Адептка вне закона, или как спастись от ректора! - Анастасия Алексеевна Смирнова

мне, Веспер. Если вы каким-то чудом выиграете этот турнир... какое именно желание вы попросите у Главы Академии? Свободу? Легализацию ваших фальшивых документов? Или... что-то болееличное?

Его голос понизился до обволакивающего, хриплого шепота. Я, словно под гипнозом, медленно повернула голову к нему. Наши глаза встретились. Между моими и его губами было от силы несколько жалких сантиметров.

— Я бы попросила, — выдохнула я, не в силах отвести взгляд от его губ, — чтобы Глава Академии перестал играть со мной в жестокие кошки-мышки.

Взгляд Рейна резко потемнел, превратившись из серого в грозовой. Он медленно поднял руку с подлокотника, его длинные пальцы обжигающе, невесомо скользнули по открытой коже моей шеи, заставляя магию Бездны внутри меня радостно, ослепительно вспыхнуть в венах.

Но именно в этот, раскаленный до предела момент в пустом коридоре гулко, набатом пробили главные часы на башне. Три часа ночи.

Магистр тяжело моргнул, и наваждение, окутывавшее нас, спало. Он резко выпрямился, отступая на шаг и мгновенно возвращая себе привычную, непробиваемую ледяную броню ректора.

— На сегодня достаточно, адептка. Идите спать. Завтра утром жеребьевка. Посмотрим, насколько благосклонна к вам будет судьба.

Утро наступило слишком быстро и безжалостно. Большой Зал гудел, как гигантский растревоженный улей. На возвышении, прямо по центру, перед длинным преподавательским столом, гордо стоял Кубок Распределения — массивная, тяжелая чаша, вырезанная из цельного куска черного хрусталя и объятая холодным, не обжигающим синим пламенем.

Я стояла в толпе между позеленевшей от страха Ирис и нетерпеливо переминающимся с ноги на ногу Грогом.

— Внимание! — магически усиленный голос Рейна прокатился под высокими каменными сводами, заставляя всех замолчать. Он стоял у Кубка, выглядел безупречно, строго и отстраненно, словно и не он несколько часов назад сводил меня с ума одним лишь шепотом в темном архиве. — Кубок готов назвать боевые двойки.

Пламя в хрустальной чаше вспыхнуло ярче, закрутилось спиралью, и в воздух начали со свистом вылетать светящиеся имена, сплетаясь в искрящиеся пары.

— Ирис Вэйн и... Томас Финн! — торжественно огласил магистр Вивальди.

Ирис рядом со мной шумно, со всхлипом выдохнула: Томас был крепким, спокойным парнем с факультета артефакторов. Ей повезло.

— Грог Несокрушимый и... Лира Сильвер!

Орк радостно, оглушительно заулюлюкал, потрясая кулаками, а стоящая на другом конце зала хрупкая эльфийка-целительница Лира с тихим писком обреченно закрыла лицо тонкими руками.

Имена сменяли друг друга, сгорая в воздухе. Я сжимала кулаки в карманах мантии так сильно, что ногти до боли впивались в ладони, оставляя полукруглые следы-лунки.

Вдруг гудящее пламя в Кубке резко изменило цвет. Из ровного, спокойного синего оно стало тревожно-багровым, начало плеваться искрами, а затем — на одну страшную долю секунды — полыхнуло тем самым, до боли знакомым мне плотным фиолетовым светом Бездны. По огромному залу пронесся единый, испуганный вздох сотен голосов.

Из ревущего пламени вырвалось мое имя, написанное искрящимися, почти черными рунами: «Алексия Веспер».

Оно повисло в воздухе в абсолютном, пугающем одиночестве. Второго имени не было. Кубок злобно зашипел, выбросил под потолок сноп едких черных искр, хрустнул и... полностью погас.

В Зале повисла мертвая, звенящая тишина, в которой было слышно, как кто-то на задних рядах уронил перо. Ни один древний артефакт в Академии не должен был ломаться на банальной жеребьевке.

