Маленькая слабость профессора некромантии - Таня Свон

— А почему что-то должно быть не так? – с привычной ему легкостью спросил Мор.

— Просто… Вы так смотрели на меня.

— Разумеется. Потому что мне интересно.

— Что именно?

— Ваша реакция. Я ведь говорил, мне хочется изучить вас, понять.

Ясно.

Легкое радостное возбуждение сменилось горькой досадой. Я снова была не другом и товарищем, не интересным собеседником, а лишь экспериментом профессора.

— Господин Люцмор…

— Да?

— Идите присядьте, — я кивнула на свободную каменную скамью подальше от хвоста очереди. – Стоять долго придется.

— А я и не против.

— А ваша нога? – с большей колкостью, чем стоило бы, подметила я.

Мор шумно вздохнул и взглянул на меня с немым укором.

— Мне не нравится быть подопытным экземпляром, — шепнула я так, чтобы слышал только профессор. – И если вы привели меня сюда только для того, чтобы пронаблюдать мою реакцию, будто я не человек, а эксперимент ходячий, то давайте просто уйдем.

Сказала это, а у самой сердце точно в тугой канат скрутило.

Уходить не хотелось. Я еще не увидела оракула, к которому и тянулась эта огромная очередь, не насладилась атмосферой великого храма…

Скорее всего, за бесконечно долгую жизнь оракула Пустоши я увижу немало прекрасного. Но тронет ли оно меня так, как сейчас? Вряд ли. Сердце и разум оракула – камень, в который замурованы знания.

— Для сами знаете кого, Лирида, вы слишком чувствительны. Разве правила не велят отринуть все…

«Все человеческое», — додумала я, а Мор закончил:

— Все, что мешает.

— Велят, — шикнула я. – Но пока у меня еще есть время чувствовать, ясно? И прямо сейчас я чувствую раздражение.

Я бесилась. Мне не нравилось, что день, который начался так приятно, превращался в общение ученого и подопытного.

«В этом нет ничего такого. Профессор лишь хочет расширить знания об оракулах. Они ведь такая редкость!» — убеждала себя, но без толку.

Все это «я хочу вас изучить, понять ваши мысли и душу, которой скоро не станет» — попытка влезть мне в голову, разворотить нутро в поисках ответов, которых у меня у самой нет!

Может, потому так и бесит настойчивость Мора в этом вопросе? Он жаждет знать обо мне то, чего сама не знаю. Или боюсь узнать.

Я обернулась на Мора, когда тот коротко рассмеялся. Вопросительно вскинула брови, продолжая при этом поддерживать суровый образ. Губы плотно сжаты, руки скрещены на груди, тело напряжено…

— Простите, Лирида.

— Прощаю, — огрызнулась я, едва сдерживая едкую ухмылку.

Улыбка Мора стала шире.

— Признаюсь, меня смешит тот факт, что первый ученик, который осмелился мне нагрубить… это вы.

«Вы – будущий оракул», — прочитала между слов.

— Будете рассказывать об этом другим, когда придете ко мне спустя годы? – туманно намекнула на время, когда стану оракулом. – Вы будете смеяться, а вам не поверят.

— Да… Не поверят, — как-то мрачно отозвался Мор и на этом разговор затух.

Я не понимала, что сказала не так. Было ощущение, что чем-то расстроила профессора. Глупое чувство, которое занозой засело глубоко под ребрами.

Что не так? Я ведь правду сказала!

В очереди до оракула Стража мы стояли около часа. Чем меньше людей перед нами оставалось, тем больше я волновалась. Пульс участился, когда впереди за толпой людей я увидела его… Точнее, ее.

33

Девушке на вид было не больше двадцати – моя ровесница. Черные волосы строго уложены. Серая одежда покрывала все тело, кроме головы и кистей рук, кожа на которых испещрена серебряными рисунками, что сияли и пульсировали в унисон со светом в глазах оракула.

У нее не было ни зрачков, ни радужек. Глаза заливало серебряное сияние, чем-то напоминающее лунный свет.

Оракул сидела на полу, подогнув ноги под себя. По обе стороны от нее стояли служители храма в точно таких же серых одеждах, просто чуть более скромных – без вышивки и из ткани подешевле.

— И как вам? – чуть наклонился ко мне Мор.

Я чувствовала, что он смотрит на меня и жадно впитывает каждую эмоцию, что ловит на лице. Я даже понимала, что в этом не стоит искать ничего, кроме научного интереса, о котором Мор неоднократно говорил… Но в тот момент я запретила себе впредь хоть как-то реагировать на подобные заявления.

Я должна быть выше страхов и обиды. Хладнокровие и ледяное спокойствие, которые исходили от оракула Стража, должны быть и моими главными чертами.

— Она невероятна, — искренне поделилась я.

Смотрела на нее и чувствовала, что хочу быть такой же. Хочу быть достойна своей роли оракула.

— И вас не пугает то…

Я с трудом отвела глаза от оракула и посмотрела на Мора. Тот казался немного растерянным, пока с трудом подбирал слова.

— Что?

— То, что в ней от человека почти ничего не осталось.

— Нет, — произнесла я. – Так ведь и должно быть.

Я ответила так, как должна была. Но слова Мора невольно пробудили во мне сомнения. Я внимательнее вгляделась в лицо девушки. Оно не выражало никаких эмоций, было почти мертвой маской, на которой шевелились лишь губы.

Голос оракула я пока не слышала. Ее слова предназначались лишь для тех, кто обращается к проводнику божественной воли. От остальных же гостей храма оракула и просящего будто отделяла невидимая стена.

«Та девушка мертва, — мелькнуло в голове, и по коже пополз холодок. – Живо лишь ее тело, отданное осколку разума бога».

Я мотнула головой. Прочь сомнения и страхи! Я знала о своей судьбе с десяти лет и готовилась к ней! Почему же теперь, стоя почти на пороге великого предназначения, я вдруг дрожу, как листочек на ветру?

Между нами и оракулом скоро остался всего один человек в очереди. Мы с Мором застыли у незримого ограждения.

— Вы уже знаете, о чем будете спрашивать?

Я невинно похлопала ресницами.

— А я о чем-то должна… спросить?

Я-то думала, что пришла просто посмотреть на оракула вблизи!

Как назло времени думать особо не было. Человек перед нами очень быстро поднялся с колен, поклонился девушке и ушел.

Опустевшее место на полу перед оракулом теперь ждало нас.

Я сделала все, как полагалось. Поклонилась, села на колени, руки сложила на бедра и низко опустила голову. Мору потребовалось чуть больше времени, чтобы