Попаданка в беременную. Случайная жена дракона - Анжелика Янчевская

И он начал говорить. Его слова лились прямо мне в мозг, быстрые, четкие, безжалостные.

–– Та девушка, Мэри. Она была не просто служанкой. Она работала на горные кланы. Тот самый лорд Фаре, которого ты видела, — ее куратор. Заморочил девчонке голову, пообещав любовь и деньги. Ее задачей было не сорвать свадьбу. Ее задачей было забеременеть. Опоив лорда зельем, и переспав с ним. И она это сделала. В ту самую ночь, когда я тебя перенес.

Я ошарашенно смотрела на Кайдена, представляя , как сейчас буду все объяснять, который, в свою очередь, наблюдал за выражением моего лица.

–– После той ночи она приняла зелье. Редкую дрянь, блокирующую связь отца с ребенком. Она должна была принимать его каждый месяц, чтобы мой потомок так никогда и не почувствовал своего наследника. Их план был чудовищен. Они хотели, чтобы он почувствовал не жизнь ребенка, а его смерть. Внезапный разрыв кровной связи свел бы его с ума или убил. Это было бы идеальным ударом.

План был прост и жесток.

У меня подогнулись колени. Я схватилась за край стола, чтобы не упасть.

–– Но они ошиблись, жизнь детей бесценна, — продолжал Ворчун. — И боги дали мне силу спасти свой род, а ее душу уничтожили. Без права на перерождение. И в тот самый момент, когда ее тело опустело, я выдернул твою душу, из твоего о мира и поместил ее сюда. Ты не принимаешь зелье. Блок слабеет. Скоро он почувствует свое дитя. Очень скоро.

Я смотрела на Кайдена, и мир плыл перед глазами. Все встало на свои места.

— Это правда, — прошептала я, поднимая на него взгляд. Мои губы едва двигались. — Это твой ребенок.

Я пересказала ему все. Заплетающимся языком, сбиваясь и путаясь, я выложила ему всю ту дикую, невозможную историю, которую только что услышала. Про шпионку Мэри, про заговор горных кланов, про ребенка-оружие, про зелье, блокирующее связь, и про то, как меня, Марину из другого мира, засунули в это тело, как затычку в бочке, сразу в его постель.

Кайден слушал. Он не перебивал. Он просто стоял, скрестив руки на груди, и его лицо было абсолютно непроницаемым. Он не верил? Считал меня сумасшедшей? Я не чувствовала ничего, кроме его напряженного, сконцентрированного внимания. Он впитывал каждое слово, анализировал, сопоставлял.

Когда я закончила, в кабинете снова повисла тишина. Он молчал целую вечность. Затем медленно подошел к двери и открыл ее.

— Иди к себе, — сказал он, не глядя на меня. Я опешила. Я ждала чего угодно — приказа о казни, отправки в подземелье, нового допроса. Но не этого. Не этого ледяного, безразличного спокойствия.

— И что… все? — вырвалось у меня.

— Я сказал, иди к себе, — повторил он, и в его голосе прозвучала сталь. — Я во всем разберусь.

За дверью меня уже ждала Анита, бледная и испуганная. Она бросила на меня тревожный взгляд и, не говоря ни слова, повела по коридору. Я обернулась. Кайден стоял в дверях своего кабинета, провожая меня долгим, тяжелым, непроницаемым взглядом.

— Не вздумай убегать, только здесь ты в безопасности.

А потом развернулся и пошел в противоположную сторону. В сторону библиотеки.

23

Обратный путь в свои покои я почти не помнила. Анита что-то щебетала, поддерживая меня под локоть, но ее слова не долетали до сознания. Я шла на автомате, глядя прямо перед собой. В голове билась одна-единственная мысль, оглушительная в своей абсурдности: «Я беременна».

В чужом мире. От дракона, который меня ненавидит.

В своих роскошных покоях я рухнула в кресло и уставилась на огонь. Анита суетилась вокруг, подливая мне в бокал воды, предлагая еду, но я ее не видела.

— Анита, оставь, — тихо сказала я. — Можешь идти, я хочу отдохнуть. Девушка удивленно, но с облегчением кивнула и выскользнула за дверь.

Как только за ней закрылась дверь, воздух у камина замерцал, и с самодовольным видом появился алый силуэт Ворчуна.

— Ну что? Я же говорил, что это подарок.

Я медленно повернула к нему голову.

— Подарок? Ты засунул меня в беременное тело, не сказав ни слова! Ты хоть представляешь, что я пережила за последний час?!

— Представляю. И это было великолепно! — фыркнул он, обвивая хвостом одну из статуэток на каминной полке. — Зато теперь этот самонадеянный индюк знает, что у него будет наследник. И он никуда тебя не денет. Мой план идеален.

— Твой план! А меня ты спросил?! И что мне теперь делать с этим… «подарком»? — я невольно положила руку на живот.

— Радоваться, глупая! — назидательно произнес он. — Ты носишь наследника великого рода! Теперь Ты — будущее. И он это понимает.

Я смотрела, как его алый силуэт растворяется в воздухе, оставляя меня одну с его последними словами. Радоваться? Легко сказать. Я подошла к кровати и без сил опустилась на край. Рука все еще лежала на животе, там, где под тонкой тканью платья была чужая жизнь. Моя? Ребенка Мэри? Ребенка Кайдена? Голова шла кругом. Будущее…Карьерный рост, ничего не скажешь.

Ночь прошла в рваном, беспокойном сне. Мне больше не снился подвал, но сознание цеплялось за слова Ворчуна, за холодный взгляд Кайдена, за мысль о ребенке. Я просыпалась, клала руку на живот и пыталась что-то почувствовать. Тишина. Пустота. И от этой пустоты становилось еще страшнее.

Именно поэтому, когда утро началось не с привычного робкого стука, а с целой церемонии, я не удивилась. Я просто наблюдала, как меняется мир вокруг меня. Дверь распахнулась, и в комнату вплыла целая процессия. Четверо слуг внесли огромный поднос, заставленный таким количеством блюд, что хватило бы накормить небольшой гарнизон. Тут были и какие-то воздушные булочки, пахнущие корицей, и тарелка с экзотическими фруктами, и сыры, и копченая рыба, и даже кувшин со свежевыжатым соком.

Я ошарашенно смотрела на это пиршество. — Лорд приказал обеспечить вас лучшим, миледи, — проговорила Анита, и в ее голосе вместо вчерашнего страха звучали почтительные, благоговейные нотки. — Для… для вашего здоровья.

«Для здоровья инкубатора», — мысленно поправила я, ковыряя серебряной вилочкой какой-то невероятно нежный паштет.

Перемены не заставили себя ждать. Они обрушились лавиной.