Я в ледяной панике посмотрела на возвышение. Профессора за столом тревожно засуетились, кто-то потянулся во внутренний карман за боевой палочкой. Но Дариан Рейн спокойно поднял руку в черной перчатке, одним жестом останавливая зарождающуюся панику. Он медленно подошел к потухшему хрустальному Кубку, плавно провел над ним раскрытой ладонью и обернулся к застывшему залу.

Его острый взгляд вонзился точно в меня сквозь сотни голов, и в его глазах я отчетливо прочитала свой приговор.

— Возникла редчайшая магическая аномалия несовместимости резервов, — громко, жестко чеканя каждое слово в абсолютной тишине, произнес ректор. — Кубок не смог подобрать для адептки Веспер напарника равного потенциала среди студентов Академии.

Зал ахнул. Студенты вокруг меня инстинктивно отшатнулись на шаг назад. «Несовместимость»? Это в переводе на простой язык означало, что моя магия либо слишком ничтожна, чтобы ее учитывать, либо... слишком смертоносна для окружающих.

— Согласно тридцать четвертому, древнему пункту Устава о проведении турниров, в случае абсолютной несовместимости, студент получает напарника исключительно из числа преподавательского состава, — Рейн выдержал гениальную, театральную паузу, наслаждаясь моментом. Его красивые губы тронула та самая, едва заметная дьявольская полуулыбка, предназначенная только для меня. — Адептка Веспер. На этом Зимнем Турнире вашим напарником буду я.

Ирис рядом со мной издала странный звук лопнувшего воздушного шарика и медленно, как в замедленной съемке, осела на деревянную скамью.

А я стояла посреди расступившейся толпы, совершенно не чувствуя собственных ног. Властный ректор, мой ненавистный куратор-инквизитор, мужчина, одно присутствие которого заставляло мое сердце биться на пределе возможностей, теперь официально стал моим партнером на кровавой боевой арене.

И что-то мне интуитивно подсказывало: на этих так называемых «тренировках» мы будем сдирать друг с друга далеко не только спесь.

Глава 11. Тренировочный полигон для слухов и одного темного ректора

Тишина под высокими сводами Большого Зала продержалась ровно три удара сердца. А затем пространство взорвалось тысячеголосым, оглушительным гулом. Студенты вскакивали с дубовых скамей, опрокидывая кубки, кричали, возмущенно тыкали в меня дрожащими пальцами. Рослые девицы с факультета боевых магов сверлили меня такими ненавидящими взглядами, будто я только что лично украла у них смысл жизни, жениха и последние сбережения.

— Собрание окончено! — рявкнул Рейн. Его голос, многократно усиленный магией, невидимой плетью хлестнул по ушам, заставив всех мгновенно, испуганно замолчать. — Адепты, разойтись по аудиториям. Адептка Веспер, жду вас сегодня ровно в полночь на Малом тренировочном полигоне. Форма одежды — боевая.

Он развернулся так резко, что полы его тяжелой мантии взметнулись черным вихрем, и стремительно покинул возвышение, оставив меня на растерзание разъяренной толпе.

— Лекса... — Ирис, наконец, отмерла и вцепилась в мой локоть ледяными пальцами с поистине мертвой хваткой. — Лекса, ты хоть понимаешь, что это значит?

— Что я не доживу до конца этого семестра? — нервно сглотнула я, глядя на пустую дверь, за которой скрылся ректор.

— Что ты либо станешь абсолютной легендой этой Академии, либо сгоришь на костре Инквизиции после первого же тура! — трагичным, срывающимся шепотом выдала подруга, волоком утаскивая меня к выходу. — Напарница Главы! Да тебя теперь половина девчонок Академии попытается отравить за ужином просто из банальной зависти!

Мрачные прогнозы Ирис оправдались куда быстрее, чем я ожидала. До самого вечера я успела стать главной темой для жарких сплетен на всех курсах. Варианты моей магической «аномалии»