не воспитывала ее. Мне было всего семнадцать, когда ее отец, господин Пак, купил меня на невольничьем рынке. А спустя год появилась Саволь.

– Разве в Тэян разрешено рабство? – удивилась я.

– Нет, не разрешено, – качнула головой Гудок. – Но оно успешно процветает в других странах, например, в Королевстве Барам. Оттуда меня и привез господин Пак. Я очень понравилась ему, но он не мог взять меня в наложницы. Его ревнивая жена извела первых двух, и больше господин Пак не стал рисковать жизнями своих возлюбленных. Меня он любил тайно. Вскоре я забеременела, и господин Пак начал опасаться за мою жизнь, потому что его супруга могла обо все догадаться. Он стал думать, как ему лучше поступить со мной, но думал слишком долго. Его супруга заметила мой живот и обо всем догадалась. От страшных пыток и