Возлюбленная короля - Фрида Ли

На ложь Джейн мужчина раздраженно закатил глаза и шумно выдохнул.

— Отыщите камень и как можно больше! — отдал приказ он своим людям.

Джейн сильно занервничала, когда двое солдат спрыгнули со своих лошадей, а я… я никогда бы не смогла простить себе, если бы эта женщина пострадала из-за меня.

Сделала глубокий вдох, хоть и знала, что перед смертью не надышишься, приоткрыла дверь и вышла на крыльцо дома.

— Я здесь, — уверенно произнесла я, несмотря на задушивающий страх, который встал комом в моем горле.

— Агата, — шумно выдохнула Джейн. Её рука крепко сжала мои ледяные пальцы. — Агата, нет…

Быстро развязала свою косу и рыжие локоны упали на мои плечи, в знак подтверждения тому, что я была той, кого они искали. Конь всадника фыркнул и затряс головой, но сам всадник в своем высоком седле остался сидеть недвижно и смотрел на меня, а я — на него.

— Вы должны поехать с нами, — прочистив горло, обратился ко мне мужчина. — Королевский приказ.

— Если я поеду с Вами, Джейн будет в безопасности?

Белокурый мужчина положительно кивнул в ответ и протянул мне свою руку.

— Нет, Агата, нет… — еле слышно выдохнула Джейн, еще крепче сжав мою руку в своей. — Ты не должна…

— Должна, Джейн. Должна. Твоя шея и вправду слишком изящна. Ты спасла меня, а я тебя от наказания носить на своей шее позорный камень!

Отдернула свою руку и пальцы выскользнули из ледяной руки испуганной женщины.

— И чем же я провинилась? — обратилась я к мужчине, который с высоко задранным носом продолжал восседать в высоком седле. — Меня сожгут?

Мужчина громко рассмеялся.

— Насколько мне известно, королевский двор не закупал дополнительные связки дров.

— Кто Вы? Король?

Мои слова снова вызвали у мужчины смех.

— Лишь верный служащий. А Вы не из робкого десятка!

— Нет, я больше смахиваю на дуру, чем на бесстрашную женщину...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я вложила свою руку в крепкую мужскую ладонь, и он уверенно помог мне взобраться на коня. Одной рукой он обвил меня за талию, а другой крепко сжал кожаные поводья. Мужчина слегка надавил шенкелем на бок скакуна, и мы плавно тронулись в путь.

— Зачем я Вам? — осмелилась спросить я у него.

— Мне отдали приказ — доставить Вас ко двору и чтобы ни один волос с Вашей головы не упал. Как редкую жемчужину.

— Тогда где моя шкатулка? — ухмыльнулась я.

— Только идиот будет держать столь деликатную драгоценность в шкатулке. Намного безопасней в кармане, крепко сжав ее в своей руке.

Владельцу так будет спокойней, а вот жемчужине… Да кого волнует желание жемчужины?

Мигрень, словно наковальня, обрушилась на мою голову, отсчитывая каждую секунду, проведенную в жестком седле. Я понятия не имела, сколько времени мы скакали, но к концу этой стремительной поездки меня замутило. Мой бедный, потрепанный жизнью “Фиатик”, конечно, не мог похвастаться таким налётом романтики, как этот мощный конь, но, черт возьми, он был на порядок комфортнее!

Единственную передышку нам подарили лишь массивные каменные стены, внезапно возникшие на горизонте и скрывавшие за собой нечто грандиозное — огромный дворец, словно выросший из земли.

— Открывай! — прогремел властный голос у меня за спиной, и, повинуясь команде, деревянные врата распахнулись с угрожающим скрипом.

Звук спугнул стаю воронов, до этого мирно сидевших на башнях. Черная туча взмыла в небо, оглашая окрестности зловещим карканьем. Мурашки пробежали по моей коже, и я всем сердцем захотела развернуть коня и умчаться прочь, туда, где нет ни этих стен, ни этого голоса, но поводья, увы, были не в моих руках.

Конь неспешно двинулся вперед, и мы въехали в огромные центральные ворота. Наконец, остановились перед внушительным каменным сооружением, которое производило странное, двойственное впечатление. Оно одновременно напоминало неприступную крепость, роскошную резиденцию и… зловещую тюрьму.

Это был Тауэр. Не тот, что дожил до моих дней, истерзанный временем и туристами. Нет, передо мной возник Тауэр живой, дышащий, пульсирующий силой и мрачной историей. Камень его стен, казалось, излучал не холод и сырость, а некую первобытную энергию, словно он помнил каждый удар топора, каждую пролитую кровь.

Башни, нетронутые реставрацией, возвышались к небу, гордые и неприступные, словно стражи, хранящие вековые тайны. Флаги с гербами развевались на ветру, словно живые. В воздухе витал запах дыма, лошадей и чего-то еще… земли, крови и страха

Здесь не было ни толп туристов с камерами, ни сувенирных лавок, ни безликих экскурсоводов. Лишь грубые, обветренные лица стражников, одетых в стальные доспехи, и взгляды, полные подозрения и силы. Тауэр предстал передо мной не памятником истории, а живым свидетелем прошлого, местом, где вершились судьбы королей и плелись сети интриг.

Это был Тауэр, который я знала лишь по книгам и фильмам, Тауэр, который жил и дышал в своей жестокой и величественной эпохе. Это был Тауэр, от которого захватывало дух и по спине бежали мурашки…

— Спасибо, Джордж! — услышала я запыхавшийся мужской голос прямо за своей спиной. — Только ты мог сделать все так быстро! Я у тебя в долгу!

— Я это запомню, Ричард! — отозвался довольный собой мужчина с широкой улыбкой.

— Ричард… — едва слышно прошептала я, лихорадочно оглядываясь по сторонам, не веря своим ушам. Это не могло быть правдой.

Сильные мужские руки обхватили мою талию, помогая спуститься на землю. Сандаловое дерево и мускус… Этот аромат, который я помнила наизусть.

Тело пронзила дрожь, и я никак не решалась обернуться, боясь, что это всего лишь игра моего воображения. Боясь, что за моей спиной стоит кто-то другой. Кто угодно, только не мой Ричард. Но надежда, хрупкая и робкая, уже поселилась в моем сердце…

— Посмотри на меня, — тёплое дыхание коснулось моей шеи. — Прошу тебя, наградил меня своей улыбкой.

Я честно, хотела сделать как он попросил меня, но вместо улыбки по моим щекам потекли слезы.

— Ты не бросил меня, — выдохнула я, обернувшись.

Ореховые глаза и эта лучезарная улыбка заставили меня улыбнуться в ответ. И пусть по моим щекам текли слезы, а в груди все еще жгло, но я улыбалась! Снова улыбалась!

— Я бы никогда не посмел так поступить с тобой. — Его руки нежно обхватили мое лицо и притянули к себе. Теплые губы стали собирать каждую слезинку с моего лица, а потом наградили меня поистине райским поцелуем, который снова воскресил меня. — Я скучал. Как же я скучал по тебе, милая Агата.

— Ты заставил меня понервничать, — еле слышно ответила я ему, задыхаясь от эмоций.

Его руки еще крепче прижали меня к своей груди