Другие методы - Полина Ветер

Он делает брови домиком и закусывает губу, делая виноватое лицо.

– О нет! Ты повесил всё на Марину? Она и так света белого не видела!

– Кажется, её муж уже пару раз порывался за это время «встретить меня в тёмном переулке», только размер премии его останавливает. Пока ещё.

Мы смеёмся по-доброму, как будто действительно не было между нами каких-то разногласий.

Необычно слышать, как Даня зовёт отца по имени, но в целом разговор получился вполне сносный. Для начала нового этапа.

– Когда в следующий раз едешь в Германию?

– Недели через две-три. Посмотрим, как будет продвигаться. Там у них совсем всё по-другому: менталитет, погода… Единственное, вот тут отсутствие помощника ох как ощущается. Элементарно даже поболтать не с кем за ужином.

– Зато никто не зудит над ухом с глупыми напоминаниями.

– Пожалуй, да. Не хочешь вернуться на должность?

Вопрос звучит неожиданно.

– Вот сейчас? – Указываю на живот, намекая на «неловкое» положение.

– Ты не думай, что я настолько отчаялся, что пришёл уговаривать тебя вернуться на работу, – смеётся Даня. – Просто предлагаю: подумай. Не сейчас, когда поправишься. Насколько я знаю, ты безработная. И… Мы можем обсудить некоторые моменты. Например, необязательно ходить в офис каждый день, многое можно делать по удалёнке.

Предложение звучит о-о-очень заманчиво.

– Сергей это не одобрит.

Я знаю наверняка его реакцию. Мы уже заводили разговор о работе, и ответ был жёстко отрицательный. А тут ещё и к Дане вернуться… Это будет вообще шоу.

– Если хочешь, я могу убедить его.

– Зачем я тебе, если можно найти нормального работника с неограниченными возможностями? Я уж точно не смогу сопровождать тебя в командировках и гладить рубашки к шести утра.

Утрирую я, конечно. Но суть моих слов ему понятна.

– Я сам глажу свои рубашки. И одиночество во Франкфурте переживу. – Даня поднимается и принимается выкладывать фрукты из пакета на стол. – Допустим, я скажу, что мне понравилось работать с тобой. Ты не суетная, не истеричная, умеешь выключать голову, когда это нужно, и наоборот: выдавать результат на максималках в экстренной ситуации.

– Особенно в нашу последнюю встречу в офисе я вела себя не как истеричка. – Намекаю на то, как вылила на него все свои эмоции в тот момент.

– Тебя можно было понять. Не знаю, как я бы повёл себя на твоём месте.

Мы вновь вернулись к этому разговору. Невозможно его обойти. И я понимаю, что сейчас лучший момент для того, чтобы всё выяснить.

– Случилось так, как случилось. Но я до сих пор не могу понять, как ты сумел это провернуть.

– Было два комплекта документов. Первый ты изучила, второй подмахнула не глядя.

Выдыхаю.

Всё элементарно просто.

– Сергей был в курсе с самого начала?

– Наш разговор был записан на камеру. Он вызвал меня к себе и потребовал сделать то, что я сделал. – Даня отворачивается к окну и рассматривает там что-то невидящим взглядом. Потом поворачивается обратно ко мне: – Прости меня, Оль. Мне было что терять. И вдобавок я был на драйве от встречи с тобой. И не думал, что у нас всё так далеко зайдёт.

– Знаешь… – говорю ему. – Всё это в прошлом. И я ни о чём не жалею.

– Если ты о том, что между нами было, – я тоже.

– Теперь я его жена, Дань.

– Пойми, у меня нет цели вас развести. Просто ты нравишься мне как человек, вот и всё.

– Я не держу на тебя зла. Насчёт работы обещаю подумать. После того, как поговорю с мужем.

– Хорошо. Я рад, что мы наконец-то поговорили.

– Да. Как взрослые люди. – Улыбаюсь.

– Слушай, я уже утомил тебя, наверное. И вообще, сейчас время обеда. Поэтому ты кушай, поправляйся, телефон мой, если что, у тебя есть. Ну, я и сам позвоню тебе скоро, – выпаливает бодро. Потом спохватывается: – Можно ведь?

– Конечно.

– Ну, тогда я пойду. До скорого. Очень рад был тебя видеть.

– Взаимно. – Приподнимаюсь на постели.

Ещё секунды три он смотрит на меня не мигая, а потом всё-таки направляется к выходу.

– Пока. – Машет мне рукой.

– Пока. – Отвечаю тем же.

Откидываю голову на подушку и прикрываю глаза.

Меня захватывают эмоции.

Спокойствие.

Спокойствие.

Спокойствие.

Надо будет спросить, не принимает ли тут психотерапевт.

Кажется, сама я уже не справляюсь…

* * *

– Так что, Олечка, главное: соблюдать режим и правильно питаться. Конечно, никаких нервных потрясений. И не забывайте пить витамины, которые я вам прописал.

– Спасибо, Арам Суренович. Даже не знаю, как вас благодарить.

Доктор отвечает широкой добродушной улыбкой.

Несмотря на тот, самый первый странный разговор, мы с ним почти подружились.

Он вручает мне выписку, странно косясь на Удальцова, которого я и сама впервые за неделю вижу.

– Когда на следующий приём? – спрашивает Сергей бесцветно, будто для проформы.

– Через две недели, если всё будет хорошо. – Снова улыбается мне усатый обольститель. – При первых же подозрительных изменениях в состоянии сразу звоните мне.

– Да, мы помним.

Кажется, Удальцова всё это утомляет.

Я вообще в шоке от того, что меня выписывают. Ещё вчера об этом не было и речи.

И то, что Сергей сам за мной приехал, а не прислал Андрея, – тоже выглядит странным. Притом что ведёт он себя так, будто хочет поскорее с этим расквитаться.

– Почему ты не отвечал на сообщения? – Спрашиваю уже в машине. Да, я не выдержала и всё-таки написала ему пару смс.

– Не мог посмотреть. Телефон расквасил случайно.

Это что ещё такое? Ему что, пятнадцать лет?

– Мог позвонить хоть раз.

– Да, извини.

«Извини».

И всё.

Тишина до самого дома.

Я по-прежнему в ступоре от его поведения.

Не понимаю, зачем он забрал меня раньше времени… А это так, ведь Арам Суренович был недоволен, отпуская меня.

Почему тяжело молчит, сдвинув брови. Я ведь сорвалась лишь дважды за эти дни, написав ему, что скучаю и хочу домой.

Другие беременные не так прилежно себя ведут.

Даже сейчас, получив такой расплывчатый ответ на свой, в принципе, ожидаемый вопрос, не устроила истерику, а молча проглотила обиду.

Да, это именно она. Я обижена на Удальцова за то, что показал мне, каким может быть расслабленным, тёплым, заботливым… А потом резко снова спрятался в свою «бетонную ракушку».

Не успеваем зайти в квартиру, как он тут же ставит перед фактом:

– Ты отдохни, вещи разбери. Мне нужно в офис, скорее всего, буду поздно.

Я даже не успеваю отреагировать. Мужчина просто целомудренно чмокает меня в щёку и оставляет в одиночестве – офигевать от происходящего.

И чего, спрашивается, было дёргать меня из клиники, если я ему тут нужна