Эпоха безумного короля - Анастасия Райнер

– Мы и есть сестры, – тепло улыбнулась Анна. – Названные.

Марион прильнула плечом к Анне, устраиваясь поудобнее, и после короткой паузы вдруг спросила:

– У тебя тоже возникают какие-то особые ощущения в присутствии вампиров?

Анна отрицательно покачала головой, пытаясь убедить прежде всего себя. Словно нет никакого мистического магнетизма между ней и верховным протектором. И при каждой встрече с ним ее сердце не выпрыгивает из груди, а в легких не заканчивается весь воздух. Ладони не начинают холодеть, а по спине не разбегаются мурашки. Будто ничто в этом вампире ее не интригует, не притягивает. Она кремень, которому не нужно волноваться при одной лишь мысли о Гессе. Кремень, который не может бросить в жар или в трепет.

Если Марион ничего такого не чувствует, то как же несправедливо складывается действительность! Анна едва сдержала судорожный вздох. И пока дьявольское наваждение не исчезло, она пообещала молиться еще усерднее.

* * *

Настал новый день, но их заточению в замке не было видно конца и края. Атмосфера стояла гнетущая. Свободно бродить по территории не позволялось, так что вся их жизнь проходила в небольшом пространстве между спальней, трапезной и гостиной, неизменно под присмотром гвардейцев.

Попытки заговорить с другими девушками оказались тщетными. Всякий раз те отвечали односложно, а то и вовсе отстранялись. Каждой было что скрывать. Никто никому не доверял.

После обеда, чтобы скрасить досуг, гостьям позволили выбрать в библиотеке книги. Марион взяла первый попавшийся томик сказок. Анна попыталась отыскать научные труды о вампирах и, не найдя их, схватила какой-то сборник о первооткрывателях новых земель. Вместе с тем она проследила, какие книги привлекли внимание остальных невольниц.

Октавия остановила выбор на пособии по этикету, будто специально сообщая о пробелах в воспитании. Бетти Морган сняла с полки книгу о птицах, в которой иллюстраций было больше, чем текста. Ну а Матильда, Таня и Альма не взяли вообще ничего, сославшись на то, что читать не любят.

Вечер прошел за пустыми разговорами, из которых нельзя было выудить ничего полезного. Слуги также оставались молчаливы, исполняли ежедневные обязанности со скорбными лицами, игнорируя чьи-либо вопросы.

Книга, выбранная Анной, оказалась интересной. Истории о дальних странах завораживали. Оказалось, что у других народов представления о божественном разнятся, иногда значительно, иногда не очень. Однако у каждой веры имелось схожее ядро: любовь всегда исходит только от Бога. Любовью не испытывают и не терзают, а награждают. Ее посылают в дар, даже если она не взаимная, потому что она прекрасна сама по себе. Любовь придает смысл существованию, побуждает творить, а всякое творение есть часть господнего промысла.

Все это напоминало о недавнем разговоре с верховным протектором. Анна впервые задумалась над его словами: откуда в ней эта ненависть, эта непоколебимая убежденность в том, что вампиры есть величайшее зло? Сама ли она дошла до этого вывода или кто-то его внушил? И это было не единственное, в чем заставила усомниться книга.

В ней нашлось немало иллюстраций древних пещерных храмов, монастырей, переводов сакральных текстов. Некоторые из них оказались значительно старше Святого Писания, что просто потрясало. Может ли истинная вера появиться позже остальных? И как узнать, чей Бог правдивее? Ни на один из этих вопросов ответа у Анны не было.

Ни протектор, ни генерал Итан Клемент так и не объявились. Лишь ближе к ночи с нижнего этажа вновь раздались ужасающие вопли, от которых у всех стыла кровь в жилах. Если нашлось кого пытать, значит сегодняшний рейд протектора прошел продуктивно.

– Не представляю, каково это – изо дня в день заниматься пытками, – покачала головой Таня. Сидя перед камином, она обнимала себя руками, и это смотрелось так, словно она пыталась отстраниться от всего плохого. – Разве можно сохранить рассудок, причиняя другим такие страдания?

Косясь на охранников, Таня старалась говорить тише.

– Ты мыслишь в рамках человеческой морали, – вмешалась Анна, оторвавшись от чтения. – Вампиры воспринимают этот мир иначе. Людские страдания им слаще меда.

– Тебе-то откуда знать? – скептически усмехнулась Бетти.

– Выжить хочу, вот и интересуюсь.

Бетти сузила глаза:

– Может, и охотником стать хочешь?

– Не исключено. А каково твое отношение?

Раскинув руки, Бетти изобразила чаши весов и наигранно задумалась:

– Хм, дайте-ка подумать… С одной стороны – смерть в бою против совершенных хищников, с другой – вечная молодость, сила и красота. Даже не знаю, что выбрать.

– Вампиры тоже смертны, – напомнила Анна.

Возможно, Бетти говорила сейчас неискренне. Она вполне могла бы играть, а могла и действительно так думать. И в таком случае в мире стало бы больше на еще одного человека, готового продать душу.

– Вампиры смертны? – оживилась Альма Торн, впервые за день подав голос. Ее и без того огромные глаза округлились. – Я этого не знала.

– И как их убить? – подключилась Таня. – Они же умеют самоисцеляться, разве нет?

– Умеют. – Анна перешла на шепот. Все, кроме Бетти, подошли ближе и расселись вокруг нее. – Но для восстановления нужно время, и оно отнимает много сил. Чтобы заживлять раны, вампиру необходима постоянная подпитка кровью. Если нанести серьезные повреждения и лишить источника питания, вампир ослабнет настолько, что больше не сможет сопротивляться. И тогда останется только добить. Так что никакие они не бессмертные.

– Откуда ты все это знаешь?

Анна пожала плечами:

– Просто много слушаю и подмечаю.

* * *

Утром следующего дня, сразу после завтрака, девушек вызвал генерал Клемент. Под его надзором приглашенный из Велены цирюльник тщательно осмотрел девичьи волосы, уделяя особое внимание корням. После чего, как и предполагалось, замок покинули блондинки Матильда и Таня.

– Сколько нам еще торчать в четырех стенах? – обратилась к генералу Анна, как только он сопроводил их в гостиную, чтобы вновь запереть.

Тот смерил Анну оценивающим взглядом. Челюсть вампира сжалась, выдавая недовольство.

– Насколько помню, утверждалось, что мы не пленницы, а гостьи! – присоединилась Марион, вздернув правую бровь.

Бетти тоже не захотела отмалчиваться:

– Разве так поступают с гостями?!

Клемент сдержанно кивнул.

– Ваше недовольство понятно. Обсужу это с верховным протектором.

Резко развернувшись, он покинул помещение прежде, чем посыпались новые вопросы.

– Смелости тебе не занимать! – Бетти воззрилась на Анну с нескрываемым восхищением.

– Вы тоже молодцы, что не побоялись высказаться. Так или иначе, им придется к нам прислушаться.

Остальные закивали. Особых надежд никто не питал, однако после обеда им разрешили прогуляться по саду, а вечернее чаепитие состоялось уже на открытой веранде. Свежего воздуха оказалось достаточно, чтобы все почувствовали себя лучше. А