Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

Ее беспокоит только ее бизнес. Ей нет дела до благополучия Аурелии, только до того, что у нее был шанс разводить то, что она держала в темноте под своим владением. Этого *я* даже не выяснил. — Надеюсь, это не ленивец, которого ты пытаешься разводить, — говорю я. — Или какой-нибудь экзотический голубь из Перувии.

Коллекционер бросает на меня взгляд, который говорит, что она хочет вырвать мне глаза и поджарить их, как зефир, над костром. — Мне нужно возвращаться.

— Ты не останешься? — с удивлением говорит Шарлотта. — Почти рассвело.

— Я хочу вернуться, — повторяет Катерина. Меня очень радует видеть ее такой обеспокоенной. Видеть ее *параноидальной*.

— К своему стаду, — подтверждаю я. — Или болоту? Как, *вообще*, называется группа крокодилов?

— Группа крокодилов называется смертельной ловушкой, — рычит Титус, доказывая, что он снова бесполезен.

— И у металлической головы есть несколько слов, — удивленно говорю я, когда Коллекционер встает из-за стола, бормоча себе под нос.

— Я буду на связи, — объявляет она.

Мейс подходит, осматривая Ксандера, стоящего неподвижно и слушающего у двери. — Твой отец не принял бы тебя обратно, если бы не я, — тихо бормочет он, низко и высокомерно. — Я предложил, что это может быть одной из немногих вещей, способных сломать компанию Косы Харкороуса, и я оказался прав. — Он усмехается, протягивая руку, чтобы похлопать дракона по щеке. — Ты справился с этой работой лучше, чем кто-либо другой мог. — Ксандер не дает никакой реакции. Ни дрожи губ, ни моргания. Я впечатлен. Мейс поворачивается к Катерине. — Посмотри вечерние новости сегодня. Ты не захочешь пропустить мое объявление.

Ах, да. Вторая фаза начинается.

Глава 14

Аурелия

Клюв встречает меня на крыше общежития анимусов следующей ночью, опуская свои огромные когти на стену и распушая крылья. Академия находится в полной изоляции, к досаде многих студентов. Но новости разнеслись, будь то по запрещенным телефонам или через волков, о том, что произошло в Особняке Клосон, и все быстро успокаиваются. Орлы, соколы и несколько какаду — те птицы, которым Клюв доверяет, — весь день патрулировали главные дороги, как было сказано.

— Есть что сообщить? — спрашиваю я, скрестив руки, осматривая ночное небо. В мире чувствуется холод, от которого хочется потереть руки, но я знаю, что это отсутствие моих парных заставляет меня мерзнуть.

Я все еще чувствую последствия *значительного* присутствия Ксандера внутри меня прошлой ночью. С его исцелением, проходящим через меня, моя нога сегодня совсем не болела. Вид его возвышающейся астральной формы, входящей в мою дверь, зажег меня так, как не могла жажда крови. Это был не первый призрачный человек, которого я *хотели* увидеть. Я хотела услышать поющий голос Дикаря или сверкающие глаза Косы, или внушительную поступь Лайла. Но когда я увидела его, что-то во мне осознало, что это был тот, кого я *нуждалась* увидеть больше всего. Эта черная метка... эти светящиеся глаза... высокомерная поза.

Он понимает, что значит быть одному. Он понял, что в тот момент мне нужны были огонь и сера. Коса всегда говорил, что мы с Ксандером более похожи, чем я думаю. Мы — зеркала, и это вызывает в нас обоих реакцию, когда мы видим свое отражение.

В настоящее время Клюв обращается в человеческую форму, чтобы иметь возможность говорить. Он держит свой фронт уважительно направленным на территорию, чтобы мне не пришлось видеть его всего.

— Ничего примечательного весь день. — Эти острые глаза расширены, когда они рассматривают каждый дюйм меня в свете полумесяца.

Сегодня ночью темно. Ночь для хищников.

Что-то в нем знает это обо мне теперь. Возможно, они всегда это чувствовали, но у самцов есть ужасная привычка использовать то, что они видят своими глазами, вместо здравого смысла. Теперь, когда он увидел, на что я способна, что я сознательно *сделала*, он... очарован.

— Держись от меня подальше, — предупреждаю я, потягиваясь и стягивая свое мини-платье из стрейча. — У меня нет настроения разговаривать сегодня вечером. Я буду отдыхать каждые три часа. Кто мой напарник?

— Я, моя леди.

Я киваю и превращаюсь в дракона. Клюв взрывается в свою орлиную форму рефлекторно, уклоняясь, ныряя вниз. Я взлетаю вверх и сквозь синий купол, оставляя Клюва использовать выход для птиц-охранников в одной из сторожевых башен. Он сказал мне, что лучший способ патрулировать академию — это двум летунам делать это, одному по часовой стрелке, а другому против часовой. Я буду летать намного выше него из-за моего большего размера, но таким образом мы не заскучаем от однообразного пейзажа.

Мое ночное зрение как у дракона превосходит все остальное. Я вижу тепловые сигнатуры в крошечных точках внизу, так что любой, кто движется в машине, сразу привлечет мое внимание. Мне требуется более часа, чтобы войти в ритм патрулирования. Я гипербдительна и сосредоточена с самого начала, и агитация от осознания возможных врагов никогда не утихает.

Во время карантина я не могу разговаривать с друзьями, кроме как по телефону, и у Минни не было настроения разговаривать сегодня. Йети любезно рассказал Сабрине и Стэйси о том, что произошло, пока я размышляла в своей комнате. Я даже не получаю утешения от Генри или Юджина в течение следующих трех дней, пока я жду последствий того, что мы с Минни сделали.

Совет был слишком готов потребовать моей казни и раньше. Они были слишком готовы отправить Дикаря в тюрьму Блэкуотер. Я уверена, что мой отец использует это, чтобы представить меня безумной и нуждающейся в изоляции или в чем-то похуже, и они, несомненно, придут в академию, чтобы противостоять мне.

Руфус и Мардук позвонили мне этим утром и спросили, хочу ли я спрятаться где-нибудь еще. Их голоса были осторожны, как будто они уже знали ответ.

— Я уже делала пассивное, — сказала я. — Я пыталась прятаться. Я пыталась ждать. Я даже отдавала себя им. Хватит.

Мой телефон снова зазвонил после Мардука, номер был неизвестен. Я не взяла трубку. Вместо этого я позвонила Гиацинт Дабу и задала ей еще несколько вопросов, затем я проконсультировалась с некоторыми учебниками по змеиной магии, которые Клюв принес мне из библиотеки.

Я сделала наблюдения. У меня были... мысли.

Никаких грузовиков Совета Зверей, мчащихся по дороге, до конца ночи не было. Это не до следующего вечерних новостей в 5 часов, когда моя ложка застывает в пяти сантиметрах над моим обедом, приготовленным в микроволновке. Клюв выпрямляется в кресле рядом со мной.

Имя Минни вспыхивает на моем телефоне, и я беру трубку. — Включи