Невеста в довесок - Екатерина Сергеевна Верхова

Он даже мог бы смириться со своей собственной силой, попробовать с ней справляться каким-то другим способом, без вливания в наследника, найти нужный ритуал, но…

— Ваше императорское величество, — тихим хриплым голосом позвал Нейтана лекарь. — Мы должны решить, оставляем мы жизнь матери или ребенку?

* * *

Ксения Волкова

— Ваше императорское величество, — сквозь темноту сознания я услышала незнакомый мужской голос. Пыталась податься к нему, но не смогла пошевелить ни рукой, ни ногой. — Мы должны решить, оставляем мы жизнь матери или ребенку. Но я должен предупредить, леди Ксана находится в пограничном состоянии. Единственное, что удерживает ее, — магия вашего наследника. Я не уверен, что смогу ее заменить, вам придется самому вливать в нее схожие чары, когда плод…

— Не плод, а ребенок, — Нейтан почти прорычал. Он тоже тут? Что происходит? Я помню… я помню боль. А теперь я тут. Где тут? И что с малышом?

Попыталась мысленно до него дозваться, но не почувствовала никакого отклика. Паника охватила в тот же миг. А если он пострадал?! Господи, Нейтан, если ты меня слышишь, если можешь хотя бы часть моих эмоций уловить — спасай жизнь нашему малышу!

Впрочем, о чем это я? Наследник ему явно нужнее.

И от этой, казалось бы, довольно грустной мысли сделалось спокойно. Малыш должен выжить.

— Что это был за яд? — Правитель, казалось бы, постарался взять себя в руки. Но я слышала в его голосе дрожащие от напряжения нотки.

— Это яд Куринкуса, неестественного происхождения. Выведен с помощью ведьмовской силы. Он, как правило, долгосрочного действия, но зависит от той дозы, что леди Ксана приняла. Ее пока установить не удалось. Если ей добавили весь бутылек, то отравление организма могло последовать почти в тот же миг, если же небольшую часть… тогда ей могли подсыпать его задолго до… — лекарь, а я посчитала, что это именно он, закашлялся, — произошедшего.

— Если я найду ведьму, которая создала этот яд, удастся спасти обоих? — Нейт договорил сдержанно и сухо. Видимо, уцепился за луч призрачной надежды.

— Ваше императорское величество… — Голос лекаря прозвучал сдавленно. — Счет идет на минуты. Даже при всей вашей мощи…

— Замолчи, — оборвал его Нейтан. Я услышала, как он тяжело выдохнул, в попытке вновь сохранить концентрацию.

Боялась ли я умереть? Нет. Если жизнь малыша стоила моей смерти, то я была согласна. Он важнее. Намного важнее меня, и вовсе не потому, что он какой-то там наследник.

Как только эта мысль промелькнула в моей голове, я вновь потянулась к ребенку. Хотелось коснуться его хотя бы разочек, еще раз ощутить его магию. Последний раз перед смертью.

И внезапно почувствовала слабый отклик. Уже знакомая магия мурашками обняла меня за плечи, будто бы мой малыш пытался меня утешить, приободрить, заставить поверить в то, что нам удастся выбраться из этой заварушки обоим.

— Ваше императорское величество, я готов ответить жизнью за этот вопрос. Но вам нужно принять решение. Либо она, либо наследник. — Голос лекаря звучал глухо.

— Я… — едва слышно прошептал Нейтан, и я почувствовала, как его теплая рука сжимает мою, как судорожно его пальцы пытаются ухватиться за мои. Я… Я чувствую?!

Вздох получился такой судорожный, будто бы я несколько минут провела под водой. Я кашляла, никак не могла отдышаться. Из глаз текли слезы, с губ срывались всхлипы. Испугавшись, что решение было принято без меня, я накрыла свободной рукой живот и в тот же миг уловила магический отклик.

Мое крохотное солнышко убеждало меня, что все хорошо, что он в порядке.

— Ксюша? — неверящим тоном спросил Нейтан, еще крепче сжимая мою руку.

Я не уловила ни движения, ни порыва, просто вдруг оказалась в осторожных мужских объятиях. Чувствовала дыхание мужчины на своей шее, чувствовала его уже отступающую боль — последнее лишь эмоционально, но этим эмоциям я верила.

— Все хорошо, — пробормотала я сдавленно. В горло будто песка засыпали, а потому говорила я с трудом. — Мы оба в порядке.

— Как? — Только сейчас я могла разглядеть изумленного лекаря. Невысокий мужчина с густой бородой и заостренными ушками. Я бы сказала, что помесь гнома и эльфа, но разве такое возможно?..

— Я не знаю. — Нейтан уже отстранился, и я пожала плечами. — Я просто почувствовала магию ребенка и вернулась…

Теперь то, что происходило каких-то жалких пару минут назад, казалось дурным сном. Я наслаждалась тем, что чувствую, тем, что дышу, и безгранично благодарила свое маленькое солнышко за то, что он мне помог.

— Вы не могли бы оставить нас на пару минут? — приняв протянутый лекарем душистый отвар, попросила я.

— Но… я не уверен, что…

— Пару минут, — попросила я, глядя при этом на Нейтана.

— Ступайте, я буду тут. — Император понял.

Полугном-полуэльф кивнул и засеменил к выходу. Как только за ним закрылась дверь, я тут же накинулась на Нейтана.

— Если еще хоть раз перед тобой встанет такое решение, всегда выбирай ребенка! — твердо произнесла я. — Каждая секунда сомнений, хотя мы оба знаем, что решение ты принял еще в самом начале, может стоить ему жизни!

— Ксюша, — Нейт просто произнес мое имя. С какой-то странной улыбкой из прошлого. Так он улыбался когда-то давно, когда был для меня не правителем Империи Пяти Королевств, а простым мужчиной.

— Нейтан? — Я театрально изогнула бровь, хотя тоже не смогла сдержать улыбки. О Боги, и я, и мой малыш живы! Спасибо вам за это!

— Иди-ка ты сюда. — Мужчина сам подался вперед и вновь крепко меня обнял, опуская одну руку на мой живот. Спустя пару мгновений, когда я уже начала сомневаться в реальности происходящего, уже твердо добавил: — Ни ты, ни наш сын больше в такую ситуацию не попадете. Мы найдем того, кто это сделал… У тебя есть варианты?

Я прикусила губу. Вариант у меня и правда был. Единственная, кто мог мне скормить яд, — Даррсия. Вот только зачем ей это?

— Мы уже начали расследование, но если ты что-то помнишь…

Я молчала. Не знаю почему. С одной стороны, понимала, что лучше бы сказать об этом сразу, но не знала, как лучше донести мысль. Все же эта женщина была очень близка Нейту. А теперь…

— Ксю, мы можем поговорить потом, когда тебе станет легче, — обеспокоенно добавил Нейтан, отстраняясь и окидывая меня внимательным взглядом.

Будто бы у меня на лице или животе почти тут же выскочат рекомендации по лечению. Мол, да, сейчас лучше ее ни о чем не расспрашивать.

Или: Ксении Волковой полагается полный покой, выйдите, пожалуйста, из комнаты.